|
Главнаянадувные моторные лодкиКарта сайта
The English version of site
rss Лента Новостей
В Контакте Рго Новосибирск
Кругозор Спелеологический клуб СибирьПолевые рецепты Архитектура Космос Экспедиционный центр


Новости | История | «Записки» приказчика Российско-Американской Компании Н. И. Коробицына

«Записки» приказчика Российско-Американской Компании Н. И. Коробицына
1795-1807 гг.


1795-го года июня 28 отправился из Устюга в Макарьевскую ярмонку чрез Ветлугу, а туда прибыл 9-го числа следующего месяца, где, по новости моей, трудно было приискивать в Сибирь оказии. И по случаю многолюдства бывалых в Сибирь мне не оставалось надежды отыскать туда оказии, почему 26-го июля я принужден был договорить повоску для отъезду обратно в Устюг; но по благодетельству Александра Ивановича, господина Саблина, 28-го числа отправился от него при таварах до Иркутска, чем я много был окуражен.


До города Перми путь наш продолжался водою по рекам Волги и Каме. В разсуждении приятнаго при оных местоположения, изобилующего хлебопашеством и частию российских фруктов, по новости моей я большое во оном имел удовольствие, льстя себя еще предметами новости.


26-го августа прибыли в Пермь благополучно, где, договорив ямщиков, наложа товары, 28-го числа отправились горами до Тюмени, проезжая чрез города Кунгур, Екатеринбург и Камышлов, а 6-го числа прибыли в Тюмень.


7-го числа, договоря ямщиков, переложив товары 8-го отправились в путь к Томску Барабой чрез города [119] Ялтор[ов]ск и Каинск. Сия третия дистанция нашего пути имеет расстояния 1500 верст, и в сравнение пространства земли заселения имеет не так достаточно. И по случаю частых чрез реки переправ путь наш был продолжителен и заботлив в разсуждении большей осторожности от обитателей, поелику все оныя народы населены из числа нещастных и во обхождении весьма грубы, к тому же еще и недостаточны в продовольствии. Недостаток же их приписать можно к нерадению в землепашестве или от привычки их к празной жизни и нетрудолюбию.


12-го октября достигли мы реки Томи, не доезжая за 5 верст до Томска, у которой за множеством льда пробыли четверы сутки до покрытия оной. 16-го, переправясь чрез оную по льду, прибыли в город Томск, где за распутьем, сложа товары в гостин двор, пробыли, осенуя, до 14-го ноября.


Город сей местоположение имеет низменное на правом берегу реки Томи. Предместья онаго довольное имеют изобилие в хлебопашестве и рыбной ловле, как то: осетрах, стерляди, нельме и муксунах, изключая прочших мелких рыб. Купечество имеет коммерцыю частию с китайцами на Кяхте, также с татарами, и занимается судоходством до Тобольска.


Во время пробытия нашего в Томске я имел случай ездить в Барнаул за получением с тамошняго купца Котоманова денег. Но по случаю отлучки ево, Котоманова поездка моя была безполезна. В бытность мою во оном, я имел удовольствие любопытствовать находящейся внутри города казенной среброплавительной завод, имеющей в себе 12 горнов, всегда действующих. Строение сего завода не составляет с наружности важнаго виду, но в выделывании серебра, довольная из онаго выходит пропорцыя, и каждогодно до 400 пудов отправляется в С. Петербург.


14-го ноября, по установлении зимняго пути, отправились мы из Томска к Ыркутску, проезжая чрез города: Ачинск, Красноярск и Нижнеудинск, а в Ыркутск прибыли на 17-е декабря в ночи, где чрез реку Ангару переправлялись еще перевозом на судах. По здаче доставленных мною товаров, находился я при прикащике господина Саблина почти безо всякой должности до приискивания должности на ево, господина Саблина, квартире и содержании. Но по случаю моей новости, как люди, равно и обстоятельства мне еще были не так известны, в [120] разсуждении чего и приискание должности мне казалось сомнительным и скучным, не имея ввиду коротко ближняго благодетеля, коего б наставлением и советами мог быть руководствуем.


1796-го года генваря 2-го, по рекомендацыи саблинскаго прикащика Першкова, поступил я в должность прикащика к великоустюгскому купцу Власу Никифоровичу Бибикову за 100 рублей в год. 26-го числа того ж месяца вместе с хозяином отправился в Кяхту, где и находился при размене пушных товаров на китайские. А 23-го февраля отправился с китайскими товарами на Макарьевскую ярмонку до Томска зимним путем, куда прибыл 1-го апреля. И за распутаем провесновав во оном до 13-го маия, а оттоле, погрузя товары на судно, с прочшими следующими в Макарьевск при товарах прикащиками отправился по рекам Томе и Обе 2 и Иртышу до Тобольска, куда: прибыли 27-го число того ж месяца, где, выгрузя товары, наложа на воза, 2-го июня отправились чрез Тюмень и Екатеринбург до Перми горами, а оттуда на судах до Макарьевска водою по рекам Каме и Волге.


В Макарьевск прибыл 7-го июля до приезду хозяина моего Бибикова, где, взяв для товаров балаган, перевез я во оной товары и до приезду хозяина находился во оном один до 10-го числа того месяца. Во время ярмонки продажа китайских товаров состояла: китайка большая — 32 и 33 рубля, малая — 23 и 24, чай байховой квадратной — 120 рублей, полуторной — 160 рублей, — в 6 месяцов. Ярмонка совершенно началась с 10-го и продолжалась до [121] 1-го августа, в продолжение коей я занимался укладкою покупных хозяином для Иркутска лавошных товаров.


30-го июля с покупными в Макарьевске для Иркутска лавошными товарами отправился из Макарьевска до Перми водою, а оттуда до Томска летним путем — горами, где за распутаем, остановясь для сождания зимняго пути, пробыли до половины ноября.


17-го ноября отправился из Томска к Ыркутску зимним путем, куда прибыл 14-го декабря. По приезде моем в Ыркутск нашел я хозяйствовавшего нежинского купца грека Евстратия Ивановича Деларова, которой с хозяином моим Бибиковым в комерцыи имеет половинное участие, у коего я, остановясь на квартире и по препоручению доставленныя мной товары расположа в лавке, начал производить оным продажу, находясь в прилавке до маия месяца. 3-го маия с оставшимися за распродажей в Ыркутске лавошными товарами отправился в Якутск до Ленской Качугской пристани горами, а оттуда до самаго Якутска водою по реке Лене.


Река Лена выпадает из гор, лежащих у Байкала, и протекает мимо городов Киренска, Олекмы, Якутска и Жиганска и впадает в Ледовитое море 7-мью рукавами. От самой вершины и до устья течение ея простирается растоянием около 5000 верст, изобилует довольно разного рода рыбой, из коих главная: осетры, стерлядь, нельма, лини и таймени. Впадающия в нее реки главныя, как то: Киренга, Витим, Олекма, Алдан, Омеконь и Вилюй, по коим производится разнаго рода земных зверей знатной промысел, как то: соболи, лисицы и белки, которыя лучшими почитаются во всей Сибире. От начала ея вершины, вниз по течению ея на растояние 2000 верст, находится заселение жителей, имеющих хлебопашество в довольном изобилии, а от города Олекмы до самаго ея устья обитает в большом количестве якутов, коих продовольствие состоит в скотоводстве и звериной ловле, а по неудобству климата оныя хлебопашества не имеют.


26-го маия прибыл я в Якутск, куда и хозяин мой Бибиков вскоре за мной прибыл за покупкою пушных товаров, с коим я находился за покупкою до 20-го июня, коего с покупными пушными товарами отправился в Москву. Проезжая сначала водою по реке Лене до 2000 верст до находящейся при оной Ускутской пристани, а оттуда горами на вьюшных 140 верст чрез Илимской волок до [122] реки Верхней Тунгуски или Ангары, где, погрузя товары на судно, отправился до Енисейска водою по рекам Ангаре и Енисею. В Енисейск прибыли 17-го октября уже вместе со льдом, где за распутаем до зимняго пути пробыли, осенуя.


Город Енисейск лежит на левом берегу реки Енисея. Местоположение онаго посредственно, и возвышенности расстоянием не более как на 1½ версту. Строение онаго генерально почти деревянное, с 7-ю каменными церквами, из коих находится два монастыря мужеской и женской. Комерцыя купечества состоит в пушных товарах, получаемых из Туруханска, как то: песцах, волках, медведях, зайчине и белке, которыя частию продают меною на Кяхте, также отводят в Ырбитскую ярмонку. Окружающия город предместия довольное имеют заселение с изрядным хлебопашеством. Вниз же онаго по течению реки Енисея до самаго Туруханска и от онаго до устья Енисея по неудобности местоположения большею частию места необитаемые российскими народами, кроме орды ю[р]а[к]ов и самоедов, которыя обитают в горах при устье Енисейском и по берегам Ледовитого моря, занимающияся звериной ловлей и скотоводством оленей.


11-го ноября отправился из Енисейска уже зимним путем, проезжая чрез Красноярск, Томск, Тюмень, Екатеринбург, Пермь, Казань и Володимер. В Москву прибыл


16-го генваря 1798-го года, где уже и хозяива мои находились. Господин Деларов имел пребывание свое со всем семейством. И по продаже товаров общее их с Бибиковым производство решилось.


1798-го года генваря 23-го отправился я от господина Деларова до Иркутска на переменных с сенатским куриером для окончательного с канторой Голикова и Шелехова по делам американских заведений ращету и для получения с вышедших из Америки в Охотской порт промысловых судов принадлежащего на его часть промысла земных и морских зверей. В Ыркутск прибыл 22-го февраля, в коем, остановясь, пробыл до половины маия. Во время пробытия моего в Ыркутске по случаю надобности в деньгах получил из казенной палаты на перевод до 10 000 рублей.


14-го маия отправился в Якутск, а туда прибыл 27-го того ж месяца, где, пробыв до 8-го июня, отправился в Охотск верхами с казанским купцом Степаном Мамаевым, А в Охотск прибыли 12-го июля, куда уже до приезду [123] моего пришло из Америки промысловое судно, именуемое «Доброе предприятие святыя Александры», в котором хозяин мой, господин Деларов, имеет, участия 12-ть паев. Я, получа со онаго принадлежащее на означенныя паи участие промысла, разочтясь с рабочими людьми, а состоящее в судне на часть хозяина участие продал востановившейся вновь Американской компании ценою за 2500 рублей, как на оныя, равно и на оставшияся личныя деньги взойдя в покупку бобров и прочшаго суммою до 8000 рублей, а полученныя мной на участие хозяйские 12 паев морския котики продал иркутскому купцу Осипу Сизову числом 8000 котов, ценой за каждаго по 1 рублю 50, всего на 12 000 рублей. Прочшия же товары — бобры, голубыя песцы и лисицу, уложа в тюки, и 8-го августа отправился со оными в Якутск, а туда прибыл сентября 6-го, где и пробыл до октября месяца.


4-го октября, по получении от хозяина писем, с означенными товарами отправился из Якутска в Ыркутск, взяв для поспешного проезду из почтовой конторы на 12 лошадей два естафета и при них почталиона. Но по случаю распутия проезд мой был весьма затруднителен. Я до самаго Киренска 1600 верст ехал верхами вместе при товарах. В проследовании мною онаго беспокойнаго пути много препятствовали и делали в проезде остановки частыя малыя речки, которые еще не совершенно покрылись. Во всио время обращения моего по Сибири в проездах я никогда не имел толь большаго затруднения, скуки и беспокойства, как в проезде оном. По прибытии моем в Киренск от толь беспокойнаго пути принужден был для отдохновения остановиться, где, по пробытии двух дней, сождал снегу и оттоле отправился уже зимним путем, положа товары на три повоски, и 6-го ноября прибыл в Ыркутск.


Во время бытности моей в Ыркутске по получении от хозяина писем, разобрав товары, лучшия морския бобры и голубыя песцы отправил к хозяину в Москву, а прочшия по предписанию хазяина оставил при себе для Кяхты, с коими 14-го декабря отправился по естафету на 6 лошадях верхами кругом Байкала в Кяхту. А туда прибыл 21-го числа того ж месяца, куда по установлении зимняго пути прислано от хозяина для размену с китайцами сукон суммою на 20 000 рублей да привезенных со мной бобров и прочших пушных товаров до 12 000 рублей. Весь же для [124] кяхтинской торговли отпуск состоял суммою на 32 000 рублей.


В бытность мою в Кяхте промен российских товаров состоял следующими ценами: бобры морские от 55 и 60 рублей, сукна мизирицкие — 17 и 18 рублей, половинки корновыя — 12 и 13 рублей, масловыя — 1 рубль 50 аршин, пополам на чаи и бумажный китайския товары.


По 15 генваря 1799 года окончил размен всех товаров. 16 числа заклеймя оныя в таможне, и того ж дня отправил в Ыркутск под присмотром ямщиков, а сам выехал из Кяхты 18-го числа того ж месяца, а в Ыркутск прибыл 21-го, где, договоря ямщиков под товары до Томска, и 23-го генваря, по прибытии из Кяхты товаров, переложа оныя, и 24-го отправил в Томск, приобща ко оным часть пушных товаров грека Аспашева, а сам еще остался в Ыркутске за окончательным с Американской компанией по делам хозяйским ращетам и перепискою векселей в казенной палате.


2-го февраля, по окончании в Ыркутске дел хозяйских, отправился до Томска на переменных с иркутским купцом Петром Сухих, а 9-го числа того ж месяца прибыли в Томск, в коем пробыл до прибытия отправленных из Ыркутска товаров. 13-го февраля по прибытии оных, переложа на других ямщиков, отправил оныя по предписанию хозяина в Ырбитскю ярмонку. 16-го и сам выехал из Томска, а в Тюмень приехал 24-го февраля, где для сождания из Томска товаров остановился.


29-го по сождании товаров, кои, не останавляя в Тюмени, прошли прямо в Ырбит, а 30-го числа и сам за оными отправился туда же, куда прибыл 1-го марта до приходу оных. Во время ярмонки продажа китайских товаров состояла: китайка большая 33 и 34 рубля, малая 24 и 25 рублей тюк до Макарьевской ярмонки; чаи байховыя от 180 и доходили до 200 рублей ящик за личныя деньги. Также и пушныя товары, а особливо соболи, отходили с хорошим авантажем. На росийския же и немецкия товары цены состояли посредственны.


7-го марта по продаже товаров отправился из Ырбита в Москву, а туда прибыл 28-го того ж месяца, где и находился до отъезду в Макарьевскую ярмонку на квартире и содержании хозяйском почти безо всякой должности. А в исходе апреля хозяин мой, господин Деларов, и с семейством выехал из Москвы в Нежин. Я же остался в [125] квартире онаго с однем его канторшиком, с коим 29-го маия отправились к Макарью водою по рекам Москве, Оке и Волге, а туда прибыли еще до начала ярмонки 7-го числа июня.


12-го числа и господин Деларов прибыл в Макарьевск. Я подал оному о производстве моем, как в Охотске, равно и промене в Кяхте товаров, щет. Находился во всио время ярмонки у онаго в ожидании отправки с товарами в Кяхту. Но пред окончанием ярмонки покупныя им Деларовым для Кяхты товары поступили в продажу иркутскому купцу Мичурину, с коими и я отправился из Макарьевска в Кяхту, уже не от Деларова, а от Мичурина с товарами 2000-х пудов.


1-го августа отправился из Макарьевска до Казани на судне с тремя находящимися при мне для присмотру в пути следовании товаров прикащиками.


5-го августа мы прибыли с товарами в Казань и на Бакалдинской пристани, отстоящей в 5-ти верстах от Казани, выгрузили из судна товары, и до 7-го числа за наймом ямщиков товары находились на берегу за присмотром находящихся при мне прикащиков.


7-го числа договорил ямщиков и того ж дня, наложа часть товаров на воза, за поздностию дня оныя отправить [не мог] по невзятию с ямщиков договора, и остались до другаго дня на Бакалде под смотрением прикащика, назначеннаго при оных отправиться, — иркутскаго мещанина Харлампия Донских, которой при отъезде моем с Бакалды в город оставлен был во время ночи для караулу при товарах, наложенных на воза. Но, по беспечности онаго о наблюдении целости товаров, оной в ночи, оставя на возах наложенный товары и не сказавши ямщикам, при возах находившимся, отлучился. По утру 8-го числа приехал ко мне на квартеру ямщик от наложенных на воза товаров с известием, что во время ночи по причине прикащика Донского неизвестной им от возов отлучки последовала пропажа с возу сукна масловаго восемь половинок. Я, по получении таковаго неприятнаго известия, немедля поехал к товарам, коих нашел на одном возу разбитыми целую кипу. А помянутого прикащика Донскаго еще при оных не находилось, что привело меня в сомнение даже и о ево жизни по причине нескромности тамошних народов. Но [в] 12 часов дня оной Донской приехал из города столько пьян, что почти не в состоянии своего разсудка, от коего я не мог [126] узнать о причине безвременной ево от товаров отлучке, почему я принужден был о пропаже товаров во оправдание себя противу хозяина, находящемуся тогда на пристани Бакалдинской, Донскаго казачьего полку квартермейстеру Ульянову подать объявление и при том просил ево пособия о отыскании пропажи, для чего немедленно от него и дана была мне команда из 6-ти казаков, с коими я поблизости того места имел случай в сомнительных местах отыскивать своей пропажи. Но все наше беспокойство было без успеху, в разсуждении чего я, не имея видов к отысканию пропажи, получа с поданнаго мной объявления за свидетельством означеннаго квартермейстера копию, отправился с товарами в надлежащий путь до Тюмени горами чрез Пермь, разделя товары на два равныя абвоза.


25-го августа прибыл с товарами в Тюмень, где, договори ямщиков, переложа товары, и 26-го отправился со оными до Томска, куда прибыл в 22-и сутки, а оттуда до Ыркутска, изключая перевозы в 20 суток, в Ыркутск прибыл 12-го октября. Не доезжая до онаго за 180 верст по причине выпадшаго снегу, переложась с телег на сани, и зимним путем прибыли в Ыркутск, а оттуда, переправясь чрез Байкал судном, и 19-го октября прибыл с товарами в Кяхту; а помянутой Донской по неимению пашпорта остался в Ыркутске. С приезду моего в Кяхту хозяин мой Мичурин, не говоря мне о пропаже, случившейся в Казани, ни слова, но по подаче мной о провозе и расходах на оныя щете потребовал с меня за всю товаров пропажу. Но по отзыву моему о причине во оной Донскаго, оное осталось до ево, Донскаго, в Кяхту приезду. Я же до февраля месяца находился при делах господина Мичурина в Кяхте.


1800-го [года] 3-го февраля с выменными китайскими товарами отправился из Кяхты в Ыркутск для взыскания за потерянныя помянутым Донским в Казане сукна, но по приезде моем в Ыркутск онаго Донскаго не получил, которой от него же, Мичурина, при товарах до приезду моего отправлен в Москву.


Со стороны же купца Мичурина за потерянные сукна настоятельное последовало с меня взыскание, о чем доходило дело разбирательством до городоваго Иркутскаго магистрата, по решению коего принужденным был за оную заплатить 600 рублей, но, по неимению тогда личных, [127] много во оном мне благодетельствовал Михайло Матфеевичь господин Булдаков, посредством коего я о пропаже [у] купца Мичурина со оным решился обеспечением платежа господином Булдаковым, оставя продолжать служение свое у Мичурина, остался в Ыркутске на своих правах до 1801-го [года].


Генваря 5-го 1801-го договорился Американской компании в Главном правлении в прикащики по 200 рублей в год, а 18-го того ж месяца отправился с товарами от оныя в Ырбит, а оттуда обратно приехал в Ыркутск с товарами купца Пьянькова, а по прибытии в Ыркутск находился при заготовлении и укладке товаров для Охотска.


3-го маия со оными отправился на Ленскую Качугскую пристань, где, пробыв до 10-го числа того месяца, погрузя товары на 5 павосков, и на оных с прочшими компанейскими 6-ю находящимися при мне прикащиками и 45-ти нанятыми компанией в Америку рабочшими людьми отправились по течению реки Лены к Якутску, а туда приплыли 27-го числа того ж маия; где, выгрузя часть товаров для якутской торговли, а с оставшими, переправясь чрез реку Лену, и в расстоянии 7 верст от города, на другой стороне Лены, выгрузя из павосков товары, расположа оныя в полатках с означенными прикащиками и рабочшими людьми, находился на берегу Лены во ожидании с лошадьми якутов до 10-го июня.


Во время нашей на сем пустом месте бытности в предместьях Якутска находилась партия разбойников из 30 человек катаржных, бежавших с казенной работы, находящихся на Алдане, в разсуждении коих нужно было иметь большую осторожность от нападения оных; в разсуждении чего находящихся при мне компанейских служителей разделил на 4 части и с переменой определил оных для караулу товаров, а для наблюдения за оными назначил в каждую смену по одному прикащику и из служителей же на случай опастности от нападения разбойников, вооружа, из находящихся для отвозу в Америку однофунтовых медных пушек делали по одному выстрелу, причем, проведя время с такою осторожностию, не видя некакого со стороны разбойнической партии покушения по 12 июня, отправил все назначенныя для Охотска и Америки компанейския товары, разделя оныя на три комвоя и при оных по два прикащика и 15 человек компанейских служителей, а сам остался еще на том же месте с двуми находящимися при [128] мне компанейскими служителями, поступившими из Якутска, с коими я пробыл еще за сожданием о[т]ставших из Иркутска товаров до 17-го июня, коих по прибытии отправился со оными в Охотск. Со мною же отправились и двое компанейских служителей.


Проезд мой до Охотска по случаю дождивой погоды весьма был непоспешен, так что, за 300 верст не доезжая Охотска, за возвышением от дождя в реке Окочане воды, принужден был простоять у оной 9-ры сутки. Проезд мой столько был продолжителен, что заготовленной для дороги на месячное время провизии было недостаточно, которая еще за 4 дни до отправки нашей от реки Окочана уже вся вышла. Почему я и компанейския два служителя до прибытия в Охотск довольствовались тольки однем мясом, для котораго у следующих в Охотск со скотом якутов принуждены были купить небольшаго быка, с каковою провизиею прибыл в Охотск 29-го июля. Мясная пища, которая хотя не имеет противу хлеба в питательности не малаго сравнения, по каковой причине мы и занимались употреблением оныя гораздо более, нежели хлебною. Между же мясною и хлебною пищею состоит разница в ызлишнем потерянии времени для употребления оной. Что же касается до продовольствия, то и мясною пищею без хлеба питаться можно без дальней скуки и нужды. Все каковое либо в пище продовольствие зависит от привычки, а не от свойства нашей природной натуры.


С приезду моево в Охотск находился я при вооружении и погруске новопостроеннаго судна «Александра», при коем находилось в ведении моем при разных работах 102 человека компанейских служителей.


12-го сентября оное судно отправилось из Охотскаго порта в Америку подкомандою штурмана 12-го класса господина Петрова с 70-ю человек компанейских служителей, занимающихся в матроской должности до прибытия к острову Кадьяку, где уже по рассмотрению тамошняго правителя должны поступить в его зависимость по своим способностям к тамошним должностям или работам.


26-го сентября, по несожданию прибытия из Америки компанейских судов, отправились из Охотска в Якутск на легких с комиссионером компании господином Дудоровским. Проезд наш до Якутска по случаю позднего времени весьма был беспокоен, так что, не доезжая еще от Охотска к Якутску половины нашего пути, имели уже [129] довольно глубокой снег и изрядной мороз, при коем нас крайне беспокоили переправы чрез мелкие речки, которыя еще не совершенно покрылись. Приезжая ко оным, сначала должно было для проезду чрез оныя от берегов расчистить лиод и переезжать оныя на лошадях в брод; также и по приезде на надслег необходимо было расчистить снег для постановления полагай, приготовить для всей ночи дров, разложа огонь, у коего сварить чайник и кушание, также и замокшее при переправах через реки платье и обувь просушить и потом уже несколько часов нужно иметь отдохновение и покой от дневных трудов. И таким образом проезжая оную дорогу на расстояние 1013 верст пустым и необитаемым местом, и 17-го октября, окончив сей трудный путь, прибыли в Якутск, где от 21-дневных трудов и беспокойства с удовольствием приятной имели покой, где до установления зимняго пути пробыли до 6-го ноября, коего отправились из Якутска к Ыркутску уже повосками, и 9-го числа декабря прибыли в Ыркутск, где пробыл зимнее время при компанейском товарном пакхаузе, получая и отправляя, как пушныя, равно и китайския товары.


23-го апреля 1802 года отправился я из Ыркутска в Москву с компанейскими китайскими товарами до Тобольска чрез Енисейск водою по рекам Ангаре, Енисею, а из Енисейска 90 верст чрез Маковской волок горами, из Маковского же водою по рекам Кете [и] Обе и из оныя вверх по реке Иртышу до Тобольска, а от Тобольска горами до Перми, из Перми водою до Казани по рекам Каме и Волге, ис Казани до Москвы уже горами, куда прибыл 28 октября еще летним путем на телегах.


По прибытии моем в Москву находился я при компанейской московской конторе. Во время пробытия моего в Москве получил я из Санкт-Петербурга от господина компании директора Булдакова письмо, коим приглашал меня отправиться в предназначенную компанией кругом света экспедицию до Америки и обратно на компанейском корабле прикащиком, каковым приглашением я много интересовался и для меня, хоть толь дальней и неизвестной еще россианам путь, но весьма казался лестным для любопытства, на что я, по истребовании от родителей своих позволения, объявил компании свое желание. А 26-го февраля 1803 года с заготовленными в Москве для экспедицыи разными товарами отправился из Москвы в С. [130] Петербург, куда прибыл 12-го марта. 15-го того ж месяца по приказанию господ директоров нанял для себя на Васильевском Острову по близости Биржи квартеру, а 17-го перебрался во оную, где и находился до отправления моего в Кронштат за приготовлением и убиркою для экспедиции назначенных компанией разных товаров. Во время бытности моей в Петербурге находилось при мне трое компанейских прикащиков и 20 человек рабочших людей, намятых компанией отправиться с экспедицыей в Америку в число промышленных, которыя занимались работою в убирке товаров под присмотром находящихся при мне прикащиков.


С 1-го апреля 1803-го года по заключенному мной с компанией условию поступил я в совершенную службу экспедиционного корабля Невы, прикащиком, по положению компанией каждогодно жалованья из столовых по 1600 рублей до возвращения из вояжу экспедиции обратно в С. Петербург и по день окончательнаго по делам оныя отчоту. Получать оное во время же нашего экспедицыей вояжу. Поступившия в груз корабля Невы товары должны быть в моем ведении, которыя по благополучном в Америку прибытии здать тамо находящейся компанейской конторе, а при отправлении оттуда в обратной вояж, по назначению Главнаго компании правления, получа от тамошней конторы в свое ведение, погрузя в корабль; и на обратном оттоле пути, ежели обстоятельства позволят, затти в китайской порт Кантон, то оныя, смотря и саображая обстоятельствам, к пользе компании променять на китайския товары. Также все принадлежащия по экспедицыи корабельныя издершки, как то: жалованье господ офицеров и всего экипажа равно и на содержание команды, для заготовления провизии и всякия случившийся по корабельной части расходы должны состоять в моем ведении. Что же касается до соблюдения от утраты и повреждения товаров, могущаго случиться во время вояжа, то все оное должно состоять на отчете командующего кораблем. Мой же долг по усмотрении всего онаго благовременно и настоятельно предупреждать о том командующаго.


Покупные в Лондоне капитаном Лисянским для экспедицыи корабли, именуемыя Надежда и Нева, прибыли из Англии в Кронштат 28-го маия, и для поправления такелажу и прочшего к вояжу приготовления введены были в усть канал, в Кронштатской гавани находящейся, на которыя с первых числ июня начался отправляться из [131] Петербурга приготовленной для оных компанейской товарной груз и для экипажу служительская провизия.


Погруска товаров в оба корабля началась с половины июня и продолжалась по 7-е число июля, для которой находился в Кронштате директор компании, господня Деларов, и с ним временная контора. Я же до самой последней отправки из Петербурга для погруски на корабли товаров находился в С. Петербурге. Во время погруски кораблей, стоявших еще в усть канале, его императорское величество государь император удостоил оныя своим присудствием; таковое его величества благоволение Российско-Американская компания почитала за верхь своего щастия толь благодетельствующее монарха своего посещение.


7-го июля корабли наши, окончив погруску, выйдя из гавани, остановились на Кронштатской рейде в растоянии 2-х верст от гавани.


10-го июля я, получа от главнаго компании правления инструкцыю 3, до должности моей относящуюся, и прочшия для ращету с находящимися на корабле офицерами предписания и бумаги, также для корабельных в пути издержек личными гишпанскою серебреною монетою 16000-чь пиастров, отправился из Петербурга шлюпкою на корабль, на которой того же дня прибыл уже ввечеру и поместился на оном в общей с офицерами кают-компании, где имел общей стол, состоящей в 10 персонах из числа корабельных офицеров и прочших, находящихся на оном чиновников, поступивших в службу Американской компании.


Список находящимся на корабле Неве офицерам, чиновникам, посажирам и команде:


Командующи(й) корабля флота капитан лейтенант и кавалер ордена святого Георгия Победоносца Юрий Федоровичь Лисянский.


Лейтенанты: флота лейтенант Павел Петровичь Арбузов, флота лейтенант и кавалер Петр Васильевичь Повалишин.


Мичмана: флота мичман Федор Осиповичь Каведяев, флота мичман Василей Николаевичь Герх.


Штурман 12-го класа Данило Васильевичь Калинин, доктор калегской ассесор Мориц Моисеевичь Лабанд, корабельный подмастерье Иван Петровичь Корюкин, [132] еромонах посольской свиты Гедеон, от Американской компании прикащик Коробицын.


Нижних чинов: подштурман 14 класа Федул Мальцов, подлекарь Алексей Мутовкин, боцман унтер офицерскаго чину Петр Русаков, 3 квартермейстера, 33 матроза,


2 кононера, 1 плотник, 1 парусник и 1 баталер и 2 компанейских служителя для отвозу на Кадьяк.


В продолжение нашиего стояния на Кронштатской рейде 21-го июля на корабль Надежду прибыл из С. Петербурга по воли государя императора посланник, назначенной к японскому двору, двора его императорскаго величества действительный камергер и разных орденов кавалер Николай Петровичь Резанов и при нем посольской свиты, состояшей из 7 разных чиновников, которой со всею своею свитою поместился на корабле Надежде. Для провождения посланника приезжали с ним из Петербурга министр комерцыи граф Николай Петровичь Румянцов и товарищ министра морских сил вице-адмирал Павел Васильевичь Чичагов, которыя того же дня возвратились в Петербург.


Чиновники посольской свиты: гофрат подполковник Федор Павловичь Фосе, инженер майор Ермолай Карловичь Фридерице, поручшик гвардии Федор Ивановичь граф Толстой, доктор натуральной части господин Телезиус, [133] доктор натуральной части и ботаники господин Лакгедорф, доктор титулярной советник Федор Петровичь Брыкин, живописец Академии Художеств господин Курлянцов и чучельной мастер ундерь-офицерского чина.


26-го июля в 8 часов утра с корабля Надежды при выстреле из пушки дано знать сигналом о снятии с якоря. В 10 часов подняли якорь и с выстрелом пушки отдали марсели и при тихом от ZZW ветре вступили под паруса, предприемля путь нашего вояжа.


При отправлении нашем с Кронштатской рейды провожали нас адмирал Кронштатскаго порта и главный онаго командир Петр Ивановичь Ханыков и компании директор комерцыи Советник Евстратий Ивановичь Деларов. По отбытию оных с корабля поставлены были все матрозы по вантам и крычали трижды ура, на что и от них со шлюпок ответствовано тем же. И так, мы, оставя Кронштат, пустились в Балтийское море.


По 29-ое число 4 за противным WNW-ым ветром лавировали у острова Гогланта. На 30-ое число в ночи обошли оной.


30-го числа в ночь 5 прошли Ревельской порт, котораго по причине мрачной ночи усмотреть было нельзя, кроме означеных при оном зжением фонарей маяков.


2-го августа в 9 часов 6 прошли шведской остров Готланд. Сего дня в 7-м часу утра свали[л]ся с бизань русленей матрос Усов, котораго по причине ветра спасти жизнь было невозможно, которому видно определила судьба быть жертвою от нас морю.


4-го числа в 6 часов утра 7 прошли датской остров Баргольм, которой имеет приятное местоположение и почитается в Дании хлебородным.


5-го августа в 6 часов вечера 8 при тихом NО-ом ветре прибыли на Копенгагенской рейд и на малом фарватере в 4-х кабельтовых от Цыдодельской крепости, положа якорь, остановились на оном, где находилось стоящих с нами на якоре оныя рейды разных нацый купецких кораблей и судов до 20-ти, да идущих Зунтом к N до 50-ти судов было видно. [134]


6-го числа в 8 часов утра свезли на Кронскую батарею находящейся у нас порох, фалшвееры и ракеты, а в 9 часов втянулись в гавань, где, положа якорь, ошвартовась, стали на оном.


7-го для погруски привезеной из Ельсинора компанейской бурдовской водки начали разбирать трюм, что и продолжалось до 12-го числа сего месяца.


12-го прибыли на Копенгагенской рейд из Кантона два корабля Ост-ынской компании с грузом китаиских товаров, которыя имели вояж в период и обратно до Копенгагена 1 год и 6 месяцов.


13-го выгружено из корабля для очищения места под водку 73 бочки со ржаным провиантом, в коих по фактуре весу 1170 пудов 24 фунта, которая и оставлена в Копенгагене в ведении компанейскаго прикащика Чернявскаго, находящегося в Копенгагене.


17-го погружено в корабль привезеной из Ельсинора бурдовской водки в 58 бочках мерою 2570 фирвелей бурдовских, из коих составляет российских ведр 1551¼ 9.


Во время бытности нашей на рейде Копенгагенском 10 осматривали служительскую провизию, из числа коей в 22-х бочках солоное мясо оказалось без росолу, которыя налили росолом, а в 15-ти бочках мясо гамбурскаго заготовления пересаливали снова для предохранения онаго от порчи, также освежась провизией и заготовя пресной воды разной величины 54 бочки, поправя, и вытянули весь стоячей такелаж, уложа трюм, изготовясь к отправлению из Копенгагена.


Город Копенгаген есть датская столица, местоположение имеет посредственной возвышенности, находится на острове Вепе при Зунте между Балтикой и Категатом. Строение города генерально каменное, домы большею частию 3-х и 4-х ятажные, но не обширны. Улицы во оном весьма уские, внутри города находится до 5-ти кирок и две изрядныя площади, из коих на одной поставлен отлитой из чугуну седящей на лошади короля Георга 7-го монумент. Прочших же внутри города достойных и важных замечания зданиев не находится. Дворец королевской, обгоревши во время пожару, стоит тут без всякаго поправления, король же их большею частию имеет свое [135] пребывание в загородной мызе, а для приезду в городе занимает купеческой весьма неогромной без дальняго убранства дом. Укрепление города состоит из обнесенаго вокруг земляного валу, довольно возвышеннаго, по которому насажено в линию с обеих сторон в довольном количестве разнаго рода деревьев, что и составляет удовольствие жителям для прогулки. При коем в отделенной за городом части находится небольшей королевской сад, в коем в празничныя дни также бывают собрания для прогулки. Но по наружному онаго виду не приметно во оном каковых либо хороших из числа фруктовых деревьев и в чистоте надлежащаго присмотром наблюдения.


С моря же укрепление города состоит из трех не весьма огромных батарей, которыя в разсуждении зашищения городу с нуждою быть могут соответственны. Но по случаю непространнаго фарватеру входом в гавань не настоит большей опасности от каковаго либо неприятеля морем.


Комерцыя копенгагенскаго купечества по большей части состоит в мореплавании, а при том находящаяся во оном Остиндская компания большую часть занимает всей их торговли.


Окружающия Копенгаген предместия изрядное имеют местоположение и хлебопашество с довольным числом скотоводства. Из числа во оных жители имеют по возможности фруктовыя сады, в коих произрастает в довольном количестве яблоков, сливов, вишни, винограду, частию персики и ананасы. Прочшия же занимаются частию рыбной ловли и прочшими крестьянских работ художествами, довольствуясь безбедно.


В продолжение 3-х недельного нами на Копенгагенском рейде стояния производилось в пищу всем корабельным служителям свежее мясо, хлеб, зелень и сверхь водошной порцыи еще по две крушки пита, на что по день нашего отправления израсходовано 400 гишпанских пиастров, которыя по тогдашнему на серебро курсу состояли по 1 рублю 90 копеек каждой 11.


26-го августа по отправлении наших в Россию депешей, до Главного компании правления относящихся, того ж числа пополудни в 7 часов при тихом NW-ом ветре вышли из Копенгагенской гавани на рейд к Кронской батарее, у [136] коей за тихостию ветра остановились на якорь 12, получа со оной свезенной по прибытии нашем порох, фалшвееры и ракеты 13.


27-го в 9 часов утра с корабля Надежды дано знать выстрелом пушки о снятии с якоря, и в 2 часа 14 пополудни с выстрелом пушки, отдав марсели, подняли якорь, вступили под паруса и провождением датскаго лоцмана пошли к Ельсинору Балтийским Зунтом 15, а в 6 часов вечера прибыли на Ельсинорской рейд 16, на коем по причине ускости пролива за противным ветром остановились на якорь обеими кораблями, где находилось стоявших на якоре судов: датской брамвахтеной фрегат и тож английской фрегат 1-н и разных нацый купецких судов до 45-ти. Того ж дня 17 прошол из Архангельска в С. Петербурх российской военной фрегат Килдюин.


30-го числа в 10 часов утра за здравие государя нашего императора Александра Павловича в высочайший тезоименитства его день находящимся на корабле нашем иеромонахом Гедеоном отправляемо было благодарственное молебствие.


3-го сентября в 8 часов утра при тихом NZW-ом ветре мы и корабль Надежда, подняв якоря, пошли с Ельсинорскаго рейда. Между берегов Дании и Швеции пролив сей ширины имеет не более как 1½ немецкой мили. На правом берегу онаго находится шведский город Ельсимбург, а по левую сторону датский город Ельсинор, на мысу коего находится датская Кромбурская крепость. Мы, подойдя ко оной, салютовали 7-ю выстрелами, на что, как со оной, равно и с находящейся на Ельсинорском рейде брамвахты ответствовано по равному числу выстрелов. И так мы, окончив плавание наше в Балтийском море, вступили в [137] Категат, в коем на рифе 18 Эйнопского маяка видели стоящее на мели Американских Соединенных Штатов 3-х мачтовое судно, на котором чрез ½ часа срублены уже были фок и грот мачту. А в разсуждении ветра сомнительно было, чтоб и судно могло избавиться от бедствия, которому со стороны нашей по причине ветра не можно было подать помощи в разсуждении опасности места.


4-го 19 и 5-го числа при противном ZW-ом и ZО-ом ветре продолжали плавание наше, лавируя. В 1-м часу полуночи ка 6-е число, в широте N-ой 57½ градусе и в долготе О-ой 9½ градусов имели сильной с дождем шторм, которой и продолжался 16 часов, в продолжение коего по причине мрачной ночи и свирепствующаго с дождем ветра мы с кораблем Надеждой разлучились. По первому же мне случаю бытности моей в море при толь жестоком ветре, искуство в мореплавании командующего и офицеров, равно проворство и неутомимость наших матроз в исправлении своей должности, мне по новости тогда казалось удивительным.


6-го числа при расвете видели мы 20 довольно разных купецких судов, терпевших с нами шторм, и некоторый из оных во время ночи лишились мачт, но шторм еще продолжался в своей силе, только что дождь уже прекратился. В полдень мы находились по счислению плавания от норвескаго мыса Дериеуса в растоянии 8 миль немецких на ZО. Пополудни в 4 часа шторм прекратился. Тогда, поставя по силе ветра возможный паруса и при NW-ом ветре продолжая путь наш Немецким морем, не имея в виду спутника нашего корабля Надежды, и по 11-е число продолжали плавание наше в Немецком море при разных переменных с непостоянною и дождивою погодою ветрах.


9-го числа прошли англинской порт Ярмут в растоянии 23 миль италианских, отстоящей от пути нашего на ZО.


10-го числа видели англинской кресирующей фрегат, с коим имели переговор.


11-го числа в 4 часа пополуночи взошли о Англинской канал. При входе в оной на мысу англинскаго берега находится город Диль, а по левую сторону канала берег Францыи, коего по причине ночи не было видно. [138] Англинской же берег означался зжением как береговых, равно и плавучих маяков.


12-го числа в 2 часа пополудни прошли англинской порт Порсмут.


В продолжение плавания нашего каналом погода и ветер нам благоприятствовали, при чем по всему английскому берегу видно было приятное онаго местоположение с наилучшим расположением изобилующего хлебопашества и фруктовых плантаций. При берегах же моря повсюду довольное количество находилось как кресирующих разных военных судов, также преватиров в разсуждении военного времени между Англией и Францией, для предосторожности от высадки Францией десанта на берега Англии, которая для оного на берегах своих большое имела количество армии и разных приготовленных для оныя судов.


14-го числа в 11 часов для ожидания корабля Надежды, отлучившагося от нас в Немецком море во время шторму, зашли в Фальмутскую губу, на рейде коей остановились на якорь. В 12 часов из города Фальмута в довольном количестве приезжали к нам на корабль из числа англинских офицеров, чиновников и купечества для любопытства.


Стоящих с нами на рейде и в Фальмутской губе: брамвахтеной англинской фрегат 1-н, купецких судов до 15-ти.


15-го числа в 9 часов утра с корабля нашего селютовано было 9-ю выстрелами, на что по равному числу ответствовали нам как Фальмутская крепость, равно и находящаяся на оном рейде брамвахта. А в 11 часов находящимся на корабле нашем иеромонахом Гедеоном отправляемо было благодарственное молебствие за здравие его величества государя императора Александра Павловича в честь священнаго его величества миропомазания.


16-го в 8 часов утра корабль Надежда прибыл на рейд Фальмутской губы, остановись на якорь. Во время путе следования онаго каналом посланик наш, его превосходительство Николай Петровичь Резанов, отбыл со онаго в Лондон.


Во время бытности нашей в Фальмутской губе в ожидании прибытия из Лондона посланика нашего, господина Резанова, заготовясь всем для вояжу нашего нужным, как то: освежением для служителей провизии и пресною водою, которую по недостатку в городе Фальмуте [139] получали оную за 4 мили от города и доставляли на корабль на боту. Также в дополнение еще к заготовленной в России провизии взяли 150 пудов англинской-ирляндской солонины и несколько бочек пива 21. Все же заготовления наши и издершки в Фальмуте стоили компании 1170 гишпанских пиастров.


Город Фальмут местоположение имеет в косогористом и весьма невыгодном месте. Строение онаго каменное, но не огромно, составляющее только одну, но и то весьма тесную улицу, по которой с трудностию двум каретам разъезжаться можно.


Растояние всего города простирается не более как на одну италианскую милю, внутри коего находится одна реформатскаго исповедания кирка, но большая часть жителей имеют квакерскую секту.


Купечество онаго весьма акуратную и необширную имеют торговлю. По неимению же фабрик и прочших художественных во оном заведений, товары получают из Лондона, коих продажа состоит весьма недешевыми ценами, так что всякие из числа англинских товаров продажи не дешевлее, как оныя продаются и у нас в С. Петербурге.


Что же касается до характеру жизни граждан, то оную проводят с большею економиею без дальних увеселений и роскоши с наблюдением интересу весьма скромно. По неудобности же местоположением города в пресной воде имеют недостаток, почему находящиеся внутри города колодязи всегда бывают заперты, почему во всиом городу, кроме трактиров, в случающияся жары для утоления жажды воды отыскать негде.


Укрепление города состоит из одной крепости, находящейся на мысу при входе в губу, в растоянии от города ½ италианской мили на удобном и выгодном для безопасности с моря городу месте. Окружающия же город предместия наивыгоднейшия имеют местоположения с достаточным и изобилующим хлебопашеством и скотоводством, составляющия более приятности и удовольствия, нежели город Фальмут, и многия из числа оных предместиев, как в местоположении, своем, равно и в строении [140] домов, гораздно более имеют преимущества, нежели Фальмут, но только что не имеют с моря пристани для мореплавания, что в Англии почитается выгоднейшею мест удобностию.


23-го сентября, по прибытии из Лондона посланника господина Резанова, о благополучном продолжении нашего вояжа и о об отправлении из Фальмута в предлежащий путь онаго, при депешах его превосходительства отправил и я свои донесения Главному правлению.


Того ж дня в 5 часов пополудни подняли якоря и при тихом NО-ом ветре, выйдя из Фальмутской губы, предприняли путь нашего плавания в пространство Атлантическаго океяна с благоприятствующим плаванию нашему ветром.


24-го числа в 7 часов утра в кают-компании выступили по краске 22 желтые с сыростью пятна, и тяжелой зделался воздух, отчего мы чувствовали головную боль. Сие произошло от долговременнаго в корабле воды стояния, которая как в Фальмуте, равно и по выходе из онаго не была еще вылевана. В 8 часов оную вылили, а в кают-компанию и форлюк поставили ве[й]тер земли и при том о куря витриолью, чем очистили спершийся в корабле от воды воздух 23.


29-го в 8 часов вечера в N-ой 34 градусах 50 минутах широте и в 15 градусах 7 минутах долготы видели, на NО огненной метеор 24, после ко[торо]го продолжалась по воздуху от онаго полоса, не изчезая более четверти часа.


5-го октября в широте 30 градусов ив 16 градусах долготы по близости корабля видели в море множество больших рыб, называемых шарков или прожорами, равняющихся величиною против самаго большаго осетра и видом много подобных оным, которыя долгое время держались, идя за кораблем. Мы старались ловить оных находящимися у нас на корабле большими удами, но предприятия наши остались неудачны 25.


7-го числа в 6 часов утра увидели к ZW берег острова [141] Тенерифа. Вид онаго возвышенной и холмоватой с утесистыми берегами. А в 8 часов открылась сверхь облаков гора Пики, лежащая на W-ой оконечности Тенерифа, представляющая вид конуса 26. На поверхности же оныя видно было в зрительную трубу лежащей снег. В 4 часа пополудни видели у вестовой оконечности острова Тенерифа фрегат, которой и исходе 5-го часу, подойдя к нам, и с выстрелом из пушки поднял французский флаг, против коего и мы при поднятии своего флагу зделали выстрел и, поворотя на другой галс, подошли ко оному для переговоров о дерском со онаго поступке выстрелом. Узная, что оный не военной, а преватир, капитан онаго извинялся, что он по ошибке своей и по конструкцыи кораблей сочол нас совершенно за англичан, с коими они, известно Европе, что имеют войну 27.


8-го числа в 9 часов утра прибыли мы к острову Тенерифу на рейд города Санто-Круза, остановясь 28 на якорь. Пополудни в 2 часа приезжал к нам на корабль находящейся в Санто-Крузе капитан над портом, которой, обойдясь с нами весьма почтительно, обсказал нам и назначил удобное и безопасное для якорьнаго стояния место 29, куда мы, оттянувшись обеими кораблями, остановились на швартовах. Стоящих на оном рейде судов находились: военных гишпанских катеров 2, разных купецких судов 11, куда после нас и француской преватир фрегат прибыл, остановясь на якорь, у коего находилось взятых им в приз 3 английских купецких судна.


9-го числа поутру посланник наш господин Резанов и капитаны обеих кораблей съехали на шлюпках в город, где находящимся Канарских островов губернатором маркиз Дела-Каса-Кагеталом приняты с уважением, которой, рекомендуя себя, во всех для кораблей наших потребностях делать всевозможные по требованиям нашим пособие [обещал]. И приветствием онаго посланник и капитаны [142] оставлены были у него обедать с приглашением и прочших наших офицеров 30.


В бытность нашу на рейде Санто-Крузовском служителям корабельным провизия производилась свежая: мясо, зелень и хлеб. Также заготовясь оною и к вояжу, как то: картофелем, тыквами, огурцами и луком, и находящияся у нас порожния бочки налили пресной водою. И для порцыи служительской куплено тенерифскаго вина или мадеры 4 пипы по 90 31 пиастров: все же в Тенерифе издершки заготовлением стоили 1200 пиастров 32.


Город Санто-Круз лежит под 28½ градусом северной широты и 16¼ от Гренвича долготы в небольшей долине на ZО-ом берегу острова Тенерифа. Укреплен с моря довольным числом построенных из камня при берегах небольших батарей, а от NW-та прикрывается высокими горами сего острова. Находящейся же при оном рейд для якорьнаго стояния не весьма удобен, на коем, в разсуждении ветров, NО-го, ZО-го и ZW-го, ни малейшаго нет прикрытия. Грунт же на оном довольно каменистой. Что ж касается до гавани, то оной по неудобности места и для мелких гребных судов не находится, кроме пристани, к которой, во время с моря ветров, и гребными судами приставать неудобно и весьма трудно. Внутреннее же города строение 2-х и 3-х етажное, состоящее из 33 мелкаго камня и довольно порядочно расположенное. Внутри же домов неприметно никакого убранства. Верхния ж покоев етажи и бес потолков 34, тольки имеют одне черепичныя крыши. В разсуждении же климата, довольно уже жаркаго, в чистоте внутри домов никакого ни имеют наблюдения, от чего во время жаров происходит неприятной и весьма тяжелой воздух 35. Для очищения же онаго во многих местах по улицам в ночное время жгут огни. Внутри же городоваго строения находятся 3 католическия кирки и 2 мужския [143] францысканскаго и доминиканского орденов и 1 монастырь женской. Духовенство же оных имеют инквизицыю в разсуждении наблюдения их религии, почему и вход духовенству и монашествующих в домы всякаго состояния свободен и неподозрителен.


Населяющия город жители гишпанцы обыкновения имеют в обрядах жизни европейския, одеваются, как мущины, так и женьшины в разсуждении климата весьма легко и чисто, но не так богато в сравнении прочих европейцов. Комерцыя же Санто-крускаго купечества большею частию состоит в винах. Прочших же европейских товаров хотя и имеют, но весьма небольшое количество, доставляемых из Гишпании и Францыи, по весьма не дешевыми ценами. Купечество сего города составляет небольшое общество и по части мореплавания не имеют комерцыи. Из числа же всего Санто-крузскаго купечества поселившейся во оном из англичан купец Армстром довольно пространную отправляет внутренную торговлю, но, по свойственной англичан привычке, в разщетах большую имеет приверженность к интересу, котораго, по случию хотя и небольшаго для кораблей наших заготовления, заметить было можно.


Преродныя же на острове Тенерифе народы из числа земледельцов цвет лиц довольно имеют смуглой, упражняются большею частию в собирании разного рода фруктов и продуктов, изобильно на сем острову произрастаемых. Из первых довольную пропорцыю выделывают большею частию белых вин, а прочшия отчасти занимаются и хлебопашеством, которое, по причине каменистого грунта, большаго стоит затруднения, так что во многих местах для онаго из неудобных мест и буераков на выгодные местоположением, но каменистые грунтом места имеют нужду наваживать на оныя землю. Но при всех их трудностях урожай не всегда бывает достаточен. Также и скотоводство по причине малаго количества в произрастении травы состоит в небольшом количестве, как то: лошаков, волов, ослов и вельбюдов и малая часть баранов и свиней, коим, вместо сена, употребляется в корм турецкая пшеница или кукуруза и ячмень. Продовольствие же жителей из числа мало достаточных и рабочших людей большею частию состоит из рыб и продуктов, как то: картофелю, тыкв, арбузов, бананов, каштанов и кокосовых орехов. Фруктовых же произрастение на Тенерифе находится в довольном [144] количестве, Как то: яблоков, лимонов, апельсинов, персиюков, априкосов, ананасов, винных ягод, сливов и винограду.


Прочшие же на Тенерифе города, находящиеся во внутренности острова, — Лагуна и Лороигива. Первой из оных в растоянии от Санто-Круза 10 миль италианских 36, расположение имеет между гор в небольшой долине, окруженной фруктовыми садами. Строение онаго подобно Санто-Крузу, но в разсуждении местоположения совершенная пустыня. А город Лороигива находится на северо-восточном берегу по близости горы Пики, которой строением своим весьма неогромен, при коем хотя и находится для якорьнаго суд стояния рейда, но все мореплаватели большею частию пристают на рейде Санто-Крузском.


Что же касается до горы Пики, то оная по наблюдениям и вычислениям астрономическим почитается в высоту от самой ея подошвы до 1700 сажен перпендикулярно, на которую во время бытности нашей находящияся из посольской свиты натуралисты Телезиус и Лангсдорф имели путешествовать, по замечанию коих, при самой подошве и на подножии горы в довольном количестве находится разнаго произрастания фруктовых деревьев. В половине же горы воздух весьма проницательно холодной, почему во всякое время года находится неизчезаюшей лиод, чрез которой и проход на поверьхность горы весьма затруднителен, а от онаго к поверьхности уже не находится никаких в произростении деревьев и даже травы, по причине каменистаго грунта и большаго количества лавы или перегарной земли, накидной из жорла, на поверьхности горы находящагося, из котораго прежде изрыгала гора огонь и со оным большия куски лавы, который, упадая, разбивались о каменье в мелкие части. Самая же поверьхность горы имеет плоскость на разстояние не более как десятины с находящимся посредине провалом, и временно бывает виден лежащей на оной снег. С половины же горы на ZW-ой стороне находится множество вытекающих из оныя източников, которыя, соединяясь при подошве, составляют речку. Вода же во оной довольно имеет цвет прозрачной и весьма холодна. В ней находятся селитрянныя частицы, которой предписывают натуралисты целительную силу 37. [145]


15-го октября находящейся в Санто-Крузе губернатор маркиз Дела-Каса-Кагетал с 6-ю чиновниками приезжал к нам на корабли, по отбытии коего селютовано с корабля Надежды из 7 пушек, на что ис Санто-Крузской крепости ответствовано таковым же числом выстрелов. В 11 часов прибыл на оный рейд из Малаги гишпанской купецкой брик, коему, по причине заразительной на оном болезни, не позволено остановиться на рейде, почему и принужден оной отдалиться в море. В 1 час полудни мы и корабль Надежда, подняв якоря, и при тихом ZW-ом ветре пошли от острова Тенерифа Атлантическим океяном к екватору 38.


21-го 39 в широте N 22½ и в долготе 20½ градусов видели вблизи корабля множество летучих рыб величиною от 7 и до 10 дюймов 40. Вид оных много походит на сельдь: такого же цвету и чешуи. Находящееся у оной у тагл перье равняется всей ея длины, помощиею коих продолжает она свое летание на растояние 100 сажен и довольно поднимается от воды. Некоторый из оных даже перелетывали через корабль.


25-го пополудни прошли острова Зеленаго мыса, из коих имели в виду Санта-Антониа 41. Вид онаго показывается возвышенным и холмоватым 42.


Ноября с 5-го по 10-е число имели плавание наше при маловетрии и штиле. Погода продолжалась пасмурная и дождива, от коего собрали мы воды 4 бочки с тентов, которую употребляли в пищу безо всякой нужды. Вкус ея довольно приятной и весьма чиста.


10-го числа видели купецкое 3-х мачтовое судно, идущее из Бальтомы в Ботавию, которое в разсуждении [146] штилей и противных ветров лавировало у екватора 10-е сутки. Имя судна Люиза Балтимор.


14-го числа при легком ZО-ом ветре в 11 часов дня перешли равноденственную линию в долготе 24 градусов от Грендвическаго меридиана. В 12 часов по полуденной обсервацыи мы находились уже в 7-ми минутах Z-ой широты. Тогда, поворотя к кораблю Надежде, которой был у нас позади, подойдя к оному, поздравили с благополучным окончанием нашего плавания в северном полушарии и со вступлением в южное и крычали ура, на что и со онаго ответствовано тем же. И так мы, окончив свое плавание в северном, предприямлем путь в пространство южнаго полушария. Пополудни в 1 час на корабле Надежде в честь российскаго флагу вступлением на «водах южнаго полушария селютовано было из 11 пушек, а в 3 часа тоже селютовано вторично из 9-ти пушек. А от посланника японской миссии господина Резанова выдано обеих кораблей матрозам в награждение по гишпанскому пиастру.


15-го в 11 часов на корабле нашем отправляемо было иеромонахом Гедеоном благодарственное господу богу молебствие, по окончании коего за здравие его императорскаго величества выпалено из 11 пушек, а матрозы всей командой крычали ура. Мы, переходя равноденственную линию или екватор, не чувствовали чрезвычайнаго и несноснаго на оном жару и в разсуждении воздуха не приметили в людях какой-либо перемены в здоровье.


18-го числа в широте 6½ градусов Z-ой и в 28 градусов долготы матрозы наши изловили с корабля острогой рыбу, называемую бинет величиною в 2½ фута. Вид оныя с головы походит на лоховину, но в длину ея по чешуе синия и серебровидныя полосы. Чешуя на ней мелкая. Тело ея синевато и не имеет во вкусе большей приятности; которой стольки было довольно, что в продолжение недельнаго времени каждодневно из оной матрозы наши доставляли на всю команду свежую пищу. Но в предосторожность всегда отваривали во оной серебро. Ежели же когда во время варения положенное в оную серебро почернеет, тогда от доктора и употреблять оную не позволялось.


30-го числа по утру увидели мыс бразильскаго берега Фрио в растоянии 30 миль италианских, а в полдень видели у онаго 3-х мачтовое судно, но по дальности растояния, какой оное нацыи, расмотреть не могли. По 5-ти [147] дневном нашем плавании 43 достигли на вид островов, лежащих по близости Святыя Екатерины.


6-го декабря мы подошли к острову Алваредо на растояние 5-ти миль, но, по причине пасмурной и дождивой погоды, продолжая день, лавируя при оном. А в 6 часов вечера зделался от Z шторм, в продолжение коего во время ночи 44 о кораблем Надеждой, по причине темноты, так сошлись блиско, что едва от того не потерпели бедствия. Мы своим кораблем находились у онаго на ветре столько блиско, что при сильном тогда от шторму волнении едва спаслись кораблем о корабль от удару. Нам же, по причине противнаго ветра, от корабля Надежды отдалиться способу не оставалось, а на оном в самое то время, в разсуждении шторма, крепили паруса. Но к счастию еще послужило, что на оном упредили отдать грота стаксель, под коим несколь корабль Надежда отошед. Тогда и мы свободно спустились от онаго под ветр и под малыми штормовыми парусами, находясь от онаго уже в горизонте. Но все случившееся с нашими тогда кораблями сближение произошло от неосторожности дежурнаго тогда на вахте офицера. Но избавление наше от предстоящей тогда опасности почесть должно помощиею празднуемаго того дня угодника божия и чудотворца Николая. На расвете дня мы находились отдалены от берегу на растояние 10-ти миль италианских.


7-го 45 числа ветр зделался потише, при коем мы лавировали к острову Алваредо, а 8-го числа в 6 часов пополудни увидели идущую от онаго к нам лодку. Мы, подойдя ко оной, получили тут лоцмана, но, по причине поздности и противнаго ветра, на рейду Святые Екатерины иттить не разсудили, продолжая ночь, лавируя у Алваредо.


9-го числа получили легкий NО ветр, при коем пошли на рейду. В 3 часа полудни прошли остров Алваредо, по близости коего находится еще довольное число мелких островов. А в 5 часов пришли на рейду Святыя Екатерины. Убрав паруса и на глубине 6 сажен положа якорь, [148] остановились, где находится португальская крепость Санто-Круз, расположенная на маленьком острову, лежащем вблизи бразильскаго берега, а находящийся на острове Святыя Екатерины город, называемый Ностра-дель-Дестеро, в растоянии 15-ти миль италианских.


Стоящих на оной рейде 3 англинских 46 преватирских судна.


10-го числа посланник наш господин Резанов с корабля Надежды отбыл в город. По приезде его в оной принят был находящимся во оном губернатором Жоакимом Шовьер-Курадо с большим уважением, и по прозьбе онаго посланник наш остановился на квартире в его губернаторском доме, а для прочших наших корабельных офицеров и чиновников отведен был казенной загородной дом, в коем на случай приезду имели во время нашего пробытия квартиры. А стол во всю нашу бытность как посланник, капитаны и прочшия офицеры и все чиновники имели у губернатора общей 47.


Стояние наше на оной рейде продолжалась до 23-го генваря 1804 года, в продолжение чего на корабле нашем Неве по безнадежности фок и грот мачты, переменя оныя, поставили обе новыя краснаго дерева, за которыя, как за доставку двух дерев и обрабатывание оных, [149] заплачено португальскому мачтмакеру 1000 пиастров; так же для содержания команды во время бытности на оной рейде, на свежую провизию, равно и заготовленной к вояжу, израсходовано еще на оное 570½ пиастров.


4-го генваря стоящия на оной рейде два англинския превартирския судна, по случаю оказавшейся на оных смуглеровке, были арестованы, а капитаны оных в городу взяты под караул, также и матрозы все свезены с судов в находящуюся при рейде Санто-Крускую крепость. 3-е ж стоящее со оными судно того ж дня пред арестом успело сняться с якоря и ушло с рейды в море.


7-го генваря при отправлении посланником господином Резановым в Россию своих депешей и я послал относящияся до Главного правления от себя бумаги 48.


20-го числа посланник наш при выезде из города провождаем был с большею честию. Весь находящейся в городе гарнизоной полк в 3 часа пополуночи собран был к губернаторскому дому и построен от самова дому и до пристани в два ряда фрунтом на растояние 100 сажен. По выходе посланника из губернаторскаго дому проходя срединою построеннаго фрунта, коим делана была честь с барабанным боем и преклонением знамен. А по отвале от пристани шлюпок с находящейся при городе батареи, равно и в проследовании до самаго корабля с прочших всех, по пути находящихся, 5 крепостей сопровождаем был пушечною пальбою. А губернатор со свитою своих чиновников провожал до самаго корабля, по возвращении коего с корабля Надежды салютовано из 11 пушек. По отъезде губернатора с корабля Надежды не оставлено оным зделать честь и нашему кораблю посещением со своей свитой которой у нас, напившись чаю, распростясь, отбыл в город 49. [150]


21 числа мы, окончив на корабле нашем работы, заготовясь всем для вояжу нужным, освежась водою и прочшею для служителей провизею, и уже совсем готовы были к выходу с рейды, но, по причине противнаго ветра, принуждены были еще стоять на оном за сожданием способнаго к выходу с рейды ветра. Того же дня в два часа пополудни приехали к нам на корабль из города несколько португальских чиновников и дам, которыя пробыли у нас до 12-ти часов ночи, проведя время весьма весело. А между прочшим один из числа наших гостей имел случай в капитанской каюте возпользоваться записной его в савьянном переплете книшкой и костяным с зубочиской футляром. Оныя вещи тогда же у него примечены были, но в разсуждении такой малости мы, не хотя ево в том обнаружить, предоставя в его пользу, с каковой добычей и отправились наши гости благополучно.


Примечание. На острове Святыя Екатерины. Остров сей почитается в Бразилии знаменитым. Лежит под 27 градусом южной широты и 48½ западной долготы, простирающейся от N к Z-ду на растояние 30 лиг. Местоположение онаго возвышенное и гористо. Весь остров покрывается лесом, между коим довольное количество находится красного дерева, пальмы, буку, пакауту и кокосовых деревьев. Из плодовитых же наилучшия, как то: кофейное, бумажный, лимонныя, апельсинныя, персиковыя, ананасовыя, каштановыя и довольное количество сахарнаго троснику и прочших фруктовых произрастений.


На западном берегу сего острова находится город, называемый Ностра Сеньиора-дель-Дестеро, укрепление коего состоит из 3-х небольших крепостей, отстоящих от онаго в растоянии 3-х лиг. Внутренние ж города строение большею частию каменное, но не весьма огромно, как снаружи не составляющее приятнаго виду, также и внутренняго расположения, между коим находится 3 католическия кирки, тоже небогато убранныя. Впрочшем же достойных замечания зданиев и заведения каковых-либо художеств не [151] находится. Прочшия же на сем острову заселения предместиев находятся разбросанными при берегах моря.


Число жителей как в самом городе, равно и в предместиях всего острова почитается до 12 000, в числе коих довольное количество находится негров, привозимых каждогодно из Африки невольников и продающихся в Екатерине от 100 до 200 пиастров. Содержание же сих бедных невольников в разсуждении их пищи и одежды малым чем отличаются от животных, и при всем том еще угнетаемы всякими наитяжчайшими работами. А обходятся со оными почти безчеловечно. Продажа сих бедных невольников состоит так же, как каковых-либо животных. Их выгоняют во время дни на площади не имевших почти одеяния, которые весь день от толь жаркаго солнечного зноя не имеют некакаго прикрытия и до самаго вечера бывают почти совсем без пищы, а в вечеру уводят оных с площади и запирают в пустыя покои, похожия на тюрьму, где и бывают не выпускаемы до утра.


Преродныя же португальския жители проводят жизнь свою в самом безпечном и нерадительном положении, не мало не пекущияся о распространении каковых-либо заведений, касающихся до отправления комерцыи, которая б чрез маловременную деятельность могла достигнуть цветущаго состояния. Но при всех к тому способностях и со стороны португальского правительства не приметно в том надлежащаго распоряжения к установлению блага народнаго и пользы общественной. Вся же торговля екатерининскаго купечества и бразильских жителей состоит из небольшаго количества рому, сахарнаго песку, кофеи хлопчатой бумаги. Но и оныя хотя в малом количестве состоящия товары по правам португальским в Екатерине и Бразилии продавать не позволяются, кроме как в Рио-Джионере, почему и все приходящия как в Екатерину, равно и прочшия места Бразилии каковыя-либо европейския купецкия суда как в продаже, равно и в покупке товаров торговли производить не могут. Но англичане при всей таковой непозволительности отправляют торг свой во всех местах чрез свойственную им смуглеровку 50, от которой иногда получают знатныя интересы, но, напротив того, нередко случается, что через оную лишаются всей своей собственности и при том еще подвергают и себя [154] неприятным последствиям, каковыя и в бытность нашу в Екатерине с ними же случились 51.


Что же касается до хлебопашества екатерининских и бразильских жителей, то при всем их нерадении в довольном изобилии произрастает пшеницы, сорочинскаго пшена и кукурузы. Но пища жителей по сродной их привычке большею частию состоит из маниоковаго коренья 52, которой, пересушивая, выделывают из онаго род муки, употребляя с горячей водой на манер кашы, которой имеет такое свойство, что у всех употребляющих оной, даже молодых людей, валятся от употребления онаго зубы. При всем их изобильном произрастении прочших продуктов, как то: тыкв, арбузов, огурцов, картофелю, кокосовых орехов и разнаго рода в большом количестве даже удивительных рыб, не оставляют привычки от употребления маниоку, от котораго хоть явную имеют причину лишением зубов. Также довольное количество имеют и скотоводства 53, как то: лошадей, быков, коров, козлов и свиней и из числа домовых птиц — гусей, уток и кур. Сверх же всякаго изобилия, как остров Святыя Екатерины, равно и весь бразильской берег наполнен множеством змей, крокодилов и прочших ядовитых зверей, гадов и разнаго рода насекомых и великое множество попугаев и разнаго роду птиц 54, имевших прекрасный вид, перья из коих перваго роду в довольном количестве продается и весьма дешево.


23-го генваря в 5 часов утра с корабля Надежды при выстреле из пушки дано знать сигналом о снятии с якоря. В 4 часа пополудни, подняв якоря, и при тихом NW-ом ветре пошли с Екатерининской рейды. В 9 часов вышли из губы за острова, лежащия между бразильским берегом и островом Святыя Екатерины, в пространство Атлантического океяна, предпримля путь наш к мысу Горну с благополучным плаванию нашему ветром. [155]


28-го числа в ночь прошли на перпендикуляре курса мыс Рио-Делоплаты в растоянии от онаго 52-х миль, котораго широта 34 градуса 57 минут Z-ая, долгота 54 градуса 52 минуты W-ая.


Февраля 11-го в ночь прошли Магеланова пролива мыс Виргинс в растоянии 15 миль, котораго широта 52 градуса 16 минут, долгота 68 градусов 16 минут, но по причине пасмурности не было видно.


13-го числа в 5 часов утра видели к ZZО острова Штатов 55 и мыс Джуан в растоянии 11½ миль, но по мрачности горизонта оныя скоро пасмурностию от нас закрылись.


14-го числа мы находились уже на высоте или перпендикуляре Кап-Горна в растоянии от онаго 37 миль италианских, но за пасмурностию онаго не было видно, котораго широта 56 градусов, а долгота 67 градусов 23 минуты W-ая.


15-го и 16-го числ ветр был крепкий со шквалами, снегом и градом, а с полуночи 16-го числа зделался шторм и продолжался сутки, от коего такое произвело волнение, что между оным мы и корабль Надежда, находясь в растоянии 100 сажен, но только видно было с одного корабля на другом сверхь волн одне вымпела, и нередко случалось, что валы кидало чрез корабль, коими у нас выломило на деланных сверхь палубы бортов два щита и лежащей у оных брам рей изломало в части, так что во оныя сутки не было способу в кухне готовить кушанья, почему и оставались все на диете, чего мы в продолжение нашего из Кронштату вояжа еще не имели, но и толь крепкаго шторму и сильнаго волнения с нами не случалось. А в разсуждении суровости климата оное казалось скучным, как то: крепкой ветр, град, снег и дождь — всио вместе. Но все оное матрозы наши презирая, отправляли свою должность с бодростию духа, коим на сей случай для подкрепления сверхь положенаго выдавалось еще в день порцыя водки.


По 27-ое число февраля, обходя Кап-Горн с переменным крепким и по большей части противным ветром, при пасмурной и дождивой погоде, продолжали плавание наше, лавируя.


28-го числа с широты Z-ой 58 градусов 40 минут и 76 [156] градусов 8 минут долготы, обойдя мыс Горн, предприняли курс плавания нашего на NW.


12-го марта в ночи при крепком ветре и пасмурной погоде с кораблем Надеждою разошлись, которого и при расвете другаго дня не видно было даже и в горизонте, почему мы до 14-го числа продолжали плавание наше, лавируя на разныя курсы для соединения с оным, но и 14-го при ясности горизонта онаго не могли увидеть. В разсуждении чего предприняли путь плавания нашего Тихим морем или Южным океяном к острову Пасхе по румбу NW, которой и продолжали до 4-го апреля.


4-го апреля в 10 часов утра увидели на NNW остров Пасху в растоянии 35 миль италианских. В 3 часа пополудни для прочищения пушек палили изо всех по одному выстрелу и потом, на случай осторожности, зарядили все с ядрами. В 9 часов, подойдя к острову Пасхе на ростояние 5 миль, легли в дрейф.


С 5-го по 9-е число лавировали у острова Пасхи и кругом онаго для сождания корабля Надежды. В продолжение пятидневнаго нашего плавания у острова Пасхи видели толпы собравшихся на берегах острова обитающих наро[до]в, бегающих по берегу за нашим кораблем, из коих видно было, что все оныя не имели никакой одежды, а наги.


9-го числа пополудни в 1 час отправлена была от нас к берегу шлюпка с лейтенантом Повалишиным и с ним подштурман и 4 вооруженных матроза для любопытства местоположения при берегах и оставления островитянам некоторых подарков в знак бытности россиян у онаго. По приближении лейтенанта Повалишина шлюпкою на 1½ кабельтов от берега по причине каменистаго при оном грунта и сильнаго буруна пристать к берегу не малейшаго способу не оставалось, почему он и принужден был, не доезжая онаго, остановиться на дреке.


На берегу же тогда находилось собравшихся в толпу до 500 человек островитян, от коих разныя деланы были знаки, чтоб пристать к берегу шлюпкой. Но вышеозначенныя причины препятствовали удовлетворить их желания, в разсуждении чего делали им знак пантомимами, чтоб, не опасаясь, плыли к его шлюпке, показывая привезенныя им в подарок разныя вещи, которыя, увидев, тотчас кидались с берегу в море и чрез буруны приплывали к шлюпке до 20 человек, однак ж все, каждой по одиночке, из числа коих не один не был с порожними [157] руками, чтоб не имел чего либо при себе из своих продуктов, как то: бананов, плантанов, сахарнаго троснику, картофелю и иньямоваго коренья, но не прежде оныя отдавали, как получа уже себе каковыя-либо напериод в подарок вещи, которыя состояли из ножей, ножниц, маленьких зеркал, набивных на холсте платков и медалионов на цепочках с российской монетой; из числа же коих более всего предпочитали ножи, и с особенным удовольствием, получа оныя, с восхищением возвращались. Последнему же из оных островитян, сверх данных ему лейтенантом Повалишиным подарков, отдана была еще залитая гарпиусом бутылка с находящеюся во оной запиской для сведения кораблю Надежде на случай онаго приходу. Но сомнительно, чтоб оная в руках островитян могла остаться до прибытия его целою. Об отдаче же и збережении оныя по незнанию их языка обстоятельно объясниться, кроме одних пантомимных знаков, средства не оставалось. Таким образом, господин Повалишин, окончив раздачу подарков, в 2 часа пополудни возвратился на корабль.


По обсказыванию его о наружном островитян виде, что все приплывающия к его шлюпке имели обыкновенной рост, стройной стан и сложения крепкаго. В разсуждении цвету лиц и всем телом почти мало отличаются от европейцов, но по причине наготы их загоревшее от солнечнаго зною тело казалось несколько красноватым. На лицах же имеют насеченныя с синей краской черты. Волоса на голове на манер тупея, несколько спереди острижены, цветом темнорысыя. Впрочшем же во всем их телоположении и членах ничево отменнаго не имеют, хотя в Куковом путешестви об оных и написано, что имеют необыкновенной величины и досязающия плечь уши, но, напротив того, оное совсем противу описания его оказалось несправедливо. Что ж касается до взору, то обыкновенно все непросвещенный народы имеют несколько суровый. Вся их одежда состоит из небольших двух кусков папирусу, привешанных на пояску или травяной вериовке спереди и заде для прикрытия тайных удов; в прочтем никакой более одежды и уборов для украшения не имеют. Домы или юрты сих народов, состоящия из троснику, составляют вид опрокинутой большой величины лодки, имеющия длину до 100 фут и более, шириной 15-ти и 20-ти, а высоту не более 10 фут. Вход во оныя или двери находятся при [158] самой их паралели возвышенности, но весьма непространны, от 3-х и не более 4-х фут вышиной. Внутри же оных помещается по 10 и 20 семейств, которыя защищают жителей от случающихся бурных ветров, дождей и солнечного зною. Харектир же сих народов и обыкновения в обрядах жизни, по небытности нашей на острову, в подробности описать нельзя.


Местоположение сего острова посредственной возвышенности, хорошее имеет расположение и вид приятной. Лесу же на оном, кроме банановых и плантановых небольших деревьев, другаго произростения никаких более не приметно. При берегах же моря на небольших возвышенностях довольное число находится зделанных из камня человеческаго подобия по пояс большей величины монументов с находящимися на головах в ¼ оных высоты целиндрами. Впрочшем же ничего замечательного, равно и скотоводства, в оном не приметно. Растояние всего острова в окружность простирается до 30 миль италианских, при коем удобной для якорьнаго судов стояния бухты и рейды совсем не находится, равно и гребными судами приставать к берегам, по причине каменистаго грунта, нет удобнаго места. По наблюдениям же астрономическим остров сей лежит в 27 градусах южной широты и во 109½ градусах западной долготы.


9-го апреля в 6 часов пополудни мы, оставя остров Пасху, предприняли плавание наше к островам Маркеским с пасадным NО-ым ветром, с коим и продолжали 2-х недельное плавание, почти мало брасовя и паруса.


24-го апреля, в день светлаго воскресения христова, находились в широте 11 градусов 18 минут, в долготе 136 градусов в расстоянии от острова Маркеских 34-ех миль италианских. В 9 часов утра отправляема была иеромонахом Гедеоном служба пасхи, по окончании коей палили из 3-х пушек. В продолжение дня погода была приятная с солнечным сиянием, а в 9 часов по причине пасмурности и за приближением к островам Маркеским, убрав верхния паруса, легли в дрейф, и до 6-ти часов утра пробыли во оном.


25-го в 7-ом часу увидели к W-ту из числа Маркеских островов Магдалену. Тогда, наполнив паруса, пошли ко оному. В 9 часов, подойдя ко оному на растояние 8 миль италианских, открылись еще к N-ду 4 острова, именуемыя Санто-Педро, Доминика, Христина и Гуд. Тогда, поворотя [159] к N-ду, и пошли вдоль оных. Пройдя оныя, не на одном не имели случаю видеть кого-либо из числа островитян.


26-го в 5 часов утра открылся к N-ду еще остров Риос, в растоянии 10 миль отстающей от первых. Мы, подойдя ко оному, при коем продолжали весь день лавируя. А от онаго к ZО-ту виден был из числа островов Вашентоновых Нука-Гива.


27-го числа в 5 часов утра мы пошли ко оному, при коем, по причине гористаго местоположения, никаких островитянских жилищ приметать не можно. В 10 часов, пройдя онаго О-ый мыс, из находящейся при оном бухты приезжали к нам на 4 лодках до 50-ти человек островитян, которыя, не доезжая нашего корабля сажен на 50, остановились, почему от нас деланы были разныя знаки, чтобы оныя, не опасаясь, ехали и приставали к кораблю. От них тотчас оныя знаки были примечены, и некоторыя из них, не доезжая до корабля, выскакивали из лодок и приплывали к кораблю вплавь с подарками их произрастения продуктов, которыя прежде подавали, нежели сами входили на корабль. По входе же их на корабль всякой с боязливостию показывал пальцом на находящихся на шкафутах с ружьями часовых, которыя им казались страшны. Все посещающая островитяне были наги, некоторыя из них имели по небольшому куску папирусу, коим опоясавшись на манер кушака, а концами прикрывали тайный уд тела. Впрочшем никаких уборов и даже на головах для прикрытия от солнечнаго зною ничего не имели. Что же касается до телоположения, то все из них довольно мужественны и стройны, но тело их, даже и лица, испестрены разными фигурами, насеченными с черной краской. Один из числа оных островитян примечен был нами за какого либо их начальника, которому все прочшия делали знак некотараго уважения. Мы одарили посещающих нас гостей из числа железных прочших вещей подарками, что ими принято было с большим восхищением, за что они в знак своей благодарности не оставили оказать искуство своим телодвижением с разными рукоплесканиями и припевом песен на их языке, по окончании чего с удовольствием отправились с корабля покойно на своих лодках. В 6 часов пополудни, пройдя Z-ый мыс, при коем находится удобная для якорьнаго стояния бухта, но, по неизвестности во оную входу и за поздностию, пролежали от оныя к Z-ду, продолжая ночь лавируя. [160]


28-го в 9 часов утра увидели от острова идущей к нам ялик. Чрез ¼ часа мы, подойдя ко оному, на нем увидели приехавшего к нам с корабля Надежды лейтенанта Головачева с 4-ю матрозами и однем островитянином, от коего известясь, что корабль Надежда 25-го числа прибыл к сему острову и стоит в бухте Тай-Огайской. В 11 часов и мы, взойдя во оную бухту, где нашли стоящей на якоре корабль Надежду, вблизи онаго, положа якорь, остановились. При входе нашем в бухту с обеих сторон оныя приплывали к нам в довольном числе островитяне с разными произрастениями их продуктов, по приплытии же к кораблю подавали оныя, не требуя за оныя ничево, довольствуясь и веселя себя зрением нас и всему удивляясь. При первом тогда нашем свидании с жителями сея бухты приметить было можно доброе их расположение и ласки, почему и не сомневались воспользоваться всем для нас нужным, но при всем том не за лишнее сочли иметь надлежащую во всех случаях осторожность, для чего и определены были на шкафутах, баке и юте с ружьями из матроз часовыя, которыя находились во всио нашего стояния время.

Описание местоположения острова Нукугивы, находящихся при оном бухтах и о обычаях народов


Остров сей есть из числа Вашентоновых, лежащий под 8 градусами 58 минутами южной широты и 137 [градусами] западной долготы. Из всех по близости его лежащих почитается как в разсуждении якорьной стоянки удобнейшим, так же и количеством обитающих на нем народов противу прочших преимущественнее и произрастением продуктов изобильнее. При ZW-ом берегу онаго находятся 3 выгодныя для якорьнаго стояния бухты. Первая при Z-ом мысу, называемая Контролерской или Гоуме, вторая Тай-Огайская, в которой мы имели стоянку нашими кораблями, третия по близости W-го мысу — Жегаунская и еще одна при северном мысу на NW-ом берегу, называемая Готышевскою. Местоположение же сего острова как с моря показывается гористым и возвышенным, равно и во время бытности нашей на оном не приметно было каковых-либо равнин или плоскостей. Все же на оном заселения островитянских жилищ росположение имеют на берегах бухт при море, не весьма на удобных и выгодных для [161] заселения местах, при коих произрастания, служащая жителям пищею, как то: какосовые орехи, хлебной плод, бананы, картофель и небольшая часть сахарнаго тростнику.


Народы, обитающия как на сем острову, равно и на всех Маркеских, имеют одинаковый обычай во всех обрядах жизни. Мущины генерально все не имеют никакого одеяния, кроме одних выделанных из деревянной коры, на подобие картузной бумага, небольших кусков папирусу, коими на манер кушака опоясавшись, а концами прикрывают тайный уд. Некоторыя же из них даже и оных не имеют, а тольки что, набравши тайнаго уда кожу, и конец онаго перевязывают травяной тонкой вериовочкой, не имея не малейшего прикрытия. Что же касается до свойства телоположения их, то довольно имеют высокий рост, мужественны и стройны, с хорошим лиц расположением. Но тело всио по древнему уже их обыкновению истатуено или насечено разными фигурами с чорной 56 краской с искуством препорцыальности, что между ими и почитается наилучшим украшением и отличием их преимущества. Что же касается до женьшинь, то оныя таковых на теле насечек не имеют, 57 а на подобие покрывал с плечь и до колена обвертываются большими кусками папирусу, выкрашеннаго раньжеваго цвета краской. Самая же их важность украшения состоит в намазывании всего тела зделанною ис трав и [162] коренья раньжевого же цвета мазью, которая имеет весьма неприятный и отвратительный почти запах. Но между ними оное значит отличием важности. В прочтем же как на головах равно и других некаких уборов и украшений не имеют. Но и во оном одеянии мы тольки имели случай видеть их королевскую фамилию, а прочшия таковой одежды не имеют, а обыкновенно, как и мущины, всегда ходят нага, тольки что имеют на травяных опоясках или вериовочках привешенныя спереди травяные в ½ аршина длиною и в 3 вершка шириною листочки для прикрытия их тайнаго уда; а прочшия даже и оных совеем не имеют, в чем никакого зазренья не почитают.


Жилища же или домы сих народов, состоящия из кокосовых и троснишных листьев, на возвышенном от земли в 4 фута каменном фундаменте. По углам же онаго поставлены 8-ми дюймовой толщины 4 стойки, из коих две вышиною по 10 и две по 6 фут, а на поверьхности оныя имеют связь таковой же толщины перекладинами, от коих до самаго фундаменту 3 стены обрешечены чрез пол фута тоненькими шестами, на которыя, уже начиная снизу и до самаго верьха, навешено пучьками кокосовое листье, которое и составляет стены. Четвертая же стена находится незабранною. А крыши имеют таковое же строение из листьев, односкатны, с большим над незабранною стеною спуском на манер галлиреи. Внутри оных во всю длину на фундаменте находится полукруглое бревно, разделяющее пол на две равныя части. На одной [163] же из оных насланы для спанья, зделанныя из травы, довольна чистыя рогошки с такими же травяными продолговатыми подушками. 4-ая же часть в длину покоя отделяется лекким троснишным заборо[м], что составляет их кладовую. Величина же их домов соответственно всякаго семейству, при коих находятся соответственныя силам и достатку всякого сады с произростением нужных в пищу продуктов. Что же касается до скотоводства, то во всей бухте оное состоит не более как из 50 свиней, в прочшем же некакого роду из числа животных совсем не приметно.


Число жителей, обитающих во оной бухте, почитается до 2000 обоего полу, между коими нашли мы двух европейцов — англичанина и француза, которыя в 1789 году, в бытность двух кораблей, англинскаго и францускаго, от оных збежав, остались и находятся уже, опоместясь так же, как и преродныя островитяне, домами и семейством, женясь на островитянках. Перваго имя Роберц, а последняго — Жан-Жозе, которыя по привычке к остров[ит]янским народам во всех обрядах жизни ничем от оных уже не отличны, также, не имея никакой одежды, ходят наги. Англичанин же не совершенно еще оставил язык своей преродной нацыи, почему и мог служить для нас с островитянами переводчиком; а между тем приметно и со стороны жителей некоторое к нему послушание.


При таковом удобном для нас случае без дальняго затруднения заготовились мы достаточным количеством пресной воды и дровами. А особено при налитии (водою 10-ти ведренныя бочки островитяне удивительным образом оныя перетаскивали с берегу вплавь до наших барказов, несмотря на сильное бурунов стремление. Таковое их усердие и проворство чрезвычайно нас удивило. При всем же том за все толь большия их старания ничего, кроме 4-х дюймовых кусков обручнаго железа, получать более не желали. Всякия же, хотя и наилучшия вещи, не мало для их не казалась за труды наградой; также и имеющаяся у них каковыя либо для употребления в пищу продукты, кроме железа, за другия какия либо вещи получать трудно.


Что же принадлежит до заготовления для провизии из числа животных, то, кроме свиней, другаго роду никаких не имеют. Но в разсуждении малаго количества, и оных получать трудно, разве на мену каковых либо [164] другаго роду животных, как то: баранов, гусей и уток. Что же касается до вещей, то не за инное что, как большия (особенно для того приготовить должно) топоры, шляхты и ножи, чего оне драгоценнее для себя не почитают. Мы во нею нашу бытность имели случай воспользоваться выманом пяти штук свиней, за которых променяли двух больших бразильских уток, которыя показались для их лестны, надеясь, что выведут им детей с красным перьем по поводу виденного ими у нас на корабле попугая. Но при всем том, хотя и до[во]льно оныя показались им, но без придачи еще к оным 2-х обыкновенной величины топоров отдать своих животных не согласились. В прочшем же, что ж касается до других каковых либо нацыональных и художественных вещей, внимания достойных, ничево, кроме растений, коралов и раковин, прочшаго не имеют. Но и оных прежде нашего прибытия совсем не собирали. Папирусовой же материал, выделываемой из кокосовой коры, хотя имеют по небольшему количеству, но оная, кроме одного любопытства, ни для какого употребления не способна да и важности не составляет. Начальство же сих народов состоит в особенном каждыя бухты отделении, и одна другою не мало не заимствуясь. Начальники их, называемыя королями, имеют также наследственное поколение. 58 По смерти короля их назначается онаго старший его сын; в разсуждении же малолетства сына его занимает место онаго старший брат короля умервшаго. Что ж касается до начальства, власти их, то хотя и имеет королевской титл, но никакого самовластнаго и повелительнаго распоряжения без согласия народнаго зделать не может. 59


Права же сих народов таковыя, что по каковым либо между собою неудовольствиям или самомалейшим обидам обиженный старается всячески отмстить, но ежели не имеет соответственных к тому сил или случаю, то оная из роду в род остается непримиримою злобой, которую не тольки дети, но и внуки при удобных случаях отмщевать не оставляют. От сего нередко случаются и смертоубивства, что между ими и не почитается преступлением, а только платежом за зделанную умервшему и уже [165] умервшим обиду и остается безо всякого взыскания. Король же их имеет право затабучивать или налагать запрещение на домы, места, деревья и всякия другая вещи, коими никто из жителей уже не может пользоваться, чем один за другим строгое имеют наблюдение.


Все обитаемые на сем острову народы по причине в начальстве их разделения за самомалейшия между собою неудовольствия одна бухта с другою производят междоусобные войны, которыя из роду в род остаются непримиримыми. Междоусобныя же их сражения продолжаются 4-х месячное время каждаго года, действие коего отправляется с обеих сторон в море на лодках, особенно для того зделанных. Орудия же их состоят из палок и длинных на манер пик шестов красного дерева с заостренными концами; и еще с довольным искуством проворно кидают каменьем из деланных для того травяных пращей. В продолжение таковых междоусобных драк с обеих сторон довольно бывает смертоубивства. Убитых же стараются как можно перехватывать, чтоб оныя не потонули в море. И по окончании междоусобия, днем бываемаго, по возвращении к ночи в свои жилища тела убитых неприятелей употребляются в пищу с восторгом, что и почитается между ими большею добычею. Оставшее же время года живут уже покойно, не имея более таковых сражений. Но одной бухты с другою жители удаляются даже и от свидания по причине случающихся между ими частых неудовольствий, от коих происходят все их таковыя междоусобия.


Во время бытности нашей во оной бухте, кроме одного их короля, никто прочшия не приезжал к нам на корабль лодкой, на которой, кроме его, из прочших островитян ездить права не имеют. Хотя и всегда корабли наши окружаемы были множеством обоего пола островитян, но всегда оныя приплывали от своих жилищ к кораблям на растояние италианской мили вплавь нагия, которыя с самаго утра и до 6-ти часов вечера во весь день плавали у кораблей наших. Толь долговременное их на воде плавание казалось нам чрезвычайным. В 7 часов вечера, по спущении на кораблях наших флагу, уплывали уже оныя от нас к своим жилищам, но чрез пол часа, по выстреле зоревой с корабля пушки, партиями в довольном числе приплывало женьшин, которыя одна другую предупредить старались и нетерпеливо ожидали принятия [166] их на корабль. 60 Весь же их интерес состоял в получении 4-х дюймовых кусков обручнаго железа или простаго с деревянным черешком ножа, коих у нас на случай было заготовлено довольно. Кои столько для них были важны, что всякое зазрение и стыд от них отвлекало и непрестанно повторяли об оном произношением речи на их языке токи коги, значушия: первое — железо, а второе — ножик.


Мы, смотря на толь бедственное народов сих состояние, у коих самомалейшая вещь принуждает оставлять всякое зазрение и стыдливость женьскаго пола, делали им знак непозволительности входить на корабль, произношением речи на их языке табу, из чего они понимали, что не позволяется им входить, и уже немедля с неудовольствием возвращались к берегу, проводя ночь на оном с крыком песен до самаго утра.


1-го маия король оной бухты Тапега Катенуй чрез переводчика просил капитана, чтоб позволено было ево фамилии посмотреть корабля. Но, по непозволительности их прав женьшинам ездить на лодках, просил, чтоб послать за оными карабельной ял, на котором оне, не нарушая своих прав, приехать могут, что в удовольствие его и было выполнено. На посланном от нас яле приехали к нам на корабль 4 женщины: королева с дочерью, невеской и племянницей, которыя одеты были по обыкновению их со всей пышностию, как выше сего о одеянии их описано, и сколько можно намазаны раньжеваго цвета мазью. Но по причине бывшей тогда от волнения морскаго хотя и не чувствительной качки, малаго кораблем движения, но по непривычке нашим гостьям казалось оное скучным, почему и не замедлили своим посещением, отбыли с корабля обратно. Мы одарили из приличия дамам вещами, как то: ножницами, маленькими зеркалами и бусами. Но все оныя вещи приняты были ими без дальняго внимания и какой либо за то благодарности, но весь их интерес состоял в получении 4-х дюймовых кусков обручнаго [167] железа и ножей. Мы, не оставя удовлетворить их желания, подарили еще по штуке железа и по одному ножику. Таковыя наши последняя подарки в такое привело гостей наших восхищение, так что в состоянии оныя были хотя плясать у нас на шканцах и при том вызывались чрез переводчика о уедииенцыи; и таким образом гости наши, воспользуясь желаемыми подарками и угощением, возвратились на нашем яле с корабля обратно с большим восхищением.


2-го маия ездили мы на шлюпках в находящуюся по близости W-го мыса бухту, называемую Жегнунской, которая удобнейшее имеет расположение для якорьнаго кораблями стояния, и от всех ветров прикрывается высокими горами острова. Вход во оную с моря широты имеет не более 250 сажен, а глубина от 30 и не менее 20 сажен, внутри же оныя поместиться можно до 10 линейных кораблей без нужды, при коей довольное число находится жилищ островитянских, расположенных при впадающей в бухту речке на удобном и выгодном месте с достаточным количеством разнаго произрастения плодовитых деревьев и продуктов.


По прибытии нашем во оную, по выстреле от нас со шлюпок из фолконета, собралось на место нашей пристани множество обоего пола обитающих во оной народов, которыя одинаковой имеют обряд жизни и обыкновения, как и в прочших бухтах. По выходе нашем со шлюпок по приглашению чрез находящегося y нас переводчика пошли мы в дом короля оныя бухты, у коего расположась привезенным с собою обедом и пробыв некоторое время для собрания каковых либо от жителей продуктов. Но неожадаемое наше жителями прибытие произвело в них чрезвычайное о нас любопытство и не мало не заботясь собранием для промену нам каких либо произрастений, а всякой старался только быть зрителем.


Король оныя бухты довольно высокаго росту, чрезвычайно мужествен в расположении всего тела, коему соответствующаго мне еще мало видать случалось. Мы, пробыв у онаго в доме до 2-х часов, пошли оттоль вверхь по речке, при коей по обеим сторонам довольно находится заселения на растояние почти италианской мили, между коим имели случай видеть публичной их танцбоден и кладбище.


Первой из оных зделан на манер 4-х угольной [168] батареи, возвышенной от земли камнем на 4 фута, толщина стен 25 фут. Для входу же на оныя зделаны изнутри в некоторых местах каменныя же ступеньки на подобие рундуков. Все же онаго танцбодена строение имеет длины до 50, а ширины до 30 сажен. С внешней же стороны стены онаго довольно равно выклад[ен]ы.


Кладбища же их тож 4-хугольны, зделаны из камня ж в высоту 8 фут, на поверьхности коих поставлены деревянныя резныя с[та]туи: две на самых краях стен и одна посредине кладбища, но все одна противу другой паралельно. На головах же оных положено довольной толщины круглое бревно, на коем, по обыкновению их жертвоприношения, навешено всяких безделиц. По примечанию их кладбищ заключить можно, что тела умервших бывают сожигаемы на кладбище.


Во время нашего пробытия во оной бухте толпами окружали нас островитяне и всюду преследовали за нами, но, при всем толь многолюдном их собрании, ни мало не приметили мы со стороны оных каковаго либо неприятнаго или суроваго обхождения. За получаемыя же от них продукты, как то: бананы и кокосовыя орехи, платили мы простыя ножи и куски обручнаго железа, которыя они получали с большим восхищением и, по получении, последния тотчас обтачивали о каменье с намерением каковыя либо из оных зделать удобныя для их инструменты. 61


В 4 часа пополудни мы, оставя сих жителей и бухту, возвратились к своим шлюпкам и чрез 2 часа прибыли на корабли наши обратно. [169]


Маия 5-го мы и корабль Надежда вышли из бухты острова Нука-Гивы и с благополучным ветром предприняли путь нашего плавания к островам Сандвическим.


13-го числа при легком NО-ом ветре в 4 часа пополудни перешли второй раз равноденственную линию в долготе 146 градусов, окончив плавание наше южнаго полушария благополучно, а предприняли продолжать наш вояж к северу света к предмету новороссийских наших заселений. В разсуждении же сего вторичнаго нами чрез линию екватора переходу не мало не приметили каковой либо в климате перемены по случаю большаго склонения долготы к W от меридиана, где уже в разсуждении жаров в сравнение противу перваго нами чрез екватор переходу в половину здесь не соответствуют, хотя и одинаковыя в высоте сонца по обсервацыи имели градусы. От линии же екватора мы получа посадный NО-ый ветр, с коим продолжали плавание наше до самых островов Сандвичьих весьма покойно и довольно поспешно. По 21-дневном нашем от островов Маркеских плавании достигли мы на вид из числа Сандвических остров Овигии.


29-го маия в 5 часов пополудни, по случаю отсудствия корабля Надежды к берегам Камчатки, а оттуда с посольством в Японию, по зделанному на оном сигналу, мы, подойдя ко оному, пожелали им благополучнаго вояжу, и при поднятии на обеих кораблях флагов селютовано было с обеих по 11-ти выстрелов из пушек. И так, мы, распростясь с нашим спутником, пошли к острову Овигии, а оной предпринял путь свой к ZW-ту с благополучным ветром, а в 7 часов спутника нашего не видно было уже и в горизонте.


30-го числа полудни в 4 часа, подойдя к острову Овигии, взошли в находящуюся при оном Карекакойскую бухту; положа якорь, остановились во оной, где наехало к нам на лодках множество обитателей островитянских с разными их произрастения продуктов и прочшими их нацыональными и художественными вещами, которыя хотя несколько противу маркезин не так казались в обхождении дики. Но обыкновения их обрядов жизни много сходствуют, также большая часть и оных ходят всегда наги, но в разсуждении телоположения, росту и вид лиц противу маркеских жителей не мало не соответствует оных. Из числа приезжающих к нам островитян некоторых видели в толь странном одеянии: не имея рубашки, штанов и [170] обуви, кто в сертуке, другой в кавтане, а и иной в матроской фуфайке, и на головах шляпы. Таковое их одеяние с начала нашего прибытия удивительную для нас составляло фигуру. Все же таковаго их одеяния вещи имеют случай получать от англичан и Соединенных Штатов американцов, которыя каждогодно к сему острову заходят для заготовления нужной для кораблей их провизии, а особенно для получения пресной воды, которую островитяне доставляют из находящихся в горах острова источников. По неудобности же доставления оной бочками, таскают с гор на себе в колобашах, имеющих вид на подобие тыквы, величиной же вмещающих в себя от 1-го до 2-х и 3-х ведр, а с берегу уже к кораблям привозят на своих островитянских лодках, за что получают от европейцов по большей части разными из платья вещами, коими, одеваясь, составляют из себя странную и удивительную фигуру.


Комментарии


1. В подлиннике описка: того ж месяца.


2. Примечание Н. И. Коробицына: «Река Обь начало свое имеет из-за Колыванска, впадает в Карское (в подлиннике Каспийское) море, протекает большею частию пустыми местами. Местоположение при оной от Томска до устья реки Иртыша весьма низменное, так чтобы в полноводие берега оныя покрываются водою на расстояние 10 верст и более. Обитающия по оной народы большею частию остяки, имеющий продовольствие рыбной ловлей, а хлебопашеством не занимающияся.


Город Тобольск местоположение имеет: половинная часть онаго на возвышенном берегу по правую, сторону реки Иртыша, другая же половина онаго на низменном месте, так что по веснам много потопляет строение водою. Строение города, исключая церквей, почти генерально все деревянное, так же и мостовая; разстояния имеет не более как на 2½ версты. Комерцыя купечества весьма не обширна. Некоторые из оных имеют небольшею частию, с китайцами на Кяхте, также с кыргызами и бухарцами. Предместья города заселяют большею частию татаре, которыя изрядное имеют хлебопашество и занимаются перевоскою купецких кладей между Тобольском и Томском.

3. См. приложение, стр. 214-221.

4. «Краткий экстракт...», л. 49: 28-е и 29-е.

5. Там же, л. 49: в 12 часов по полудни.

6. Там же, л. 49: в 5 часов… в расстоянии 2½ немецких миль.

7. Там же, л. 49: в 5 часов… в расстоянии 2 немецких миль.

8. Там же, л. 49: в 5 часов по полудни.

9. Там же, л. 49: и еще одна кипа мушчатой байки и ящик димиткатону.

10. Там же, л. 49: 22-го августа.

11. Там же, л. 49: 25-го при бумагах его превосходительства Николая Петровича писал в Главное правление донесение.

12. Там же, л. 49: 27-го августа. И в 9 часов утра.

13. Там же, л. 49: 26-го августа от его превосходительства Николая Петровича получено мною 2000 гишпанских пиастров. Того же числа прибыли на оной рейд из Архангельска 2 российских военные фрегата Спешной и Смелый. По письменному господина капитан-лейтенанта Лисянского требованию отпущено из суммы, в ведении моем находящейся, 395 гишпанских пиастров.

14. Там же, л. 50: в 6 часов.

15. Там же, л. 50: в ½ 10-го часа прошли остров Вепу, а в 10 часов...

16. Там же, л. 50: 28-го по причине противного ветра принуждены были на оном остановиться, где и пробыли до 3-го числа сентября.

17. Там же, л. 50: 2-го сентября.

18. Там же, л. 50: Эйноу.

19. Там же, л. 50: 4-го, продолжая плавание наше с благополучным ветром.

20. Там же, л. 50: галиот, лишившейся мачт.

21. Там же, л. 50: а затем верхнюю на корабле палубу всю выконопатили. На баке за гнилостию вставлено было 2 вставки. По требованию господина капитана Лисянского отпущено на разные корабельные издершки 1159 гишпанских пиастров.

22. Там же, л. 51: окраске.

23. Там же, л. 51: в 6 часов происходили на корабле нашем пушечная экзерцыцыя примерно, а потом в предосторожность все пушки зарядили боевыми зарядами.

24. Там же, л. 51: продолжающийся одну минуту.

25. Там же, л. 51: 6-го в 2 часа пополудни видно было с сепенгов острова Е... вежьи.

26. Там же, л. 51: на подобие сахарной головы.

27. Там же, л. 51: в 7 часов подошли мы на 5 миль к острову Тенерифу, но в разсуждении времени на рейд уже входить было поздно, почему и пролежали на Z, продолжая ночь, лавируя.

28. Там же, л. 51: на глубине 18 сажен.

29. Там же, л. 51: в 7 часов прислан был к нам от капитана над портом барказ с лоцманом и людьми для ошвартовки кораблей наших, на коем завезли мы с 3-мя кабельтовыми к ZZO верп, на коем, оттянувшись, положили другой якорь, а для поддерживания канатов привязали к каждому по 3 бочки.

30. Там же, л. 51: 11-го при поднятии завезенного на барказе верпа у коего 6-дюймовый кабельтов перервался, а верп с 8¾ онаго остался на дне моря, коего, по причине большей глубины и каменистаго грунта [достать] нельзя.

31. Там же, л. 51: а вместо утопленнаго дрека куплен таковой же величины с деревянным штоком за [4] 0 гишпанских пиастров...

32. 14-го, по посланному господина капитана Лисянского требованию, отпущено из суммы, в ведении моем состоящей, 1215 пиастров.

33. Там же, л. 52: сераго.

34. Там же, л. 52: хорошаго.

35. Там же, л. 52: очищается зжением углей.

36. Там же, л. 52: а последней в 15-ти.

37. В подлиннике страница не дописана, оставлено место для 6-7 строк.

38. В «Кратком экстракте...», л. 52, имеется подзаголовок: «Замечания в. продолжение вояжа до Бразилии».

39. Там же, л. 52: в широте 22 градусов 36 минут видели гишпанское купецкое судно.

40. Там же, л. 52: летающая по поверхности воды на растояние от 10-ти и до 15 дюймов.

41. Там же, л. 52: отстоящей от нас на Z в 10 милях италианских.

42. Там же, л. 52: 30-го в 10 часов в собрании всей команды между капитаном Лисянским и лейтенантом Арбузовым случились некоторыя разногласия, которыя к благоустройству общему равно и компании пользе не мало не соотвественны.

43. Там же, л. 53: 5-го в 5 часов утра увидели на ZZW остров, а в 8 часов открылось довольно и прочших островов, лежащих по близости берегов бразильских. В 12 часов по причине пасмурности оные от нас закрылись.

44. Там же, л. 53: в исходе 11-го часа.

45. Там же, л. 53: 7-го и 8-го, по случаю противного ветра, лавировали в виду острова Екатерины.

46. Там же, л. 53, л. 53: и французских.

47. В «Кратком экстракте...», л. 53, имеется подзаголовок: Стоя на якоре случаи:


10-го при разоружении фок мачты усмотрено во оной гнилости от топи вниз по мачте на 15 фут.


11-го по совершенном оной разоружении оказалась совсем к продолжению вояжа оная безнадежна.


13-го оную вынули из корабля и отбуксировали к дереву, куда для людей свезли палатку.


14-го и оную принуждены были из корабля вынуть и отбуксировали к берегу, где поставлена наша палатка. Того ж числа капитан Лисянский договорил португальскаго мачтмакера для доставления двух дерев на грот и фок мачты и с обработыванием оных за 300 гешпанских пиастров, о чем самолично от него, Лисянского, слышал.


С 14-го декабря по 10-е генваря 1804 года происходили на корабле работы как в поправлении такелажа и парусов, и весь корабль до вадер линии конопатили, причем во многих местах бортов по причине гнилости заделаны были небольшия вставки; также и в крамболе на левой стороне и над слюзами в подушке оказалась гнилость, из коих первой исправлен починкою, а последняя сделана совсем новая; равно и в верхней палубе заделано было за гнилостию несколько вставок; грота реи за гнилостию же переменили.


48. «Краткий экстракт...», л. 54: 10-го поставили в корабль вновь зделанную фок мачту, начали оную вооружать.


12-го тож новую и грот мачту поставили благополучно.


С 13-го по 19-е происходила о[ч]истка, и находящийся у нас порожния бочки наливали пресной водой и устанавливали в трюме.

49. Там же, л. 54: 20-го... числа за зделанные вновь нам на корабль мачты, против договору г-на Лисянского, последовала в заплате за оныя такая несходственность, что вместо прежде означенных им, г-ном Лисянским, 300 пиастров, о чем от меня и его превосходительству письменно было рапортовано, но таковыя неосновательныя в разсуждении г-ном Лисянским договора издершки относительны собственно к распоряжению его, Лисянского, во избежание коих не приметно было со стороны его в том никакого старания. В выданных мною мачтмакеру 1000 пиастров получил я от него собственноручную на португальском языке расписку, которой, по получении от меня пиастров, тот же час отправился с корабля, а через час после онаго отправлен был в город по приказанию г-на Лисянского мичман Берх, а за какой надобностию, мне было не известно, что и подает повод к сомнению.

50. Контрабандная торговля.

51. «Краткий экстракт...», л. 55: Два англинския преватирския находящийся на Екатерининском рейде судна по случаю усмотренной на оных смуглировке были арестованы, а командующия оными взяты в город под арест, так же и прочшия находящияся на судах чиновники и все матрозы свезены были в Санта-Крузскую крепость, в коей и по отбытии нашем остались неизбежны.

52. Там же, л. 55: и рыбы.

53. Там же, л. 55: скотоводство их состоит не весьма в большом количестве.

54. Там же, л. 55: из птиц же в большом количестве есть двух родов попугаев и весьма не недостаточно макак или обезьян.

55. Там же, л. 55: лежащия в широте Z 54 градусов 48 минутах, долгота 63 градусов 43 минутах.

56. Там же, л. 56: синею.

57. Там же, л. 56: кроме тольки что на однех руках.

58. Там же, л. 56: наследственное звание своего поколения.

59. Там же, л. 56: Не может делать сам собою никакого наказания.

60. Там же, л. 56: Между коими довольное количество находилось и женьшин, которые нетерпеливо ожидали себе приветствия на корабль, показывая разными пантомимами знаки о склонности своих слабозтей. Мы, смотря на таковое сих народов состояние, довольно удивлялись и сожалели о таковой их беззазрительности, но и самые отцы старались в том, поощряя дочерей. Интерес же их в том состоял не иное что, как железо.

61. Там же, л. 57: Во все время пробытия нашего в Маркезских что же касается до вымену каких либо редкостей или национальных вещей, коих скольки не было выменено на разные железные компанейские вещи, как то: железо, ножи и топоры, но все почти лучшие вещи присвоены капитаном Лисянским в собственность, а прочшим для вымену оных никому, даже и мне, от него не было позволено в таком мнении, что никто на корабле, кроме ево, таковым выменом не имеет права пользоваться. Что же касается до животных, служащих освежением пищы для команды, то из числа вымененных 5-ти свиней за 2 утки и 3 топора компанейских в провизию команде употреблена тольки одна и почти самая малая, а прочшие 4, по распоряжению капитана, употребляемы были для офицерского стола.


Для приласкания островитян, по требованию г-на Лисянского, отпущено мною для подарков 2 куска суздальской чешуйки, за которыя также и островитяне дарили ево разными нацыональными вещами, которые по жадности ево, Лисянского, присвоены были также в собственность.


Использованы материалы сайта: http://www.vostlit.info/Texts/Dokumenty/Reisen/XVIII/1760-1780/Russ_otk_tich_ok_sev_am_18_19/1-20/frame18.htm




ГлавнаяКарта сайтаПочта
Яндекс.Метрика    Редактор сайта:  Комаров Виталий