Главнаянадувные моторные лодкиКарта сайта
The English version of site
rss Лента Новостей
В Контакте Рго Новосибирск
Кругозор Исследователи природыПолевые рецепты Архитектура Космос Экспедиционный центр
Библиотека | Статьи

Е. Л. Кринов | Тунгусский Метеорит”

АКАДЕМИЯ НАУК СССР

СЕРИЯ    «ИТОГИ  И ПРОБЛЕМЫ СОВРЕМЕННОЙ НАУКИ»

Е. Л.   КРИНОВ

ТУНГУССКИЙ МЕТЕОРИТ

ИЗДАТЕЛЬСТВО АКАДЕМИИ НАУК СССР

МОСКВА – ЛЕНИНГРАД

1949


ПРЕДИСЛОВИЕ


Утром 30 июня 1908 г. в Енисейской тайге, в бассейне реки Подкаменной Тунгуски упал гигантский метеорит. Имея огромную начальную массу и весьма значительную геоцентрическую скорость, он врезался в земную поверхность. В результате произошел взрыв колоссальной силы. Взрывной волной были вырваны с корнем и повалены местами сплошным настилом вековые деревья тайги. Раскаленные газы на десятки километров обожгли весь растительный покров на поверхности земли. Удары и грохот разнеслись на тысячу километров от места взрыва. Произошло сотрясение почвы, зарегистрированное сейсмографами многих обсерваторий; вокруг всего земного шара дважды обошла воздушная волна. В момент падения метеорита во многих населенных пунктах Центральной Сибири, на пространстве до 600 — 1000 км в радиусе, жителями наблюдался полет по небу огненного тела (болида). В последующие несколько суток в средних широтах вплоть до западной оконечности Европы наблюдались феноменальные светлые ночи и мощные светящиеся облака. Атмосфера Земли, в которой распылилось огромное количество метеорной материи, заметно помутнилась.



Несмотря на эти совершенно исключительные по масштабу и характеру явления, в свое время не были предприняты ни поиски места падения метеорита, ни всестороннее изучение этого выдающегося явления природы. В то время наука о метеоритах – метеоритика – находилась еще в стадии формирования. Только после Великой Октябрьской социалистической революции, спустя 13 лет, был поставлен вопрос об изучении падения этого метеорита, получившего название Тунгусского.


Л. А. Кулик в 1929 г. перед выездом в третью экспедицию на место падения Тунгусского метеорита. (Снимок Е. Л.   Кринова )


В 1921 году научный сотрудник Минералогического музея Академии Наук РСФСР Л.А. Кулик собрал многочисленные описания этого явления, сделанные очевидцами. В 1927 г. он впервые достиг и бегло обследовал место падения метеорита. После этого он провел несколько экспедиций по изучению места и обстановки падения метеорита. Были предприняты меры к обнаружению метеоритных масс; часть области попаленного леса была сфотографирована с самолета. Кулик проделал огромную работу по изучению падения Тунгусского метеорита, которая была значительно затруднена большими изменениями, происшедшими за истекшие 20 лет. Работа эта далеко не была окончена и не были найдены хотя бы небольшие части метеорита. Великая Отечественная война с фашистскими захватчиками прервала исследования Л. А. Кулика, ушедшего добровольцем в народное ополчение и погибшего 12 апреля 1942 г.


В настоящее время Комитет по метеоритам вновь поставил вопрос о продолжении изучения падения Тунгусского метеорита вплоть до его окончания. В связи с этим автор настоящей книги подверг изучению весь имеющийся материал по Тунгусскому метеориту. Были использованы опубликованные статьи Л. А. Кулика и других авторов, архив материалов по этому метеориту, находящийся в настоящее время в Комитете по метеоритам, и, наконец, личные наблюдения и некоторые исследования автора, выполненные им на месте падения метеорита во время третьей экспедиции 1929—1930 гг. Результаты выполненной автором работы и составляют содержание этой книги, в которой подведены итоги всем произведенным исследованиям, содержится сводка всего собранного наблюдательного материала и освещено состояние вопроса по изучению падения Тунгусского метеорита к настоящему времени. В книге высказаны также соображения автора о задачах и направлении дальнейших работ для окончания изучения падения этого метеорита.


При подготовке книги автор всемерно стремился к более полному изложению данных по Тунгусскому метеориту, стараясь, насколько это было возможно, дать вполне достоверные сведения. Поэтому он считал необходимым остановиться и на допущенных ошибках, на неправильных выводах, толкованиях и высказанных гипотезах. Понятно, что только при этом условии может быть получено ясное и верное представление о состоянии данного вопроса в настоящее время и можно правильно наметить дальнейшие задачи для окончания изучения падения метеорита.


С момента падения Тунгусского метеорита прошло более 40 лет. На месте вываленного леса растет густая молодая тайга, с каждым годом все более и более закрывающая от нас следы катастрофы, происшедшей здесь в 1908 г. в результате падения гигантского метеорита. Скоро последние следы навсегда скроются от глаз исследователя. Вместе с ними исчезнет и возможность окончательно раскрыть и изучить это беспримерное падение.


Между тем, изучение падения Тунгусского метеорита составляет важнейшую проблему советской метеоритики, так как оно позволит получить ценные данные для понимания условий падения кратерообразуюших метеоритов, т. е. падений, сопровождающихся взрывами. Получение по возможности полных и точных данных об условиях падения Тунгусского метеорита важно также и для обоснования разработанной в настоящее время советскими учеными теории кратерообразования при падениях гигантских метеоритов, сопровождающихся взрывами. Нужно учесть при этом, что такие падения, как Тунгусское, происходят едва ли чаще, чем рае в тысячелетие.


Из сказанного следует, что необходимо продолжить изучение падения Тунгусского метеорита и выполнить его как можно скорее, пока еще имеются возможности наблюдать на месте следы падения метеорита.


Назначение данной книги — познакомить исследователей, а также широкий круг лиц, интересующихся Тунгусским метеоритом, с этим исключительным явлением природы и содействовать дальнейшему всестороннему его изучению.


22 мая 1949 г. Е.Л. Кринов


ГЛАВА I


ПЕРВЫЕ   СВЕДЕНИЯ О ПАДЕНИИ  МЕТЕОРИТА


На оборотной стороне листка отрывного календаря (изд. Отто Кирхнер, СПб.) от 2 (15) июня (среда) 1910 г. была напечатана следующая заметка: «В половине июня (по старому стилю.— Е. К.) 1908 г, в Томске, около 8-ми часов утра, в нескольких саженях от полотна железной дороги, близ разъезда Филимоново, не доезжая 11-ти верст до Канска, по рассказам, упал огромный метеорит. Падение его сопровождалось страшным гулом и оглушительным ударом, который будто бы был слышен на расстоянии более 40 верст. Пассажиры, подходившего во время падения метеорита к разъезду поезда были поражены необычайным гулом; поезд был остановлен машинистом, и публика хлынула к месту падения далекого странника. Но осмотреть ей метеорит ближе не удалось, т. к. он был раскален.


Впоследствии, когда он уже остыл, его осмотрели разные лица с разъезда и проезжавшие по дороге инженеры, и, вероятно, окапывали его. По рассказам этих лиц, метеорит почти весь врезался в землю — торчит  лишь его верхушка; он представляет каменную массу беловатого цвета, достигающую величины, будто бы, 6 кубических сажен».


Эта заметка представляет собой начало статьи Адрианова, напечатанной в газете «Сибирская жизнь» от 29 июня 1908 г., № 135 (Томск). В ней, кроме самого факта падения огромного метеорита и неточного сообщения об остановке поезда (см. ниже), все остальное является вымыслом. Тем не менее, как мы потом увидим, эта заметка сыграла важную роль в истории Тунгусского метеорита.


Вскоре после падения метеорита, оставившего огромное впечатление у очевидцев, во многих сибирских газетах были помещены подсобные сообщения о случившемся событии.


Так, в газете «Сибирь» от 2 июля 1908 г. (Иркутск) С. Кулеш описал падение метеорита следующим образом:


«17-го июня1 утром, в начале 9-го часа у нас наблюдалось какое-то необычное явление природы. В селении Н.-Карелинском (верст 200 oт Киренска к северу) крестьяне увидели на северо-западе, довольно высоко над горизонтом, какое-то чрезвычайно сильно (нельзя было смотреть) светящее белым голубоватым светом тело, двигавшееся в течение 10 минут сверху вниз. Тело представлялось в виде «трубы», т. е. цилиндрическим. Небо было безоблачно, только невысоко над горизонтом, в той же стороне, в которой наблюдалось светящее тело, было заметно маленькое темное облачко. Было жарко, сухо. Приблизившись к земле (лесу), блестящее тело как бы расплылось, на месте же его образовался громадный клуб черного дыма и послышался чрезвычайно сильный стук (не гром), как бы от больших падавших камней или пушечной пальбы. "Все постройки дрожали. В то же время из облачка стало вырываться пламя неопределенной формы.


Все жители селения в паническом страхе сбежались на улице, бабы плакали, все думали, что приходит конец мира.,. В конце концов решили послать в Киренск нарочного узнать, что обозначает столь напугавшее их явление (от этого нарочного и почерпнуты переданные выше сведения).


Пишущий эти строки был в то время в лесу, верстах в 6 от Киренска на север и слышал на северо-западе как бы пушечную пальбу, повторявшуюся с перерывами в течение минимум 15 минут несколько (не менее 10) раз. В Киренске в некоторых домах, в стенах, обращенных на северо-запад, дребезжали стекла. Эти звуки, как теперь выяснилось, были слышны в с. Подкаменском, Чечуйском, Заваломном и даже да станции Мутинской, верстах в 180 от Киренска на север.


В это же время в Киренске некоторые наблюдали на северо-западе как бы огненно-красный шар, двигавшийся,- по показаниям некоторых, горизонтально, а по показаниям других — весьма наклонно. Около Чечуйска крестьянин, ехавший по полю, наблюдал это же на северо-западе.


Около Киренска в дер. Ворониной крестьяне видели огненный шар, упавший на юго-восток от них (т. е. в стороне, противоположной той, где находится Н.-Карелинское).


Явление возбудило массу толков. Одни говорят, что это громадный метеорит, другие — что это шаровая молния (или целая серия их).


Часу в 2 между Киренском и Н.-Карелинской (ближе к Киренску) в тот же день была обыкновенная гроза с проливным дождем и градом».


В этом довольно правдоподобном описании падения метеорита существенно указание на то, что метеорит упал на северо-западе от Нижне-Карелинской, Киренска и других ближайших населенных пунктов. Действительно, именно в этом направлении и было впоследствии установлено место падения метеорита. Далее в описания есть указание на то, что некоторые очевидцы наблюдали падение метеорита в направлении сверху вниз. Отсюда можно сделать предположение о том, что указанные населенные пункты оказались расположенными приблизительно в плоскости траектории метеорита. Это значит, что траектория метеорного тела была направлена в  общем с юго-востока на северо-запад. Под «громадным клубом черного дыма», отмеченном в описании, очевидно надо понимать появление мощного «дымного» следа вдоль видимой траектории метеорного тела.


В газете «Сибирская жизнь» от 27 июня 1908 г. сообщалось, что в момент падения метеорита наблюдалось сильное колебание почвы, а около д. Ловать (Канского уезда, Енисейской губернии) были слышны два сильных взрыва, похожих на выстрелы из большекалиберных орудий.


Редакция газеты «Голос Томска», поместив заметку о падении метеорита, командировала своего корреспондента в г. Канск, вблизи которого, по рассказам очевидцев, будто бы упал метеорит, для выяснения достоверности полученных сведений. Получив от корреспондента отрицательные сведения, редакция поместила в своей газете от 4 июля 1908 г. сообщение о том, что, по словам корреспондента, «удар (гул) был порядочный, но падения камня не было. Таким образом,— отмечала газета,— все подробности падения метеора нужно отнести к слишком яркой фантазии впечатлительных людей. Нет сомнения, что метеор упал и, сравнительно, где-то далеко. Но его огромная масса, вес и прочее подвержены сильному сомнению».


Позднее редакция той же газеты в номере от 15 июля 1908 г. сообщила: «В Канске, Енисейской губ. 17 июня в 9-м часу утра было землетрясение. Последовал подземный удар. Двери, окна, лампадки у икон — все закачалось. Был слышен гул, как от отдаленного пушечного выстрела. Минут через 5—7 последовал второй удар, сильнее первого, сопровождавшийся таким же гулом. Через минуту еще удар, но слабее двух первых. По городу некоторое время распространялись слухи, что упал аэролит около деревни Далая и что будто многие видели, как он летел, и что при падении этот аэролит попал в дерево    - толстую сосну, которую и разбил, и много ходило подобных этому рассказов. По рассказам крестьян, от Канска к  северу верст 70, .в  Устьяновской  волости, также было сотрясение  почвы,  сопровождавшееся гулом».


Далее  в  заметке были  помещены   сведения,  опубликованные в приведенной выше заметке Кулеша, напечатанной  в газете «Сибирь».


Можно отметить, что в указанной заметке, помещенной в газете «Голос Томска», наряду с описанием действительно наблюдавшихся явлений: ударов и сотрясения земли, приводятся фантастические сведения о попадании метеорита в сосну. Вероятно, вообще сообщения о видимости в Канске болида являются сомнительными. Между тем, очень важно, как мы потом увидим, установить действительно ли в Канске и в других ближайших населенных пунктах наблюдались какие-либо световые явления, или же здесь были слышны только удары и ощущалось сотрясение земли. На основании вполне достоверных данных можно предполагать, что в Канске и ближайших населенных пунктах болид не был виден, по крайней мере достаточно ясно и высоко над горизонтом.


В газете «Сибирская жизнь» от 14 августа 1908 г. сообщалось, что на приисках Гавриловском и Золотой Бугорок, Северо-Енисейского окр., Енисейской губ. «все почувствовали сотрясение почвы, сопровождавшееся сильным гулом, как бы от грома, вслед за которым последовали еще два, но более слабых удара, потом еще не менее 10 еще более слабых. Постройки приисковые издавали треск и скрип, так что люди выбегали со страхом на улицу; бывшие на работе рабочие замечали, как тряслись кулибинки (золотопромывальные машины) и от земли поднималась пыль, что вызвало панику и бегство с работ. На Гавриловском прииске лошади падали на колени, на  Золотом Бугорке с полок падала посуда».


Подробное описание падения метеорита было помещено в газете «Красноярец» от 13 июля 1908 г. Корреспондент газеты сообщил:


«С. Кежемское. 17-го, в здешнем районе замечено было необычайное атмосферическое явление. В 7 час. 43 мин. утра пронесся шум как бы от сильного ветра. Непосредственно за этим раздался страшный удар, сопровождаемый подземным толчком, от которого буквально сотряслись здания, причем получилось впечатление, как будто бы по зданию был сделан сильный удар каким-нибудь огромным- бревном или тяжелым камнем. За первым ударом последовал второй, такой же силы и третий. Затем — промежуток времени между первым и третьим ударами сопровождался необыкновенным подземным гулом, похожим на звук от рельс, по которым будто бы проходил  единовременно десяток поездов. А потом в течение 5—6 минут происходила точь в точь артиллерийская стрельба: последовало около 50—60 ударов через короткие и почти одинаковые промежутки времени. Постепенно удары становились к концу слабее. Через 1,5—2-минутный перерыв после окончания сплошной «пальбы» раздалось еще один за другим шесть ударов наподобие отдаленных пушечных выстрелов, но все же отчетливо слышных и ощущаемых сотрясением земли.


Небо на первый взгляд было совершенно чисто. Ни ветра, ни облаков не было. Но при внимательном наблюдении, на севере, т. е. там, где, казалось, раздавались удары,— на горизонте ясно замечалось нечто, похожее, на облако пепельного вида, которое, постепенно уменьшаясь, делалось более прозрачным и к 2—3 часам дня совершенно исчезло.


Это же явление по полученным сведениям наблюдалось и в окрестных селениях Ангары на расстоянии 300 верст (вниз и вверх) с одинаковой силой. Были случаи, что от сотрясения домов разбивались стекла в створчатых рамах. Насколько были сильны первые удары, можно судить по тому, что в некоторых случаях падали с ног лошади и люди.


Как рассказывают очевидцы, перед тем, как начали раздаваться первые удары, небо прорезало с юга на север со склонностью к северо-востоку какое-то небесное тело огненного вида, но за быстротою (а главное—неожиданностью) полета ни величину, ни форму его усмотреть не могли. Но зато многие в разных селениях отлично видели, что с прикосновением летевшего предмета к горизонту, в том месте, где впоследствии было замечено указываемое выше, своеобразное облако, но гораздо ниже расположения последнего — на уровне лесных вершин как бы вспыхнуло огромное пламя, раздвоившее собою небо. Сияние было так сильно, что отражалось в комнатах, окна которых обращены к северу, что и наблюдали, между прочим, сторожа волостного правления. Сияние продолжалось, повидимому, не менее минуты, так как его заметили многие бывшие на пашнях крестьяне. Как только «пламя» исчезло, сейчас же раздались удары.


При зловещей тишине в воздухе чувствовалось, что в природе происходит какое-то необычайное явление. На расположенном против села острове лошади и коровы начали кричать и бегать из края в край. Получилось впечатление, что вот-вот земля разверзнется и все провалится в бездну. Раздавались откуда-то страшные удары, сотрясая воздух, и невидимость источника внушала какой-то суеверный страх. Буквально брала оторопь...»


В заметке сообщалось далее, что большинство очевидцев решило, что удары были вызваны артиллерийской стрельбой, открытой японцами. Некоторые, очевидцы, находившиеся в поле на работе, даже предположили, что японцами захвачено соло Кежма. В связи с этим корреспондент в заключении написал: «Вообще везде при первых ударах вспомнился всем японец: очевидно, дорого он достался матушке-Руси и Сибири — в особенности».


В приведенной газетной статье очень хорошо описан след, появившийся после полета болида, отмечен и самый болид («тело огненного вида»), а также наблюдавшееся «сияние», «огромное пламя», вспыхнувшее над лесом ниже следа болида, там, где исчез болид. В этом явлении мы можем, очевидно, усмотреть самый взрыв, последовавший при соприкосновении с земной поверхностью метеорного тела. Продолжительность сияния в «одну минуту», как это отмечено в статье, несомненно преувеличена. Однако если учесть, что вслед за световыми явлениями на месте «пламени» остался «дымный» след, то, в этом случае такая продолжительность явления даже может быть преуменьшенной.


Еще одно, очень интересное описание падения метеорита, напечатанное в газетах, было получено из села Нижне-Илимского. Автор статьи, Н. Пономарев, сообщил, что население Нижне-Илимского и окрестных деревень было встревожено 17 июня необыкновенным явлением. В 7 ч. 20 м. утра над Нижне-Илимским был слышен сильный шум, перешедший в раскаты грома. Между тем небо было безоблачное. От ударов некоторые дома заколебались. Многие жители видели, что перед тем, как раздался гром, над землей стремительно пронеслось с юга на северо-запад «какое-то огненное тело наподобие бревна». Тотчас же за этим раздался удар, а на том месте, где скрылось огненное тело, появился «огонь», а затем — «дым».


В сообщении интересно указание на то, что на месте падения огненного тела появился «огонь», а затем — «дым». Допустить, что в Нижне-Илимском наблюдалось явление взрыва, как это, повидимому, было в селе Кежме (см. выше), едва ли возможно вследствие большого расстояния пункта наблюдения от места падения метеорита (см. далее). Вероятнее всего, что значительно увеличившаяся яркость болида при его приближении к горизонту создала впечатление «огня». Под «дымом» же надо понимать след, оставшийся после болида.


Заметки о падении метеорита были помещены и в других газетах, а впоследствии они перепечатывались и в журналах. Они свидетельствуют о том, какое сильное смятение охватило население многочисленных сел, деревень и городов на огромном пространстве Центральной Сибири. Нужно учесть при этом, что ближайшим из населенных пунктов, откуда поступили сведении с описанием падения метеорита, опубликованные в газетах, является село Кежма. Однако оно удалено от места падения метеорита по прямому направлению приблизительно на 200 км. Сравнивая эти описания с наблюдавшимися явлениями при падении даже такого крупного метеорита как Сихотэ-Алинский [34], когда граница видимости световых  явлений проходила на расстоянии 300 км от места падения, а значительно более мощные явления с сотрясением земли и падением различных предметов наблюдались лишь в пределах нескольких десятков километров, мы можем представить себе грандиозные масштабы падения Тунгусского  метеорита. Приходится удивляться той инертности, с которой отнеслась наука царской России к этому небывалому явлению природы. Нужно сказать еще, что не только газеты сообщили о падении метеорита, но, как мы увидим далее, в ближайшие несколько ночей по всей Европе наблюдались необычайные световые явления в земной атмосфере, в свое время также отмеченные многими газетами.


Вкоре после падения метеорита о нем мало-помалу стали забывать и снова узнали лишь через полтора десятка лет, уже при Советской власти.


В 1921 г. по инициативе Л. А. Кулика Академия Наук РСФСР снарядила специальную метеоритную экспедицию, имевшую целью объезд некоторых городов и других населенных пунктов нашей страны для проверки накопленных к тому времени в Академии Наук сведений о падении и находках различных метеоритов. В план экспедиции входил и объезд населенных пунктов Сибири. Поэтому Л. А. Кулик поставил задачу — выяснить обстоятельства падения и, если оказалось бы возможным, провести поиски метеорита, упавшего, как первоначально предполагалось, около разъезда Филимоново. Под названием «Филимоновский» метеорит и упоминался в первых статьях Кулика.


Так началась новая история Тунгусского метеорита, спустя 13 лет после его падения.


Поместив в своей статье, напечатанной в журнале «Мироведение» [1], текст указанной выше заметки отрывного календаря, Кулик отметил, что размеры метеорита в заметке могли быть и преувеличены, однако метеорит в свое время действительно мог быть найден. Поэтому Л. А. Кулик пытался перед выездом в экспедицию найти в специальной научной литературе какие-либо сведения о падении этого метеорита. Однако эти попытки оказались безуспешными.


5 сентября 1921 г. метеоритная экспедиция Академии Наук, под начальством Л. А. Кулика выбыла из Петрограда в Канский округ (Сибирь). Как отмечал Кулик  [2], «организация этой экспедиции встретила большие трудности прежде всего в самой Академии Наук, где ее поддерживали только академики В. И. Вернадский и С. Ф. Ольденбург». Вопрос с •экспедицией разрешился положительно благодаря тому, что ей было оказано содействию непосредственно Советским правительством. Наркомпрос отпустил необходимые средства. Наркомпуть предоставил в распоряжение экспедиции специальный вагон; было выделено и необходимое снаряжение. ВЦИК выдал специальный мандат, предоставлявший экспедиции право на выполнение работ.


Таким образом, только благодаря вниманию и непосредственному обеспечению всем необходимым со стороны Советского правительства в то тяжелое время, когда еще не отгремели выстрелы интервентов против молодой Советской республики, могла быть осуществлена экспедиция, результаты которой внесли ценнейший вклад в советскую метеоритику. Вместе с тем, эта экспедиция открыла новый этап в истории Тунгусского метеорита, этап научного изучения падения этого выдающегося метеорита, не имеющего себе равного в мире.



Фиг.1 Схематическая карта окрестностей фактории Вановара с расположением реки Огнии, где, как предполагалось вначале, было расположено место падения Тунгусского метеорита (по Л.А. Кулику)


Экспедиции удалось собрать существенные материалы по падению Тунгусского метеорита. В своем отчете о работах экспедиции Л. А. Кулик отмечал [3], что по сведениям, собранным им в Канском районе, затем в г. Томске и в других населенных пунктах, выяснилось, что 17(30) июня 1908 г. в 5—8 час. утра над Енисейской губернией действительно пронесся яркий метеорит, в общем с юга на север, упавший в районе реки Огнии, левого притока реки Вановары, впадающей в Среднюю, или Подкаменную, Тунгуску (Хатангу) (фиг. 1). Падение метеорита сопровождалось ярким сиянием, темным облачком у «точки задержки», громовыми раскатами, среди которых три-четыре раската выделялись по своей силе из общей серии звуков. Кулик отметил также катастрофическое действие, головной воздушной волны, которая, как рассказывали эвенки (их сообщения были получены Куликом от третьих лиц), в пункте своего соприкосновения с землей, в районе реки Огнии, не только переломала и повалила деревья на значительной площади, но даже запрудила реку Огнию, будто бы обрушив в нее прибрежные утесы. Из того, что свидетели падения отмечали три-четыре отдельных мощных удара, Кулик заключил о групповом падении метеорита, причем он отмечал его значительную геоцентрическую скорость.Из сказанного видно, что во время экспедиции 1921 — 1922 гг. Кулику удалось установить в общих чертах огромный масштаб явлений, наблюдавшихся на значительной площади Центральной Сибири, на расстоянии до 600—1000 км от места падения метеорита. Тем не менее, не имея примера падений кратероообразующих метеоритов, сопровождающихся взрывами, а также представлений об обстановке падений таких метеоритов (теория этого вопросаа была - разработана советскими учеными Астановичем, Станюковичем. Федынским и др. |25] значительно позднее), Кулик отмечал наличие «темного облачка в точке задержки», т. е. он исходил из предположения, что метеорит, как и в случае обычных падений, еще в земной атмосфере потерял свою космическую скорость. Катастрофическое же действие в районе падения метеорита, выразившееся в вывале леса, он приписал действию головной воздушной волны. Исключительно огромный масштаб явлений Кулик правильно объяснял большой скоростью метеорита, о которой он судил по тому, что Тунгусский метеорит относился к числу утренних, т. е. встречных. Сведения о месте падения метеорита, полученные Куликом, оказались несколько неточными. Вследствие затруднительности передвижения поздней осенью по тайге экспедиция не смогла обследовать место падения метеорита, которое отстояло от линии железной дороги приблизительно на 700 км. Она ограничилась сбором сведений о падении метеорита, полученных частью непосредственно от самих очевидцев, а частью путем распространения специальных  анкет  [4].


После возвращения экспедиции Кулик доложил о результатах ее работ на общих собраниях Русского общества любителей мироведения 17 мая и 19 июля 1922 г. [5]. В 1927 г. Л. А. Кулик в Докладах Академии Наук СССР [6] опубликовал опросные материалы по Тунгусскому метеориту, собранные им во время экспедиции. Между прочим он сообщил, что начальник полустанка Филимоново И. И. Ильинский, которого он опросил на этом же полустанке 4 октября 1921 г., рассказал, что описанный в отрывном календаре случай остановки поезда действительно произошел, но не на полустанке Филимоново, как это сообщалось в календаре, а на разъезде Лялька, где Ильинский в то время находился на службе. Ильинский был свидетелем падения метеорита, так как он был в этот момент дежурным и находился на платформе, ожидая от Канска товарный поезд. Он почувствовал как бы сильное сотрясение воздуха и услышал гул, что принял за «землетрясение или другое какое-либо природное явление». Поезд был в это время верстах в полутора от разъезда Ляльки. Машинист был так напуган гулом и сотрясением воздуха, что остановил поезд, предполагая, что он сошел с рельс, а по прибытии на разъезд просил осмотреть поезд, думая, что в нем произошел взрыв каких-то веществ. Световых явлений Ильинский не заметил. Далее он сообщил о том, что будто бы из Томского политехнического института, из Красноярска и из Иркутска приезжали разные лица, однако найти метеорит им не удалось, а те камни, которые вначале считались метеоритами, оказались местной породой.


Далее Кулик привел интересные рассказы эвенков о месте падения метеорита. Так, И. К. Вологжин в письме к Кулику от 21 ноября 1921 г. сообщил: «...эвенки, кочевавшие на Подкаменной Тунгуске, рассказывали, что на месте их кочевки, между Подкаменной и Нижней Тунгусками сильным напором воздуха вывалило полосу леса и у эвенка Ивана Ильича убило несколько штук оленей».


И. И. Покровский в письме от 22 апреля 1922 г. писал: «По отзывам тунгусов падение метеорита сопровождалось необыкновенной воздушной пертурбацией, вызвавшей на большом пространстве страшный бурелом».


В. М. Арбатский на вопросный листок метеоритной экспедиции ответил: «От речки Тунгуски в 15 верстах по речке Аян оказалась полоса выкорчеванного леса вместе с корнями по дороге на протяжении 1 версты, в стороны — неизвестно».


И. В. Колмаков в письме от 10 февраля 1922 г. сообщил, что по рассказам эвенков во время падения метеорита у них будто бы было убито до 1000 оленей; пострадали и сами эвенки. Они рассказывали также о том, что весь лес «на 70 верст кругом истреблен» и «из земли был бой воды».


Инженер В. П. Гундобин в письме к Кулику от 19 января .1924 г. писал, что, проживая в течение двух лет на Подкаменной Тунгуске, он слышал от местного жителя И. В. Кокорина, которому два брата-эвенка говорили: «с неба что-то прилетело, повалило лес, после чего произошел пожар, при котором у них погибло 20 оленей». Далее Гундобин отметил, что выражение «олень» является также и синонимом того количества муки, которое может поднять для перевозки один олень. Таким образом, выражение «20 оленей» можно понимать в буквальном и в переносном смысле, т. е. что сгорел лабаз с 80—100 пудами муки. Затем он указал, что кочевье этих эвенков находится в районе реки Огнии и что эвенок Душинчи, с которым встречался Гундобин, подтвердил, что на реке Огнии в указанное время был пожар, что там рассыпалась гора, и что эта местность у эвенков считается проклятой.


Л. А. Кулик привелеще одно интересное сообщение, полученное им от геолога, сотрудника Красноярского музея А. Н. Соболева. Последний в письме от 2 февраля 1924 г. писал Кулику, что некий Н. И. Карташов, работавший летом 1923 г. на Подкаменной Тунгуске, слышал от эвенка Ильи Потаповича (по прозвищу Люченкана), проживавшего в момент падения метеорита на фактории Тетери (километрах в 25 южнее фактории Вановары), следующий рассказ:


«Давно (лет 15  назад) на реке Чамбэ жил его брат, теперь старый тунгус, почти  не говорящий по-русски  и живущий на Тетере с Ильей Потаповичем. И вот однажды произошел какой-то ужасный взрыв с грохотом и ветром. Сила взрыва была такова, что на реке Чамбэ на много верст по обоим берегам был повален лес на одну сторону. Чум его брата повалило, покрышку чума унесло ветром, оглушило брата, разогнало его оленей, которых он, очнувшись, не мог собрать, за исключением очень немногих. Все это так повлияло на него, что он долго хворал. В поваленном лесу образовалась в одном месте яма, из которой потек ручей в реку Чамбэ. Через это место прежде проходила тунгусская дорога. Теперь ее забросили, потому что она оказалась заваленной, непроходимой и, кроме того, место это вызывало ужас у тунгусов... От Подкаменной Тунгуски до этого места и обратно на оленях три дня... Рассказывая, Илья Потапович обращался к своему брату, перенесшему все это. Брат оживился, что-то усиленно рассказывал по-тунгусски Н. Н.  Карташову, стуча палками по палкам чума и по покрышке их, размахивая руками, стараясь показать, как разметало его чум».


Упоминаемый эвенок Лючеткан впоследствии рассказывал об этом же событии и другим лицам, а во время работ экспедиции Академии Наук СССР принимал в них участие. Далее мы подробно познакомимся с рассказами Лючеткана.


В заключение своей статьи Кулик писал: «К сожалению, этот главный свидетель катастрофы (брат Лючеткана.— Е.К.) теперь уже умер, а это неизбежно отзовется на будущих работах по изучению обстановки падения, в которой так трудно разобраться сейчас как потому, что неизбежна разноголосица у разных свидетелей..., так и потому, что с момента падения прошло уже больше 18-ти лет и заросли новью не одни только места бурелома». Действительно, в последующем изложении показаний очевидцев падения, а особенно рассказов эвенков, мы столкнемся и с разноголосицей и даже с прямыми противоречиями. И перед нами возникают подчас почти непреодолимые трудности при установлении истины.


Указанная выше статья Кулика была подготовлена им псред выездом в его первую экспедицию на место падения метеорита, а вышла из печати уже nocлe ого отъезда в экспедицию), в 1927 г.


Летом 1924 г. геолог С. В. Обручев путешествовал по реке Подкаменной Тунгуске по командировке Геологического комитета. Будучи знаком с собранными Л. А. Куликом материалами по падению Тунгусского метеорита, он предпринят меры к сбору новых сведений о падении метеорита. Пользуясь тем, что на его маршруте оказалась фактория Вановара, в районе которой упал метеорит, Обручев спросил здесь многих эвенков. В своей статье, опубликованной в журнале «Мироведение» [7], он сообщил, что «в глазах тунгусов метеорит является, повидимому, священным, и они тщательно скрывают место его падения». Он отметил далее, что кочующие в районе фактории Вановары эвенки вообще отрицали факт падения метеорита и соглашались показать только область поваленного леса, которая, по их словам, достигает 680 квадратных километров.


Фиг. 2. Схематическая карта области поваленного леса, составленная по рассказам эвенков. (По С. В. Обручеву.)



Тем не менее, Обручеву удалось узнать от эвенков, что метеорит упал не в районе реки Вановары (ее притока, р. Огнии), как указывал Кулик в своей статье (см. выше), а на реке Чамбэ, причем приблизительные координаты места падения метеорита, по его определению, оказались равными:     j = 60°20', l = 72° от Пулкова. «Область поваленного леса,— писал Обручев,— отстоит от устья Чамбэ в 4 днях пути на берестяной (тунгусской) лодке, т. е. больше 100 км; зимой на оленях без дороги по прямому направлению — 3 дня (около 50—60 км). На прилагаемом плане, нарисованном тунгусом, нанесена граница этой области (фиг. 2): на востоке она доходит до реки Чамбэ, захватывает ее притоки: Дилюшму; значительную часть реки Хушмо и верхнее течение реки Макирты (названия рек исправлены-по Кулику.— Е.К.); на западе достигает левого берега -реки Кимчу, притока Чуни. Форма площади на плане искажена; по расспросам —она округлая. Лес повален весь на северо-восток. Сейчас вся площадь покрыта уже молодым пятнадцатилетним  лесом». Далее Обручев отметил, что упоминавшийся выше эвенок Лючеткан, живший в то время на фактории-Тетере, в 25 км на юго-запад от Вановары, рассказывал ему о том, что в том месте, где упал метеорит, будто бы образовалась яма, а из нее—ручей, втекающий в реку Чамбэ. Невдалеке от этого места имеется озеро, которое существовало и до падения метеорита. Брат Лючеткана проживал в этом районе, причем в момент падения метеорита его чум будто бы взлетел на воздух, «как птица», олени частью были убиты падавшими деревьями, а частью разбежались, сам же он будто бы лишился языка на несколько лет.


Гул падения метеорита, отмечал Обручев, был слышен как на факториях Тетере и Вановаре на Подкаменной Тунгуске, так и на реке Ангаре во всех посещенных им в 1921 г. деревнях от села Дворца до села Пановского. Гул был слышен утром, а по показаниям других очевидцев – в обед, т.е. около 10 часов утра. Очевидцы отмечали, что в северной стороне дрожали стекла в окнах, падали с полок различные предметы, а в одном случае упала даже лошадь, на которой ехали. На фактории Тетере в северной стороне были видны - «огненные столбы».


Из-за недостатка времени и средств Обручев не смог обследовать область поваленного леса, простиравшуюся на обширном пространстве и уже заросшую молодой тайгой.


Область поваленного леса, обозначенная на приложенной Обручевым карте, действительно хорошо совпадает с местом того вывала леса, который был открыт впоследствии Куликом; неточным оказалось указание на северо-восточное направление поваленного леса. В районе рек Чамбэ — Хушмо лес повален на юг и юго-восток, а севернее этого места — радиально вокруг предполагаемого места падения метеорита (см. ниже). Заслуживают внимания сообщения эвенка Лючеткана. Действительно, недалеко от места падения метеорита, имеется существовавшее ранее озеро, названное Лебединым или Чеко. От места падения метеорита течет ручей Чургима, но он впадает не в реку Чамбэ, как говорил Лючеткан, а в реку Хушмо, причем ручей этот существовал очень давно и, возможно, к моменту падения метеорита он уже пересох. Но после падения, когда были вскрыты подземные поды, ручей снова стал действовать и по старому его руслу потекла вода. Неясным было сообщение Лючеткана об образовании ямы: подразумевал ли он под ямой образовавшееся после падения метеорита заболоченное место, так называемое Южное Болото, из которого и вытекает теперь ручей Чургима, или же яму, расположенную в другом каком-либо месте.


Одновременно со статьей Обручева в том же журнале «Мироведение» была опубликована статья бывшего директора Иркутской магнитной и метеорологической обсерватории А. В. Вознесенского [8]. Поводом для этого, как писал Вознесенский, послужили полученные им от С. В. Обручева сведения о падении метеорита.


В своей статье Вознесенский опубликовал важные данные о землетрясении, которым сопровождалось падение Тунгусского метеорита, а также сообщения очевидцев падения, полученные им еще в 1908 г., т. е. вскоре после падения.


С результатами обработки материалов по землетрясению, а также с описанием падения метеорита по показаниям очевидцев мы подробно познакомимся в следующих главах. Здесь мы только приведем общие выводы, полученные Вознесенским на основании всего собранного им материала.


В своей статье Вознесенский указал, что почти все наблюдатели отметили сильные акустические явления между Енисеем, Леной и Байкалом — от крайних пунктов на севере: Верхне-Инбатского и Мухтуя, до пунктов по железной дороге на юге, начиная от Канска до Байкала. Акустические явления распространились на площади свыше 1 миллиона квадратных километров с радиусом около 800 км (эта площадь равна площади Франции, Германии и Дании, вместе взятых). Световые явления были замечены в 17% расположенных на этой территории пунктов, причем все наблюдатели, отметившие эти явления, находились в восточной части области. Между тем, в южной части области стояла ясная погода, в северной же небо было покрыто облаками, которые, как отмечал Вознесенский, помешали наблюдать полет болида. 30% наблюдателей отметили более или менее сильные сотрясения. Время очевидцы указывали в пределах от 8 час. утра до 12 час. дня.


Направление полета болида Вознесенский определил, как это следует из приложенной им карты (фиг. 3), с юго-юго-запада на северо-северо-восток. Нужно, впрочем, отметить, что остается неясным, каким образом определил он направление траектории болида, так как использованные им наблюдательные материалы почти не содержат прямых указании на направление траектории. В них имеются достаточно многочисленные сообщения о месте, исчезновения болида и о направлении, откуда были слышны удары и другие звуки. От большинства очевидцев были получены согласные данные об этом направлении, и на основании этих данных Вознесенский получил следующие координаты места вероятного падения метеорита: j=60°16' и l = 103°06'  от Гринвича (или 72°46' от Пулкова), т. е. в очень хорошем согласии с координатами, полученными Обручевым. Вознесенский отметил далее, что по собранным им материалам падение метеорита вызвало лесной и торфяной пожар и сопровождалось значительным числом (около 10) сильных взрывов. На этом основании он сделал заключение о падении группы метеоритов, «летевших в одном направлении и постепенно лопавшихся;...самый факт хотя и легких сотрясений, отмеченных сейсмографом в Иркутске и барографом в Киренске,— писал Вознесенский,— указывает на весьма значительную массу, упавшую одновременно на землю, независимо от того, составляла ли она одно тело, или метеоров было несколько».



Фиг. 3. Схематическая карта места падения Тунгусского метеорита и области распространения явлений; сопровождавших  его падение. (По А.В. Вознесенскому.) Заштрихованная область—место вероятного падения метеорита /—центр этой области, //—то же, по С. В. Обручеву. Кружками показаны пункты наблюдений, а черточками—направление на место падения метеорита по наблюдениям очевидцев. Двойная черта указывает направление траектории метеорита.


Вознесенский предполагал, что «разрывы метеорита», вызвавшие воздушные волны, произошли не у поверхности земли, а на высоте около 20 км (в области задержки обычных метеоритов). Таким образом, он, как и Кулик, в соответствии с общими представлениями того времени, считал, что Тунгусский метеорит не сохранил космическую скорость к моменту его соприкосновения с поверхностью земли, полностью израсходовав свою кинетическую энергию в земной атмосфере.


В заключение своей статьи Вознесенский писал: «Судя по всему вышесказанному, весьма вероятно, что будущий исследователь места падения Хатангского метеорита (названного им так по синониму реки Подкаменной Тунгуски — Хатанга.— Е. К.) (а для этого пока, к сожалению, ничего еще не сделано) найдет что-то очень близкое к «метеорному кратеру» Аризоны, т. е. до 2—3 км в окружности массу обломков, отделившихся от главного ядра еще до падения или при самом падении. Во всяком случае, если индейцы Аризоны до сих пор хранят легенду о виденной их предками огненной колеснице, упавшей с неба и углубившейся на месте кратера в землю, то и современные тунгусы вправе будут создать такую же легенду о новом огненном камне, показать который они упорно не хотели русским, интересовавшимся этим делом в 1908 г.2 Как бы то ни было, розыски и исследование Хатангского метеорита — дело весьма интересное и, быть может, даже могущее себя окупить, если этот метеорит окажется принадлежащим к типу железных. Было бы очень печально, если бы в наш век дело ограничилось только созданием одной новой легенды».


[2]


После опубликования в 1925 г. статей Обручева и Вознесенского, в том же журнале «Мироведение» в 1927 г. была опубликована статья члена Географического общества И. М. Суслова, бывшего в то время председателем Красноярского комитета содействия народам Севера [9]. К этой статье редакцией журнала было сделано следующее примечание: «...редакция придает большое значение сообщаемым им (Сусловым. – Е. К.) данным, полагая, что действительно с розысками метеорита надо спешить, гак как ему или его частям грозит опасность погибнуть вследствие воздействия на него атмосферных агентов и малой его стойкости в этом отношении, особенно, если это - каменный метеорит.


В 1921 г. по инициативе РОЛМ (Русского общества любителей мироведения- Е. К.) Л. А. Кулик предпринял от имени Академии Наук экспедицию за этим метеоритом и собрал ценные сведения, относящие его падение, в общем, в тот же район (верховья бассейна реки Вановары)... По получении статьи И. М. Суслова редакция сообщила ее Академии Наук еще до появления ее в печати, и, таким образом, статья эта получила большое влияние на ход дела, так как в настоящее время (март 1927 г.) новая экспедиция за метеоритом под руководством Л. А. Кулика уже выехала...»


И. М. Суслов, будучи в марте 1926 г. на факториях Вановаре и Тетере на реке Подкаменной Тунгуске и Стрелке на реке Чуне, путем опроса эвенков собрал новые сведения о падении метеорита, причем он отметил в своей статье, что при поездках за последние годы на реку Ангару ему неоднократно приходилось слышать от крестьян о падении этого метеорита. Нужно сказать, что материалы, собранные Куликом, Вознесенским и Обручевым, не были известны Суслову, и поэтому он проводил опрос эвенков независимо от имевшихся уже сведений о метеорите.


Как писал в своей статье Суслов, на устье реки Вановары он встретил чум уже известного нам эвенка Лючеткана и у него — вдову его брата Ивана, Акулину, пострадавшую вместе со своим мужем от падения метеорита. Об этом событии она рассказала следующее: «Рано утром, когда все в чуме еще спали, чум взлетел на воздух, а вместе с ним — и люди. Упав на землю, вся семья получила лишь незначительные ушибы, Акулина же и Иван потеряли сознание и от сильного испуга долго не могли понять, что случилось с ними. Когда же сознание к ним вернулось, они увидели горящий кругом лес. Много лесу было повалено. Кругом слышался какой-то шум». На фактории Стрелке Суслов встретил старика эвенка Василия Охчен, жившего в момент падения метеорита в чуме Ивана и Акулины. Подтвердив рассказ Акулины, он добавил, что «проснулся в тот момент, когда сорвало чум и его сильным толчком отбросило в сторону. Сознания он не потерял... был слышен невероятно сильный продолжительный гром и земля тряслась, горящие деревья падали, кругом все было застлано дымом и мглой. Вскоре гром стих, ветер прекратился, но лес продолжал гореть. Все трое отправились на поиски оленей, которые в момент катастрофы разбежались. Многих оленей из стада не оказалось, найти их не могли».


В момент падения метеорита, как отметил Суслов, чум Акулины находился на устье реки Дилюшмы, при впадении в реку Хушмо (река Дилюшма впадает не в реку Хушмо, а в реку Чамбэ, недалеко от устья Хушмо.— Е. К.). Лючеткан же в это время жил на реке Тетере и слышал лишь продолжительный гром и сотрясение земли. Осенью, как он сообщил, Лючеткан и Акулина обнаружили на северо-восточном склоне хребта Лакуры, вблизи истока реки Макирты, «сухую речку», представлявшую собой борозду, которая оканчивалась большой ямой, заваленной землей. По их словам борозда и яма уже поросли молодым лесом. На реке Аваркитте в момент падения метеорита стоял чум детей умершего эвенка Подыги: Чекарена, Чучанча и Налеги. Все они говорили Суслову, что «были разбужены сильным грохотом. Повсюду слышались удары, сотрясение земли, сильный треск и шум. Страшная буря, от которой трудно было удержаться на ногах, вблизи их чума валила лес. Вдали, по направлению на север, было видно какое-то облако; после они убедились, что это был дым».


Об образовании к северу от хребта Лакуры «сухой речки» и ям рассказал и эвенок Андрей Онкоуль, который приблизительно на половине расстояния между реками Кимчу и Хушмо видел яму больших размеров, о которой раньше никто из эвенков ничего не знал.


Используя суглан (съезд) эвенков, происходивший с 1 по 4 июня 1926 г. на фактории Стрелке, Суслов опросил до 60 эвенков. Все они, отмечал Суслов, в один голос говорили, что при падении метеорит «палил лес», «кончал лабазы», «кончал оленей», «портил людей», «кончал собак», «валил тайгу» и т. д. Суслов особо отметил то обстоятельство, что эвенки охотно отвечали на вопросы и сами рассказывали о всех подробностях постигшего их несчастья и вместе с тем выражали готовность показать любое место, связанное с падением метеорита. Эвенок Лючеткан, по просьбе Суслова, начертил карту района падения метеорита, причем другие эвенки вносили свои коррективы. Эта карта приложена к статье Суслова (фиг. 4).


Основываясь на показаниях эвенков, Суслов дает направление поваленного леса на северо-восток, приблизительно правильно определяя границу области поваленного леса. Далее, обратив внимание на сообщение о «сухой речке» и ямах в районе хребта Лакуры, он пришел к заключению, что «метеорит летел под незначительным углом по отношению к поверхности земли. Ударившись о вершину хребта Лакуры, он сделал глубокую борозду и разорвался на части, одна на которых упала и истоке реки Макирты, а другая к северу от хребта Лакуры и третья между рекой Дилюшмой и верховьями реки Южной Чуни». Вывал леса он объяснял «сильным инертным движением воздуха, получившимся от внезапной остановки на хребте Лакуре громадного летевшего тела», т. е. головной воздушной волной. Суслов отметил далее, что, проезжая по дороге, помеченной на его карте, через реки Дилюшму и Укогиткон, он не видел поваленного леса. Проверить же рассказы эвенков о «сухой речке», ямах и поваленном лесе ему не удалось, так как все сведения об этом он получил уже в летний период, когда путешествие по тайге на оленях было бы довольно трудным, а также и потому, что он торопился с возвращением, чтобы использовать высокий уровень воды на реке Чуне для выезда из тайги. В заключение Суслов также указывал на необходимость осуществления быстрых поисков метеорита, «так как некоторые эвенки — свидетели катастрофы,- писал Суслов,— уже умерли, другие же откочевывают в отдаленные районы. На месте же падения метеорита уже вырос



Фиг. 4. Схематическая карта места падения Тунгусского метеорита и области поваленного леса, составленная по рассказам эвенков. I —места падений метеоритов, II и  III — места стоянок эвенков, IV—область поваленного леса и V — «Сухая речка». (По И. М. Суслову.)


молодей лес, и с каждым годом ом будет усложнять поиски».


Мы должны, конечно, с осторожностью относиться к сообщениям эвенков об обстоятельствах падении метеорита. В этом отношении заслуживает внимания письмо С. Овчинникова от 11 марта 1934 г., полученное Л. Л. Куликом. Овчинников писал ему: «Те очень общие рассказы, которые мне передавали чунские эвенки,— безусловно Вам известны и в них я не находил чего-либо нового или противоречащего появлявшимся в прессе сообщениям, за исключением факта о гибели многих стад оленей при приближении и падении метеорита. Я слышал от эвенков, что в то время там не могло быть и не было большого количества оленей. Так что, если есть мнение о подобном происшествии, то оно должно быть проверено».


Тем не менее, забегая вперед, мы должны отметить, что многие рассказы, как потом было установлено во время экспедиций, оказались замечательно точными. Так, например, правильным было указание на расположение области  поваленного леса в районе рек Хушмо и Чамбэ; радиальный вывал леса обнаружен как раз между реками Хушмо и Кимчу, где и предполагается место падения метеорита. Это также совпадает с показаниями эвенка Андрея Онкоуль, который здесь видел «глубокую яму больших  размеров». Автор во время третьей экспедиции действительно встретил старые чумы, в которых, очевидно проживали дети эвенка Подыги. Они находились у реки Аваркитты, как об этом и рассказывали эвенки. Однако указание эвенков о направлении поваленных деревьев на северо-восток оказалось неправильным. Лес в районе рек Хушмо и Чамбэ повален на юг и юго-восток. Рассказы о «сухой речке» и ямах в районе хребта Лакуры не были проверены, экспедициями Кулика. Поскольку же предполагаемое место падения метеорита расположено приблизительно в 18—20 км по прямому направлению на северо-восток от указанного хребта, то вполне возможно, что, говоря о хребте Лакуре, эвенки имели в виду именно то место, где и был установлен радиальный вывал леса, тем более, что эвенки отмечали, что «сухая речка» и ямы расположены не на самом хребте, а к северу от него.


Из всего изложенного выше мы видим, что к моменту выезда Л. А. Кулика в марте 1927 г. в его первую экспедицию специально для изучения падения Тунгусского метеорита в его распоряжении имелся весьма подробный материал, на основании которого можно было судить и о масштабах падения и о вероятном месте падения метеорита, и вместе, с тем достаточно уверенно наметить маршрут экспедиции.


ГЛАВА   2


ЯВЛЕНИЯ, СОПРОВОЖДАВШИЕ ПАДЕНИЕ МЕТЕОРИТА. И ОБЛАСТЬ ИХ РАСПРОСТРАНЕНИЯ


Вскоре после падения метеорита Иркутская магнитная и метеорологическая обсерватория получила многочисленные сообщения об этом событии, частью от ее корреспондентов, частью от различных лиц — очевидцев падения, в том числе и от личных знакомых директора обсерватории А. В. Вознесенского. Многие из этих сообщений были написаны сейчас же или в ближайшие дни после падения. Большое число сообщений представляют заполненные анкеты о землетрясении, бланки которых были разосланы обсерваторией ее корреспондентам. Однако и в анкетах корреспонденты описывали не обычное землетрясение, а те явления, которые были вызваны падением метеорита, часто отмечая видимость «огненного шара», пролетевшего по небу. То обстоятельство, что сообщения писались вскоре после падения метеорита, является особенно важным. К таким сообщениям мы можем относиться с большим доверием, поскольку они писались под свежим впечатлением и часто по собственной инициативе очевидцев. Нужно сказать, что опубликованные в газетах сообщения о падении метеорита при той медленной почтовой связи, которая тогда осуществлялась между сибирскими населенными пунктами, не скоро дошли до населения н поэтому не могли каким-либо образом повлиять на составление описаний явления.


Существенное значение имеет также и то, что значительная часть сообщений, полученных Иркутской обсерваторией, отличается однородностью; это объясняется более или менее одинаковой грамотностью корреспондентов, стоявшей, в общем, на среднем уровне. Можно отметить только, что в одних сообщениях содержится больше подробностей, в других — корреспонденты ограничились краткими описаниями.


Мы должны отметить также, что все эти сообщения представляют собой важные научные документы, удостоверяющие факт падения метеорита 30 июня 1908 г. в бассейне реки Подкаменной Тунгуски и свидетельствующие об исключительных масштабах этого явления. Это важно отметить потому, что изучение падения метеорита и дальнейший сбор материала по нему начались значительно позднее. Поэтому некоторые лица теперь высказывают сомнения в отношении достоверности указанной даты, масштабов и даже самого факта падения.


Наблюдательный материал, полученный Иркутской обсерваторией и позднее переданный в Метеоритный отдел Минералогического музея Академии Наук СССР, в настоящее время хранится в научном архиве Комитета по метеоритам Академии Наук СССР и составляет основной фонд всего наблюдательного материала по падению Тунгусского метеорита.


В 20-х годах, как мы знаем из предыдущей главы, наблюдательный материал был значительно пополнен сведениями о падении метеорита, собранными Л. А. Куликом. Затем он был пополнен сведениями, полученными путем опроса населения во время экспедиций по изучению падения Тунгусского метеорита, в период с 1927 по 1931 г., а также в более поздние годы — письмами очевидцев, полученными Комитетом по метеоритам. Однако вследствие того, что опрос очевидцев проводился спустя около двух десятков лет после падения метеорита, оказалось, что многие подробности явления уже исчезли из памяти очевидцев, другие же явно искажены.


Весь бывший доступным наблюдательный материал был подвергнут автором тщательному изучению, причем главная задача заключалась в составлении, по возможности, полного общего описания падения Тунгусского метеорита и затем — в определении его траектории в земной атмосфере.


Выше мы уже отмечали, что Кулик, Вознесенский, а затем Суслов пытались определить направление движения болида и установили, что болид летел с юга на север (Кулик) или с юго-юго-запада на северо-северо-восток (Вознесенский и Суслов). Строгую научную обработку наблюдательного материала для получения траектории метеорного тела выполнил И. С. Астапович [10]. Он также получил направление траектории с юго-юго-запада на северо-северо-восток [10 и 11]. Тем не менее, автор счел необходимым заново пересмотреть весь наблюдательный материал, пополненный  новыми сообщениями, которые не были в свое время использованы Астаповичем. Как мы потом увидим, полученное автором направление траектории оказалось несколько отличающимся от направления, полученного Астаповичем. По полученным автором данным, болид летел с юго-востока на северо-запад.


При ознакомлении с наблюдательным материалом важно знать метеорологические условия для момента паления метеорита. Поэтому мы приводим в табл. 1 метеорологические данные, опубликованные И. С. Астаповнчем в его статье [10].


Таблица 1


Метеорологические условия для Центральной Сибири в  день падения


Тунгусского метеорита (30 июня 1908 г., 7 час. утра)


 

Название пункта

Давление на уровне моря, мм рт.ст.

Температура для сухого термометра, 0С

Облачность по 10-балльной шкале

 

Скорость ветра, м/сек

Абаканский завод

779,4

13,3

10

0

Баргузин

768,0

16,4

0

ЗЮЗ 5

Благовещенск

773,0

13,4

8

0

Братск

767,6

15,3

0

0

Дудинка

757,2

20,6

10

0

Енисейск

766,5

23,2

2

ВСВ 2

Зима

772,0

22,8

0

0

Илимск

762,5

11,2

10

0

Иркутск

771,0

15,2

2

0

 

-

18,0

0

СВ 3

Канск

767,5

21,1

5

ВЮВ 2

Кежма

-

18,5

4

ЮЗ 3

Киренск

759,1

15,7

0

0

Нижнеудинск

757,9

16,2

0

0

Смолой

767,0(?)

16,5

3

0

 

-

17,0

0

СВ 2

Тайшет

751,5

19,5

2

0

Тулун

757,2

17,8

0

0

Туруханск

763,0

23,6

2

ССВ 3

Усолье

765,1

17,4

0

0

Хатанга

-

16,3

10

ЗЮЗ 5

Шаманское

762,0

16,0

0

0

 

 

 

 

 


Как справедливо указал Астапович, почти на всем протяжении района наблюдений падения метеорита стояла антициклональная погода, и лишь на крайнем севере было пасмурно. Следовательно, условия для наблюдений болида почти повсеместно были достаточно благоприятные или даже хорошие. Метеорологические данные, вместе с тем, показывают, что вывал леса и действие воздушных волн, которое испытали на себе отдельные очевидны, были вызнаны, несомненно, падением метеорита, а не обыкновенным ураганом, как об этом высказывали предположение некоторые ученые после того как стали известны результаты обследования места падения метеорита, проведенного в 1927 г. и позднее Куликом.


В табл. 2 приведена сводка характерных явлений (в описаниях очевидцев), наблюдавшихся при падении метеорита, составленная Ф. Н. Криновой после объединения всего наблюдательного материала. В сводку вошли и некоторые сообщения, опубликованные в газетах. Очень краткие сообщения, в которых только констатировался факт падения метеорита или неясно отмечались какие-то звуковые явления, в сводку не включены. Данные расположены в таблице в порядке уменьшения расстояния пунктов наблюдения до места падения метеорита. Поэтому при рассмотрении таблицы можно видеть, как по мера приближения к месту падения наблюдавшиеся явления были всё более и более мощными. Вместо географических координат пунктов наблюдений в таблице показаны расстояния (округло) и направления на эти пункты от места, падения метеорита; это дает возможность более наглядно судить о зависимости мощности явлений от расстояния и направления.


На прилагаемой карте (фиг. 5) нанесены все пункты наблюдений различными знаками в зависимости от того, наблюдались ли какие-либо световые и звуковые явления, или же ощущались те или иные механические действия (сотрясение земли, падения различных "предметов, дребезжание оконных стекол и т. д.). Уже беглый просмотр карты показывает, что наибольшее число пунктов, где наблюдался болид, приходится в юго-восточном направлении относительно места падения метеорита. Допуская, что при относительно одинаковой частоте населенных пунктов вдоль железной дороги, по реке Ангаре и затем по реке Илиму и в районе Киренска, а также принимая во внимание в общем одинаковые метеорологические условия для момента падения метеорита, можно предположить, что наибольшее число пунктов, где наблюдался болид, должно быть расположено приблизительно вдоль проекции траектории метеорного тела, т. е. на более близком расстоянии от самой траектории. В этих пунктах должны были бы наблюдаться и более мощные механические явления, вызванные баллистической волной. Расположение таких пунктов на карте указывает на северо-западное направление траектории. При более внимательном ознакомлении с описаниями падения мы увидим, что в большинстве случаев они действительно подтверждают сделанный вывод о направлении траектории.



Фиг. 5. Карта распространения явлений, сопровождавших падение Тунгусского метеорита 30 июня 1908 г. (По Е. Л. Кринову)


Таблица 2


Сводка наблюдений падения Тунгусского метеорита 30 июня 1908 г.


Рассмотрим данные табл. 2. Подавляющее число очевидцев отметило, что падение метеорита произошло в 7—8 час. утра. Некоторые отметили даже минуты. Однако таких указаний было сделано мало и притом у разных наблюдателей имеются расхождения в числе минут. Тем не менее, еще Вознесенский пытался определить•более точно момент падения метеорита по показаниям очевидцев; выбрав из общего числа сообщений пять наиболее надежных, он получил следующие результаты [8]


Таблица 3


Момент падения Тунгусского метеорита по показаниям очевидцев (по А. В. Вознесенскому)


Место наблюдения

Местное время,

час.      мин.

Гринвичское время,

час.        мин.

То же, исправленное за время прохождения  звуковых волн,

час.      мин.

Канск

7 27

0 46

0  20

Троицкое

7       07

0 45

0  18

Замзор

7       32

0 43

0  16

Нижне-Илимское

7       15

0 20

0  05

Николаевский Завод

7       30

0 43

0  21

         Среднее

-

-

0  16


Полученное значение хорошо совпало с моментом падения, установленным в результате обработки записей землетрясения сейсмографами и оказавшимся равным 0 ч. 17 м. 11 с. Едва ли можно получить более точные данные, чем приведенные выше. Момент падения метеорита был, определен и И. С. Астаповичем на основании обработки барограмм, причем он получил в среднем: по сибирским барограммам 0 ч. 13.3 м., по микробарограмме Слуцка 0 ч. 15.0 м. и по барограмме Петербурга 0 ч. 17.6 м. [10].


Таким образом, мы можем считать, что момент падения Тунгусского метеорита был определен с исключительной точностью, и в этом отношении данное падение является, вероятно, одним из немногих.


Что же касается продолжительности явления, то здесь наблюдаются значительные расхождения. Одни наблюдатели отметили продолжительность в несколько секунд, тогда как другие — более часа. Поэтому получить хоть сколько-нибудь надежные или даже грубо приближенные данные не представляется возможным.


Далее, из рассмотрения таблицы можно заметить, что наиболее мощные световые, звуковые и механические явления наблюдались в направлении на юго-восток от места падения метеорита. Это также, повидимому, подтверждает наш вывод о том, что болид летел с юго-востока на северо-запад, поскольку наиболее значительные действия баллистической волны должны были проявиться вдоль проекции траектории болида. Наблюдатели Вакулин и Кокоулин из Нижне-Илимска так и отметили, что болид летел с юго-востока на северо-запад.


Интересно выяснить, на каких расстояниях от места падения метеорита расположено больше всего пунктов, где наблюдались те или иные явления. Ниже в табл. 4 указано число пунктов наблюдений для разных расстояний:


Таблица 4


Число пунктов наблюдений и расстояния до них от места  падения Тунгусского метеорита


Расстояние, км

 

Число пунктов

 

Расстояние, км

 

Число пунктов

 

До 100

3

701-800

9

201-300

12

801-900

4

301-400

4

901-1000

2

401-500

11

1001-1100

2

501-600

18

1101-1200

1

601-700

17

 

 


Мы видим, что наибольшее число пунктов наблюдений расположено на расстоянии 500—700 км  (фиг. 6) от места падения. Наиболее удаленным пунктом, где отмечены звуковые явления, сравнимые со стрельбой из пушек, является Ачаевский улус, расположенный на расстоянии около 1200 км от места падения метеорита. Крайним пунктом, где были отмечены световые явления, является Знаменское б. Иркутской губернии, расположенное на расстоянии около 710 км от места падения метеорита к юго-юго-востоку.


Перейдем к детальному критическому рассмотрению отдельных, наиболее интересных, сообщений очевидцев падения, главным образом тех, в которых отмечены световые явления. Многие из описаний настолько интересны для характеристики масштабов явления, что мы приводим их здесь полностью. В противоположность предыдущему целесообразнее рассмотреть описания в обратном направлении, а именно — следуя по пунктам наблюдений в направлении от места падения метеорита.


Как мы знаем, ближайшим пунктом наблюдения, не считая кочевий эвенков, является фактория Вановара. Здесь падение метеорита из опрошенных очевидцев наблюдали трое. Наиболее важные сведения дал С. Б. Семенов. Его опрашивал Кулик в 1927 г., и автор — в 1930 г. Здесь мы приводим показания, полученные автором, которые, впрочем, ничем существенно не отличаются от предыдущих его показаний. Семенов рассказал следующее:



Фиг. 6. Распределение  пунктов наблюдений в зависимости от расстояния до места падения Тунгусского метеорита


«Точно год не помню, но больше двадцати лет назад, во время пахоты паров, в завтрак я сидел на крыльце дома на фактории Вановаре и лицом был обращен на север. Только я замахнулся топором, чтобы набить обруч на кадушку, как вдруг на севере, над тунгусской дорогой Василия Ильича Онкоуль (зимняя дорога Метеоритной экспедиции.— Е. К.) небо раздвоилось и в нем широко и высоко над лесом (как показывал Семенов, на высоте около 50°.— Е. К.) появился огонь, который охватил всю северную часть неба. В этот момент мне стало так горячо, что словно на мне загорелась рубашка, причем жар шел с северной стороны. Я хотел разорвать и сбросить с себя рубашку, но в этот момент небо захлопнулось и раздался сильный удар. Меня же сбросило с крыльца сажени на три. В первый момент я лишился чувств, но выбежавшая из избы моя жена ввела меня в избу. После же удара пошел такой стук, словно с неба падали камни или стреляли из пушек, земля дрожала, и когда я лежал на земле, то прижимал голову, опасаясь, чтобы камни не проломили голову. В тот момент, когда раскрылось небо, с севера пронесся мимо изб горячий ветер, как из пушки, который оставил на земле следы в виде дорожек и повредил росший лук. Потом оказалось, что многие стекла в окнах были выбиты, а у амбара переломило железную накладку для замка у двери. В тот момент, когда появился огонь, я увидел, что работавший около окна избы II. П. Косолапов присел к земле, схватился обеими руками за голову и убежал в избу.


Зимой того же года ко мне заходил тунгус Иван Ильич. Который говорил: «пошто вы  не ищете золото в Лакуре. Там, - говорит,-— мользя (лес) грозой вырвало, а гукала (землю) утащило, борони бог, не знаем куда. Там был мользя густой, а куда утащило, диво-диво, не знаем. Там вырыло канаву, а по бортам видны всякие камни; в канаве сухо, воды нет. Птица ходит и клюет камешки. Лабаз наш в Лакуре сгорел».


Далее Семенов сообщил, что осенью он ходил «беличить» (охотиться на белку.— Е. К.) по тунгусской дороге Василия Ильича. Дойдя до хребта, он увидел там сплошной бурелом, но его лабаз уцелел. На следующий год он ходил по Бурканскому хребту и там тоже видел сплошную вывалку леса.


Показания Семенова, полученные Куликом, были опубликованы им в его статье в Докладах Академии  Наук СССР [12]. Представляет интерес сообщение его об ощущении «жара», исходившего в момент взрыва с северной стороны. Очевидно, «жар» был вызван непосредственным действием лучистой энергии взрыва. Он отметил далее, что потом пронесся «горячий ветер», который,  повидимому, представлял собой взрывную волну, дошедшую до Вановары.


Интересно также сообщение Семенова о рассказах эвенка Онкоуль, который сказал, что в районе хребта Лакуры у него сгорел лабаз. Действительно, остатки сгоревшего лабаза были обнаружены во время работ третьей экспедиции (см. далее). Однако они были расположены не в районе хребта Лакуры, а около предполагаемого места падения метеорита, т. е. в 18—20 км к северо-востоку от указанного хребта. Возникает вопрос, насколько точно определял  эвенок Онкоуль место расположения; своего лабаза, указывая на Лакуру. Вполне возможно, что расстояние в 18—20 км не имеет значения, и, следовательно, лабазы, остатки которых были; найдены, могли быть теми самыми, которые принадлежали эвенку Онкоулю. К этому вопросу мы еще вернёмся. Дочь  Семенова, А. С. Косолапова, опрошенная автором в 1930 г., уже в возрасте 41 года, сообщила следующее: «Мне было 19 лет, и во время падения метеорита я была на фактории Вановаре. Мы с Марфой Брюхановой пришли на ключ (за баней фактории) по воду. Марфа стала черпать воду, а я стояла подле нее, лицом к северу. Вдруг я увидела перед собой на севере, что небо раскрылось до самой земли и пыхнул огонь. Мы испугались, но небо снова закрылось и вслед за этим раздались удары, похожие на выстрелы. Мы подумали, что с неба надают камни и в испуге бросились бежать, оставив у ключа свой ушат. Я бокала, пригнувшись и прикрыв голову, боясь, как бы на голову не упали камни. Марфа бежала позади меня. Подбежав к дому, мы увидели моего отца, С. Б. Семенова, лежавшего у амбара 6eз чувств напротив крыльца дома. Марфа и я ввели его в избу. Было ли во время появления огня жарко, я не помню. В то время мы сильно испугались. Огонь был ярче солнца. Во время звуков земля и избы сильно дрожали, а в избах с потолков сыпалась земля. Звуки сначала были очень сильные и слышались прямо над головой, а потом постепенно стали все тише и тише».


Упоминавшийся Семеновым третий очевидец с Вановары, П. П. Косолапов, опрошенный Л. А. Куликом в 1927 г. [12], сообщил следующее:


«В июне 1908 г., часов в 8 утра я собирался на фактории Вановаре на сенокос и мне понадобился гвоздь. Не найдя его в избе, я вышел во двор и стал вытаскивать гвоздь щипцами из наличника окна. Вдруг мне что-то как бы сильно обожгло уши. Схватившись за них и думая, что горит крыша, я поднял голову и спросил сидевшего у своего дома на крыльце С. Б. Семенова: «Вы что, видели что-нибудь?» — «Как не видать, отвечал тот, мне тоже показалось, что меня как бы жаром охватило. После этого я сразу же пошел в избу, но только что я вошел в нее и хотел сесть на пол за работу, как раздался удар, посыпалась с потолка земля, вылетела из русской печи на стоявшую против печи кровать заслонка от печи и было вышиблено в избу одно стекло из окна. После этого раздался звук, наподобие раскатов грома, удалявшихся к северу. Когда стало потом потише, то я выскочил на двор, но больше ничего уже не заметил».


В этом сообщении мы не видим указаний очевидца на какие-либо световые явления. Повидимому, это объясняется тем, что он стоял около южной стены дома и, следовательно, вся северная половина неба, где произошел взрыв, была от него закрыта. Но в таком случае он был защищен от непосредственного действия лучистой энергии взрыва. Между тем, он ощутил ожог ушей в тот самый момент, когда и Семенов испытал на себе действие «жара» (см. выше), т. е. в момент взрыва. По всей вероятности, ожог ушей был вызван непосредственным действием лучистой энергии самого болида, который пролетел над Вановарой за секунду — другую до взрыва. Так что могло создаться впечатление, что ожог ушей Косолапов ощутил в один и тот же момент с «жаром», который почувствовал Семенов. Об этом можно заключить по указанию Семенова, который отметил, что когда появился «огонь» (вероятно, первая фаза явления, т. е. появился болид), то Косолапог. присел к земле, схватился обеими руками за голову и убежал в избу». Семенов  же, повидимому, испытал «жар» от лучистой энергии и болида и взрыва.


Мы, конечно, должны учитывать, что за продолжительностью времени, протекшего с момента падения метеорита, очевидцы не смогли точно запомнить последовательность отдельных деталей явления, и всякие неувязки совершенно неизбежны. Повидимому, можно считать достоверным, что на Вановаре, т. е. в расстоянии около 100 км от места падения метеорита, сначала ощущалось действие лучистой энергии взрыва, а затем спустя 5—6 мин., дошла горячая взрывная волна. Допустимо также ощущение лучистой энергии болида и проявление действий баллистической волны.


Рассмотрим теперь сообщения очевидцев из села Кежмы и других населенных пунктов по реке Ангаре, расположенных приблизительно на расстоянии 200—300 км к ЮЮЗ—ЮЗ от места падения метеорита.


Енисейский уездный исправник Солонина в своем рапорте от 19 июня 1908 г. за № 2979 на имя Енисейского губернатора доносил: «17-го минувшего июня, в 7 ч. утра над селом Кежемским (на Ангаре) с юга по направлению к северу, при ясной погоде, высоко в небесном пространстве пролетел громадных размеров аэролит, который, разрядившись, произвел ряд звуков, подобных выстрелам из орудий, а затем исчез».


Копия этого рапорта делопроизводителем губернатора была направлена Красноярскому подотделу Восточно-сибирского отделения Русского географического общества для сведения. Отсюда она была переслана в Иркутскую обсерваторию, а последней вместе с другими наблюдениями, как мы отмечали, была передана после обработки в Метеоритный отдел Академии Наук. Это единственное сообщение о падении метеорита, полученное из села Кежмы в 1908 г. Все остальные очевидцы из этого села были опрошены уже после того как Кулик начал свои работы по изучению падения Тунгусского метеорита.


Житель села Кежмы К. А. Кокорин, 64 лет, опрошенный автором в 1930 г., сообщил следующее:


«...часов в 8—9 утра, не позднее, небо было совершенно чистое, облаков не было. Я вошел в баню (во дворе) и лишь только успел снять верхнюю рубашку, как вдруг услышал звуки, наподобие пушечных выстрелов. Я сразу же выбежал во двор, открытый на юго-запад и запад. В это время звуки еще продолжались, и я увидел на юго-западе, на высоте приблизительно половины расстояния между зенитом и горизонтом, летящий красный шар, а по бокам и позади него были видны радужные полосы. Шар летел 3-4 секунды и исчез на северо-востоке. Звуки были слышны во время полета шара, но они сразу же прекратились, когда шар скрылся за лесом. Тунгус С. И. Анков в тот год, когда упал метеорит, приходил на факторию Панолик и рассказывал мне, что при падении метеорита у них сгорело 80 турсуков муки и теплая зимняя одежда, находившаяся в лабазах около Лакуровских хребтов. Там же частью погибли олени. Когда они пришли к лабазам (после падения), то увидели на ровном месте «разрыв земли» в виде большой канавы без воды, в которой они находили всякие камешки. Некоторые из этих камней они приносили и мне».


В этом сообщении не увязываются данные о моменте возникновения звуковых явлений (ударов) и полета болида. Так, Кокорин отмечает, что удары предшествовали полету болида, чего, конечно, не могло быть. Поэтому можно заключить, что очевидец, за длительностью времени, протекшего с момента падения метеорита, запамятовал последовательность явлений. Неправильно сообщение Кокорина и о направлении траектории болида, так как болид никак не мог лететь на юго-западе от с. Кежмы, даже, если его траектория и была направлена с юга на север (см. карту, фиг. 5). Тут очевидец явно путает страны света.


Очевидец Д. Ф. Брюханов, опрошенный Л. А. Куликом в 1938 г., рассказал:


«В ту пору я пахал свою пашню на Народимой (6 км к западу от с. Кежмы). Когда я сел завтракать около своей сохи вдруг раздались удары, как бы пушечные выстрелы. Конь упал на колени. С северной стороны над лесом вылетело пламя. Я подумал: неприятель стреляет (в ту пору о войне говорили). Потом вижу — еловый лес ветром пригнуло; ураган, думаю; схватился за соху обеими руками, чтобы не унесло. Ветер был так силен, что снес немного почвы с поверхности земли; а потом этот ураган на Ангаре воду валом погнал: мне все хорошо было видно, так как пашня была на бугре.


В то же лето приезжали русские с Панолика (фактория) и говорили, что еще севернее от них раздавались такие же выстрелы, и в избах на Панолике выбило окна, а сидевших в одной избе сбросило с лавок на пол».


Сообщение это было опубликовано в сборнике статей «Метеоритика» [13]. В нем интересно указание очевидца, что «над лесом вылетело пламя». Если допустить, что он действительно наблюдал пламя, вызванное взрывом при падении метеорита, и принять, что угловая высота пламени была не менее 5° (иначе оно не могло бы быть замеченным очевидцем, то в таком случае истинная высота пламени должна была бы быть около 20 км. Повидимому, такая высота допустима при том колоссальном взрыве, который последовал за падением метеорита.


А. К. Кокорин рассказывал Кулику в 1927 г. о том, что к северу от села Кежмы. на «коврижке» крестьяне пахали пары. Грохот перепугал лошадей настолько, что они вскачь в панике потащили в разные стороны плуги, а некоторых из них свалило с ног.


Житель села Кежмы А. К. Брюханов, опрошенный в 1929 г. учительницей 3. Востриковой, передавшей свои записи Л. А. Кулику, рассказал:


«...не успел я еще одеться совсем после бани, слышу —шум. Выскочил, как был, на улицу и сразу на небо взгляд кинул, потому слышно — шум оттуда. И вижу: синие, зеленые, красные, жаркие (оранжевые) полосы, по небу идут и шириной они с улицу.


Погасли полосы, и снова послышался грохот, и земля затряслась. Потом снова показались полосы и ушли «под сивер». Казалось, что были они верст за 20 от Кежмы. Ну, а потом услыхал я, что конец им был далеко, на тунгусской стоянке. Тунгусы рассказывали, что сожгло у них 4 лабаза всякого имущества, да «оленей» 50 хлеба. А у стоянки вырыло канаву и находили в ней тунгусы какие-то камни».


Из приведенного сообщения мы можем заключить, что очевидец наблюдал полет болида в направлении к северу: «полосы ушли под сивер».


В своих письмах к Л. А. Кулику в 1935 и 1936 гг. некий Т. Н. Науменко, проживавший в указанное время в т. Чернигове, а во время падения метеорита находившийся в селе Кежме, где он отбывал ссылку за политическую деятельность в дореволюционное  время, сообщил следующие, сохранившиеся у него в памяти, впечатления от падения метеорита:


«...17 или 18 июня 1908 г., около 8 часов утра день был на редкость ясный, и не было заметно, ни одного облачка, ветер не шевелился, была полнейшая тишина... Вдруг послышался отдаленнейший, еле слышный звук грома; это заставило нас невольно оглянуться во все стороны; звук послышался как будто из-за реки Ангары... звук грома начал быстро усиливаться, он казался уже чем-то необыкновенным, поскольку никаких туч на горизонте не было видно; при этом раздался первый, сравнительно небольшой удар; ...когда я быстро повернулся в направлении удара, то увидел, что лучи солнца пересекались широкой огненно-белой полосой с правой стороны лучей; с левой же, по направлению к северу..., в тайгу летела неправильной формы еще более огненно-белая (бледнее солнца, но почти одинаковая с лучами солнца) несколько продолговатая масса в виде облачка («комка»), диаметром гораздо больше луны... без правильных очертании краев.


После первого несильного удара, примерно через две-три секунды, а то и больше... раздался второй, довольно сильный удар грома, ...самый сильный, какие бывают во время грозы. После второго удара «комка» уже не стало видно, но хвост, вернее полоска, уже вся очутилась с левой стороны лучей солнца, перерезав их, и стала во много раз шире, чем была с правой стороны от него; и тут же через более короткий промежуток времени, чем было между первым и вторым ударами, последовал третий удар грома, и такой сильный (как будто бы еще с несколькими, внутри него слившимися вместе ударами, даже с треском), что вся земля задрожала и по тайге разнеслось такое эхо (какой-то оглушительный сплошной гул), что казалось, что гул охватил всю тайгу необъятной Сибири... Плотники... после первого и второго ударов в полном недоумении крестились..., а когда раздался третий удар, так плотники попадали с постройки на щепки навзничь..., и некоторые были так ошеломлены и совсем перепуганы, что мне приходилось приводить их в чувство и успокаивать..., все мы побросали работу и пошли в село. Там увидели на улицах целые толпы местных жителей, с ужасом говоривших об этом явлении... Некоторые еще спали, и их разбудили эти необыкновенной силы удары грома, от которых звенели стекла, а в некоторых домах даже треснули печки и попадала с полок кухонная посуда...».


В этом, весьма пространном описании падения метеорита, опубликованном в сборнике статей «Метеоритика» [14], также обращает на себя внимание указание на звуки, предшествовавшие появлению болида. Получается, что эта странная особенность отмечается многими свидетелями, независимо друг от друга. Слышимость звуков при полете так называемых электрофонных болидов, в виде треска, шума, похожего на шелест листьев и т. д., вызываемых, невидимому, электрическими причинами, неоднократно отмечалась многими очевидцами других болидов [33]. Однако в данном случае речь идет не о шуме или шелесте, а об ударах значительной силы, "невольно обращавших на себя  внимание очевидцев, которые при  этом даже выбегали из помещений. Может быть, это связано с масштабами данного падения. Нужно, впрочем, отметить, что автору из его большой практики опроса очевидцев падений других метеоритов известно, что большинство очевидцев помимо своей воли  всегда стрсмится изменить последовательность явлений, или, точнее сказать, объединить световые и звуковые явления и отнести их к одному моменту времени. Им кажется, что летящий болид непременно должен вызывать удары, которые наблюдатели должны слышать одновременно с полетом болида: скорость распространения звуковых волн они не учитывают.


Существенным в сообщении Науменко является указание на видимый путь болида. Его указание, что болид пролетел «через солнце» в восточной стороне неба свидетельствует о том, что он хорошо запомнил путь болида, поскольку он пролетел перед солнцем. Но в таком случае мы имеем подтверждение полученному нами направлению траектории болида с юго-востока на северо-запад. Затем, в сообщении Науменко можно усмотреть хорошее описание общей картины падения, появление и перемещение следа, а также удары, вызванные баллистической волной и затем — взрывом (особенно сильный удар — третий).


Следует отметить, что во всех сообщениях очевидцев из села Кежмы указывается на совершенно безоблачное небо. Между тем, по сводке Астаповича, приведенной выше и основанной на материалах наблюдений метеорологических станций, в Кежме в момент падения метеорита (7 час. утра) небо на 0,4 было закрыто облаками. Это заставляет с осторожностью относиться к показаниям метеорологических станций об условиях погоды в момент падения метеорита.


Е. Н. Кокорина сообщила в 1938 г. Кулику, что во время падения метеорита она жила в деревне Недокуре и, находясь в комнате, услыхала «какой-то шум». Вслед за этим дверь раскрылась, стекла в окне вылетели, а жившая вместе с нею старушка свалилась с печи.


Житель села Кежмы И. А. Кокорин, опрошенный автором в 1930 г., рассказал:


«Вместе с Брюхановым и другими (человек 5—6) я ехал в лодке по реке Ангаре в деревню Кову добывать жернова. Около деревни Заимской мы подъехали к берегу и, укрепив у берега лодку, пошли «на угор» в село, расположенное прямо на юг. Отойдя несколько шагов от лодки, мы увидели справа от себя (прямо на западе) летящее наклонно к земле на север огненно-красное пламя, как при выстреле из ружья, раза в три больше солнца, но не ярче его; смотреть на него было можно, и видели как пламя скрылось за горами на северо-западе. Пламя мы заметили, когда оно уже появилось на небе. Как только пламя коснулось земли, послышались звуки наподобие беспрерывной стрельбы из пушек. Звуки продолжались не больше полчаса. Во время звуков дрожала земля, стекла в окнах дребезжали и продолжали дребезжать, когда мы вошли уже в дом. Вода в реке была спокойна».


Упоминающийся в сообщении  Т. И. Брюханое, тогда  же опрошенный автором, рассказал следующее:


«Мы лежали в лодке и, не доехав до берега сажен 200, увидели перед собой, на северо-западе, лучи косиком, широким концом книзу, летевшие к северу. Долетев до земля, они скрылись за лесом, а на их месте, на той полосе по небу, по которой летели лучи, образовалось много отдельных клубков дыма. Когда скрылись лучи, на воде образовались небольшие волны. После этого мы пристали к берегу, привязали лодку и пошли в деревню Заимскую. Только что мы успели войти в дом и поздороваться, как раздались сильные звуки наподобие  выстрелов, которые продолжались недолго. Земля и стекла в окнах в это время дрожали. Лучи были огненно-красного цвета, яркие, но смотреть на них было можно без боли в глазах. Как и когда исчез дым, я не проследил. Лучи появились (как показал рукой Брюханов) на высоте градусов 60».


В этих двух сообщениях, сделанных очевидцами, вместе наблюдавшими падение метеорита, мы видим противоречия в отношении описания начала явления. Так, Кокорин отметил, что световые явления они заметили, когда причалили уже к берегу, привязали лодку и шли в деревню Заимскую. Брюханов же сообщил, что световые явления («лучи косиком») они заметили, еще не доехав до берега сажен 200. Тем не менее оба они согласно отметили, что, придя в дом, услышали сильные звуки и наблюдали дрожание стекол в окнах. Нужно также отметить хорошее описание Брюханова, который отметил полет болида, появление после него следа из клубков дыма», а также описал характер звуковых явлений. Что же касается направления полета болида, то или очевидцы путают страны света (очевидцы опрашивались в селе Кежме, далеко от деревни Заимской, где они наблюдали падение метеорита), или же они просто запамятовали. Болид никак не мог наблюдаться около Заимской в северо-западной или западной стороне неба. Однако, как отметили очевидцы, он летел наклонно к горизонту, что вполне согласуется с принятым нами направлением траектории.


Житель деревни Ковы С. И. Привалихин, 39 лет, опрошенный автором в 1930 г., рассказал:


«Число, месяц и год, когда упал метеорит, не помню, но было это во время бороньбы паров в совершенно ясный день утром. Солнце поднялось уже довольно высоко. Мне было в то время лет 15. Я находился в 10 верстах от деревни Ковы, на  пашне. Только я успел запрячь лошадь в борону и стал привязывать другую, как вдруг услышал как бы сильный выстрел из ружья (один удар) вправо от себя. Я тотчас же повернулся и увидел летящее как бы воспламенение, вытянутое: лоб шире, к хвосту—уже, цветом, как огонь днем (белый), во много раз больше солнца, но много слабее его по яркости, так что на него можно было смотреть. Позади пламени оставалась как бы пыль; она вилась клубками, а от пламени оставались еще синие полосы. Летело оно быстро, минуты три. Исчезло пламя за гривой гор между севером и западом (немного западнее севера). Увидел я его летящим на высоте немного ниже половины расстояния между зенитом и горизонтом, над летним солнцезакатом. Как только скрылось пламя, послышались звуки сильнее ружейных выстрелов, чувствовалось дрожание земли и слышно было дребезжание стекол в окнах зимовья, куда я вбежал сразу же, как только увидел пламя. Туда прибежали в испуге и другие крестьяне, боронившие вместе со мною».


В этом сообщении очень хорошо описан след, оставленный болидом, и его хвост в виде синей полосы. След оставил у очевидца впечатление пыли, вившейся «клубками». Яркость болида, как это отмечали и предыдущие наблюдатели, была слабее солнечной. Продолжительность явления в три минуты, конечно, преувеличена, что объясняется незнанием длительности секунды и минуты. В отношении удара, который слышал очевидец во время полета болида, можно также выразить сомнение.


Инженер В. П. Гундобин писал Кулику-в 1924 г. о том, что, путешествуя по Сибири, он встречал неоднократно очевидцев падения метеорита. Так, И. В. Кокорин рассказывал ему, что во время падения метеорита он плыл по реке Ангаре около Мурского порога, вблизи села Богучаны. Это было а 5 час. утра 17 июня 1908 г.,— говорил Кокорин. Он сидел рулевым в лодке. Впечатления его были таковы. На севере блеснул голубоватый свет, и пронеслось с юга огненное тело, значительно больше солнца, оставлявшее широкую светлую полосу; затем разразилась такая канонада, что все рабочие, бывшие в лодке, бросились прятаться в каюту, позабывши про опасность, грозившую со стороны порога. Первые удары были слабее, а потом — все усиливались. Звуковой эффект по его определению длился 3—5 минут. Сила звуков была настолько велика, что лодочники были совершенно деморализованы и стоило больших усилий вернуть их на свои места в лодке. От него же Гундобин слышал, что на Подкаменной Тунгуске звуки были сильнее. Далее Гундобин сообщил, что во время его возвращения из Сибири в марте 1922 г. в деревне Чадобце от квартирного хозяина он слышал, что «в названное ясное утро, выходя на двор, он видел на севере сильный блеск и последующие сильные удары (несколько), напоминающие артиллерийскую стрельбу. Домашняя птица (куры) пришла в смятение, а лошадь, которую он держал за  повод, вырвалась у него из рук». Сообщение Гундобина было опубликовано Куликом в его статье [6].


Второй очевидец из села Чадобца Д. Владимиров, в своем письме от 14 августа 1926 г. в Минералогический музей сообщил следующее:


«1908 г., июня 17 ст. ст. в 6 час. 30 мин. утра по местному времени с юго-востока был слышен удар, похожий на выстрел из орудия, в то же время был виден огонь. Все это продолжалось 12 мин. и метеор упал на севере. В дер. Яркиной, расположенной на расстоянии 80 верст от Чадобца на север, в это время в одном доме выбило стекло в окне и из печи выбросило стоявшие горшки. Повидимому, метеор упал между Верхней и Средней Тунгусками (по местному названию Хатанги). При падении метеора не было ни одного облачка, небо было совершенно чисто».


Здесь наблюдатель прямо указал, что «огонь» был виден на юго-востоке и «метеор» упал на севере.


Интересно отметить, что в селе Бойкит (в то время фактория), расположенном на реке Подкаменной Тунгуске при впадении в нее реки Чуни, на таком же, приблизительно, расстоянии от места падения метеорита, как и все указанные выше селения, но находящемся к западо-северо-западу от места падения, т. е. в стороне, почти противоположной направлению полета болида, никаких световых явлений замечено не было, хотя небо и здесь было совершенно безоблачным. Так, очевидец И. В. Колмаков в письме к Кулику от 10 февраля 1922 г. сообщил [6]: «...я был в тайге на Подкаменной Тунгуске, в местности Бойкит, на расстоянии от села Пановского в 600 верст; там в 1908 г. в средних числах июня в 8 час. утра сделалось невероятное явление, похожее на звук пушечных выстрелов и на дробь сильного грома, чем было вызвано сотрясение земли. День был в это время ясный; явление продолжалось около 1/4 часа...».


Если мы посмотрим на карту (фиг. 5), то можем заметить, что по отношению к фактории Бойкит болид летел почти по лучу зрения и притом его путь проходил вблизи солнца. Этим, очевидно, и объясняется то обстоятельство, что очевидец не заметил никаких световых явлений.


Рассмотрим теперь показания очевидцев падения Тунгусского метеорита из населенных пунктов, расположенных на расстоянии 450—600 км к югу. юго-юго-востоку и юго-востоку от места падения метеорита, по рекам: Ангаре (в ее верхнем течении), Илиму, Лене и Киренге.


Начальник Нижне-Илимского почтового отделения Вакулин в письме от 28 июня 1908 г. сообщил [8]:


«Во вторник, 17 июня, около 8 час. утра (часы не проверены), по рассказам большого круга местных жителей, ими был первоначально замечен в северо-западном направлении спускавшийся косвенно к горизонту с востока на запад огненньй шар, который при приближении к земле превратился в огненный столб и моментально исчез; после исчезновения в том направлении был виден клуб дыма, поднимавшийся от земли вверх.


Спустя несколько минут произошел сильный шум в воздухе с глухими отдельными ударами, похожими на громовые раскаты. Следом за этими ударами последовало около 8 сильных ударов, похожих на орудийные выстрелы. Самый последний удар был со свистом и особенно сильный, от которого поверхность земли и постройки слегка колебались... эти явления подтверждают и жители оконечных селений Нижне-Илимской волости, часть Коченгской и Карапчанской волостей, расположенных с востока на запад, на пространстве около 300 верст».


Это описание содержит существенные данные, В нем указывается, что «огненный шар», т. е. болид, спускался «косвенно» к горизонту с востока на запад. Под словом «косвенно» автор понимает «немного наклонно», но не «очень наклонно», как это считал Астапович [10]. Кроме того, слово «спускался» дает представление о направлении полета больше сверху вниз, нежели очень наклонно к горизонту. В таком случае, указание в данном сообщении о направлении пути болида вполне согласуется с нашим предположением о направлении траектории с юго-востока на северо-запад. Корреспондент хорошо передал впечатление, оставленное следом болида, указав, что был виден клуб черного дыма, поднимавшийся от земли вверх. Так и должно было быть, поскольку метеорит достиг поверхности земли с космической скоростью. В этом, случае его след должен, был простираться до самого горизонта. Указание корреспондента на то, что последний удар был самым сильным, после которого почувствовалось сотрясение земли и легкое колебание построек, можно понимать так, что последний удар был вызван взрывом, последовавшим после удара метеорита о поверхность земли. Это также вполне согласуется с положением траектории болида относительно села Нижне-Илимского, по отношению к которому место падения метеорита было расположено дальше, чем все точки траектории метеорного тела.


Второй корреспондент из того же села Нижне-Илимского, агроном Кокоулин, в письме от 25 июля  1908 г. сообщил [8]: <«17 июня, приблизительно в 7 ч.  15 м. утра рабочие видели огненный чурбан, летевший, кажется, с юго-востока на северо-запад. Сначала раздались два удара (наподобие орудийных), <затем — весьма сильный удар с сотрясением. Слышались еще удары. Заметили сотрясение земли. Одна девица упала с лавки... Население перепугалось. Этот огненный шар видели в Карапчанском и слышали удары. День был ясный, а потому гром приводил публику в недоумение».


В этом сообщении существенно указание корреспондента о том, что болид летел с юго-востока на северо-запад.


Позднее Кокоулин в своем частном письме директору Иркутской обсерватории А. В. Вознесенскому от 14 сентября 1908 г. дополнительно сообщил: «...грохот был слышен около Верхоленска (в деревне Челпановой), с одной стороны, и в Мухтуе — с другой, т. е. на расстоянии около 1300 верст по Лене. В стороне от Лены явление более или менее основательно наблюдалось в Нижне-Илимском. Очевидцы говорят, что на месте падения тела (или, что, пожалуй, точнее — на месте захождения его за горизонт) поднимались клубы черного дыма столбом. Тунгусы, бродившие за Нижне-Карелинским селением (на ЗСЗ от Киренска) говорят, что гром был страшный, но олени не выказывали ни малейшего волнения, как и во время обычной грозы. Землетрясение в обычной его форме не наблюдалось, было хорошо (кое-где даже слишком хорошо) заметно лишь дрожание построек от грохота. Двигался метеор с восток-юго-востока на запад-северо-запад».


Указание о направлении полета болида также в общем совпадает с направлением траектории, полученным автором.


Третий корреспондент из Нижне-Илимского, крестьянин М. Ф. Романов, сам наблюдал падение метеорита. В анкете по землетрясению, в примечании он указал: «В начале 9-го часа утра_ по местному времени появился огненный шар, который летел по направлению с юго-востока на северо-запад; шар этот, приближаясь к земле, принял форму сверху и снизу сплюснутого шара (как это было видно глазом); приближаясь еще ближе к земле, шар этот имел вид двух огненных столбов. При падении на землю этой огненной массы произошло два сильных, похожих на гром, удара... небо было совершенно безоблачно, затем далее был слышен шум, как бы от сильного ветра; продолжительность этого явления около 15 минут». Этот третий очевидец также указал, что болид летел с юго-востока на северо-запад. Кроме того, он заметил, что, приближаясь к земле, шар принял вид «двух огненных столбов». Таким образом, наблюдая огненный столб, он не видел, чтобы этот столб поднялся с земли. Следовательно, у нас нет оснований для заключения о том, что этот очевидец наблюдал самый взрыв.


Из г. Илимска сообщение прислал заведующий метеорологической станцией Н. Н.  Полюжинский [8]. В своем письме от 21 нюня 1908 г. он  писал: «17 июня 1908 г. в 8  ч. 30 м. утра  был слышен сильный шум и звук наподобие сильной грозы и пушечных выстрелов, следовавших один  за другим (дробью), вероятно от пролетевшего метеора (аэролита)». В следующем  письме от  22  июля того же года  он  сообщил значительно большие подробности, описав явление следующим образом: «30 июня нов. ст. (17 июня ст. ст.), во вторник, около восьми часов утра при облачности 10° в воздухе послышался гром в юго-юго-восточной стороне, наподобие учащенных револьверных выстрелов; затем гром становился все сильнее и сильнее, наподобие сильных пороховых взрывов и пушечных выстрелов, которые по приближении  к Илимску перешли в страшный треск, так что получилось небольшое землетрясение (качание висевших предметов и толчок, замеченный сидящими спокойно людьми). После треска (в воздухе) понесся шум  (гул), и гром стал удаляться в северо-северо-западном направлении; гром продолжался около 20 минут, причем молнии не было.


Во время грома один мещанин г. Илимска был в 4 верстах от Илимска вверх по реке Илиму и видел «летящую звезду с огненным хвостом», которая упала в воду, а хвост у нее исчез в воздухе.


В деревне Ярской (верстах в 60 от Илимска вниз по реке Илиму) три женщины видели «огненный шар» (летящий); куда он скрылся, неизвестно, так как женщины испугались и убежали с поля домой».


Из приведенного сообщения мы видим, что в самом Илимске, вследствие сплошной облачности, болид не был виден, а наблюдался только за городом. Однако по перемещению звуков, описанных Полюжинским, и вызванных баллистической волной, мы можем установить направление траектории болида с юго-востока на северо-запад.


Житель с. Кежмы М. И. Белов в письме к Кулику от 28 июня 1937 г. сообщил о том, что во время падения метеорита он был в селе Карапчанском, теперь Няжне-Илимского района. Находясь в помещении, утром около 7 ч. он услышал «страшный взрыв», похожий на взрыв мины. Выбежав тотчас же на улицу, он услышал еще два более слабых удара. От взрыва и ударов земля затряслась, изба задрожала и во многих окнах стекла потрескались и выпали. На севере, над тайгой, он увидел в это время яркие белые полосы — очевидно след, оставленный болидом. Из этого сообщения можно заключить о том, что место падения метеорита от села Карапчанекого оказалось расположенным ближе, чем ближайшая часть траектории болида. Поэтому первый, наиболее сильный удар был вызван взрывной волной, последовавшей после удара метеорита о поверхность земли.


Заведующий Киренской метеорологической станцией Г. К. Кулеш в своем письме от 23 июня 1908 г. так описал явление [8]:


«17 июня (по старому стилю) на северо-западе от Киренска наблюдалось необыкновенное явление, продолжавшееся приблизительно с 7 ч. 15 м. до 8 час. утра... слышал глухие звуки, но принял их за залпы ружейных выстрелов на военном поле за рекой Киренгой. Окончив работу, я взглянул на ленту барографа и к удивлению своему заметил черту рядом с чертой, сделанной в 7 час. утра... в продолжении работы я не вставал с места... и никто не входил в комнату».


Далее он сообщил, что, по рассказам очевидцев, «в 7ч. 15 м. утра на северо-западе появился огненный столб, в диаметре сажени четыре, в виде копья. Когда столб исчез, послышалось пять сильных отрывистых ударов, как из пушки, быстро и отчетливо следовавших один за другим; потом показалось в этом месте густое облако. Через минут пятнадцать слышны были опять такие же удары, еще через пятнадцать минут повторилось то же самое. Перевозчик, бывший солдат и вообще человек бывалый и развитой, насчитал четырнадцать ударов. По обязанности своей он был на берегу и наблюдал все явление с начала и до конца. Огненный столб был виден многими, но удары слышались еще большим числом людей...


Крестьяне из деревни Карелиной... в двадцати верстах от Киренска на ближайшей Тунгуске... передавали, что у них было сильное сотрясение почвы, так что в домах разбиты стекла... это явление породило в народе массу самых фантастических рассказов и предположений... Верно установлено, что упал метеор очень огромных размеров, потому, что при совершенно ясной солнечной погоде столб казался в диаметре сажени четыре. Видно было облако серого цвета, а потом окрасилось в темное; слышны были удары, числом четырнадцать в три приема; было колебание почвы: черта на ленте барографа служит тому доказательством.


Подрядчик Яншин... был на дворе, когда доска, приложенная  к забору, упала, хотя на дворе было совершенно тихо. Или быть может произошло сильное сотрясение воздуха, потому что последние удары были самые сильные. По рассказам одного обывателя г. Киренска, он в это время полез за чем-то в сундук; только открыл его,  как  раздались удары, и его качнуло в сторону сундука, словно от сильного ветра».


Огненный столб, появившийся на северо-западе, по мнению автора, представлял собой болид, пролетевший по небу сверху вниз, на северо-запад, т.е. в направлении с юго-востока; после исчезновения болида вдоль его пути появился след в виде «густого облака». Из этого следует, что Киренск находился недалеко от проекции траектории метеоритного тела, так как только в плоскости траектории болид мог наблюдаться в виде столба. Однако, принять огненный столб за явление взрыва, как это сделал Астапович [10], мы едва ли можем. В самом деле, для того чтобы у очевидцев создалось впечатление столба, его верхний конец должен был бы быть расположен, по крайней мере, на высоте около 10° над горизонтом. Но в таком случае, истинная высота столба должна была бы быть около 80 км (Киренск расположен на расстоянии примерно 500 км к юго-востоку от места падения метеорита). Ясно, что столба такой высоты не могло быть в действительности. Если же мы примем истинную высоту столба взрыва в 10 км, то в таком случае его верхняя часть должна была бы быть для Киренска расположена на угловой высоте около 1°, и очевидцы, конечно, не смогли бы заметить столб. Из сообщения корреспондента следует, что действие взрывной волны  в Киренске — падение предметов и более сильный удар — наблюдалось в конце явления, что соответствует более отдаленному расположению места падения метеорита по сравнению с положением его траектории. Это согласуется с принятым направлением траектории метеорного тела. Впрочем, здесь эти явления могли быть вызваны и действием баллистической волны, что также не противоречит этому направлению.


Наблюдатель Шаманских водомерных постов Т. Гречин и письме от 18 июня 1908 г., т. е. на следующий же день после падения метеорита, сообщил следующее [8]:


«17 июня в 8-м часу утра были какие-то сильные удары несколько раз в северной стороне вроде громовых, от которых в рамах дрожали стекла, нагибались деревья и листья их тряслись; в это же время было ясно и тихо и даже вода не теряла своего лоска; повреждений никаких не заметно. Как передавали мне местные крестьяне, которые находились в это время на полевых работах, они видели какой-то летевший в северной стороне огненный шар, от которого будто бы происходили такие сильные удары вроде взрывов».


Начальник Знаменского почтового отделения Л. Д. Клыков в анкете о землетрясении сделал следующее примечание: «1908 года, июня 17-го во вторник, приблизительно около 8 час. утра (часы были сверены с Жигановским телеграфом) подземного гула слышно не было... Было два толчка, с промежутком одного от другого в 3 — 4 секунды, вес землетрясение продолжалось 7 — 8 секунд. Одновременно с этим было замечено падение аэролита приблизительно  на  юго-западе от Знаменского; была  видна огненная  полоса, небо было совершенно ясное, был слышен сильный  гром в конце со взрывом» Этот корреспондент явно перепутал направление падения метеорита (см. карту, фиг. 5).


Корреспондент из села Малышевки, расположенного недалеко от железной дороги, на расстоянии около 700 км от места падения метеорита, И. В. Никольский а анкете о землетрясении отметил, что в 8 ч. 15 м. утра, на северо-востоке был слышен глухой гром, как бы от въехавшего на подмостки плашкоута экипажа. Ровно в 8 ч. 15 м. утра работавший в волостном дворе мальчик увидел упавший в виде обрубка или в виде ведра огонь по направлению к северо-востоку; то же и в том же направлении видели рабочие, работавшие в лесу верст за 20 от Малышевки. Световых явлений Никольский не видел, но глухой гром слышал вместе с другими лицами.


А. Голощекин из села Каменского, расположенного на реке Енисее, в 600 км к западо-юго-западу от места падения метеорита, сообщил в своем письме от 30 июня 1908 г., что в 7 час. утра в селе Каменском наблюдалось следующее явление: слышались три подземных громовых удара по направлению от северо-запада, следовавших друг за другом; некоторые наблюдали сотрясение. Из расспросов местных обывателей он узнал, что несколькими минутами ранее некоторые из них видели как бы оторвавшееся от солнца тело больше аршина длиной, продолговатой формы и к одному концу суживающееся; голова у него была светлая, как солнце, а остальная часть более туманного цвета. Тело это, пролетев пространство, упало на северо-востоке. Эти данные хорошо согласуются с направлением траектории с юго-востока на северо-запад, так как действительно при этом условии в селе Каменском болид мог казаться «оторвавшимся от солнца».


Нужно сказать, что приведенное сообщение о наблюдении болида является единственным сообщением из пунктов, расположенных к западу от места падения метеорита, не считая группы селений по реке Ангаре, расположенных значительно ближе к месту падения.


Световые явления при падении Тунгусского метеорита наблюдались даже в таких отдаленных пунктах, как Витим и Бодайбо, расположенных от места падения метеорита на расстоянии до 755 км. Так, упоминавшийся выше Кулеш отметил: «есть сведения, вполне достоверные, что удары слышны были на Бодайбо, в Витиме и вверх по Лене до Усть-Кута... Огненным столб виден многими».


Наконец, голько одним из многочисленных очевидцев были отмечены световые явления  и под Канском. Так, Е.Е. Сарычев, опрошенный в 1921 г. сотрудником экспедиции Д. Ф. Ландсбсргом,  рассказал  [6]:


«Я был кожевенным мастером и летом (ближе к весне) часов около 8-ми (до обеда) с работниками мыл шерсть, на берегу реки Кана. Как вдруг послышался сперва шум, как от крыльев испуганной птицы, в направлении с юга на восток, на село Анцырь, и по реке пошла вверх по речению волна вроде зыби. После этого последовал одни резкий удар, а за ним — глухие, как бы подземные раскаты. Удар был настолько силен, что один из рабочих Е. С. Власов... упал в воду. С появлением шума, в воздухе появилось, как бы сияние, круговидной формы, размерами около половины луны, с синеватым оттенком, быстро летящее от Филимонова к Иркутску. За сиянием оставался в виде голубоватой полосы след, растянувшийся по всему пути и потом постепенно исчезавший с конца. Сияние, не разорвавшись, скрылось за горой. Продолжительность явления я заметить не мог, но оно было очень недолго. Погода была совершенно ясная и было тихо».


Если в данном случае действительно описывается полет болида, то по тому, как он наблюдался, мы можем заключить о том, что траектория болида была расположена очень низко над горизонтом («сияние скрылось за горой») и, следовательно, получаем согласие с нашей траекторией.


Теперь рассмотрим некоторые из наиболее интересных сообщений очевидцев, отметивших только звуковые и механические явления, но не наблюдавших полета болида. Эти явления наблюдали главным образом очевидцы из населенных пунктов, расположенных вдоль железной дороги, т. е. в общем к югу и юго-западу от места падения метеорита и затем по реке Енисею, т. е. к юго-западу.


Корреспондент из г. Канска Н. Тропин в письме от 18 июня 1908 г., т. е. на следующий же день после падения метеорита, писал:


«Сейчас могу сообщить о замеченном здесь, в Канскс, многими лицами землетрясении, бывшем 17 сего июня (стар, стиля) в 7 час. утра (отметить минуты не удалось). Наблюдения на улице: тихое ясное утро, солнце — вдруг довольно сильный глухой удар, вроде грома и принятый многими за гром, затем продолжительный гул и через некоторое время удар повторился, но слабее: продолжалось все примерно 5 минут. Животные, были встревожены и выражали беспокойство.


Наблюдение в доме: слышен был удар первый н второй, принятые тоже за удары грома, а другие лица приняли удары за шум от катания во дворе бревен, но, выйдя на улицу, обратили внимание на подземный гул; в домах было замечено качание висевших предметов, дребезжание посуды и заметный стук внутренних деревянных ставней в одном доме».


Корреспондент А. Г. Васильев (Канск) в письме oт 18 июня 1908 г., т. е. тоже на следующий день после падения метеорита, сообщил, что, находясь во дворе, услышал с северо-восточной стороны горизонта сильный шум или гул, похожий на гром. Продолжалось это около двух минут; во время гула воздух пришел в сотрясение, как бы от ветра. Небо было безоблачное, солнце светило ярко; землетрясения во время гула не было. Затем в продолжение не менее 15 минут повторялся с промежутками более слабый гул.


Заведующий Канской метеорологической станцией И. Голунин в письме сообщил, что землетрясения 17 июня он лично не заметил, но со слов некоторых лиц, заметивших землетрясение, на северо-востоке был слышен гул, похожий на отдаленные выстрелы из пушек.


Корреспондент И. В. Гольдин (Канск) в анкете о землетрясении отметил, что между 7 и 8 ч. утра наблюдалось землетрясение, сопровождавшееся гулом, как бы от отдаленной стрельбы из пушек.


Корреспондент К. И. Громадзский из села Знаменская Заимка в анкете о землетрясении написал: «Июня 17, вторник, между 8 и 9 часами с северо-востока, были замечены 3 толчка, с небольшим промежутком; 1-й толчок сильнее, последний слабее, был сильный шум и гул».


Почти во всех сообщениях из Канска отмечается, что, во-первых, звуки были слышны в северо-восточном направлении, что соответствует направлению на место падения метеорита, а также и на его траекторию. Во-вторых, некоторые очевидцы отметили, что первый удар был сильнее последующих. Если допустить, что он был вызван взрывом, то мы должны заключить, что взрывная волна дошла до Канска раньше баллистической, или что место падения метеорита было расположено ближе, чем его траектория. Но это могло быть только в том случае, если болид летел с юго-востока на северо-запад, как и принято автором.


Звуковые явления, аналогичные тем, которые наблюдались в Канске, были отмечены и в других пунктах, расположенных в районе Канска, а также по линии железной дороги в сторону Иркутска. Так, Л. Денисенко со ст. Ингаш в письме от 5 июля 1908 г. писал: «17 июня около 8 час. утра я сидел на скамейке около ворот, вдруг... раздался такой удар (в виде грома), что в доме задребезжали окна: затем последовал второй и третий такие же удары; удары длились недолгое время и слышались в, направлении от ст. Ингаш, т. е. с ceвeро-востока, причем казались совсем близкими: раскат от этих ударов уходил с большим шумом на поверхности земли в южную сторону».


В этом сообщении точно так же отмечается, что удары были слышны в северо-восточном направлении, причем они перемещались «на поверхности земли» в южную сторону. Это означает, что до очевидца доходили постепенно звуковые волны от все более удаленных от него точек траектории метеорного тела.


Заведующий Троицкой метеорологической станцией, расположенной к юго-востоку от Канска, С. П. Шнырев в письме от 11 июля 1908 г. сообщил: «17 июня, вторник, в 7 ч. 5 м. на северо-востоке был слышен звук как бы от выстрела из большой пушки, сопровождавшийся грохотом и шумом-эхом, в продолжении приблизительно 10 минут. Повреждений никаких не было. По собранным мною сведениям звук этот одновременно был слышен во всем Канском уезде...»


Очевидно, отмеченный наблюдателем удар был вызван взрывной волной, а затем до его слуха дошли звуки, подобные грохоту, порожденные баллистической волной.


Из села Тины Г. П. Сибирцев в анкете о землетрясении отметил, что между 5 и 7-ю часами утра по местному времени был слышен гул, похожий на раскаты грозы и перемещавшийся с юго-запада на северо-восток. По словам местных жителей явления землетрясения замечены были и в местностях, расположенных к югу от села Тины, на протяжении 100—120 верст.


С. М. Немченко в 1930 г. сообщил Кулику, что в 7 час. утра 30 июня (нов. ст.) 1908 г. он был в селе Тасееве на пашне и помнит внезапно раздавшийся гул при совершенно ясной и тихой погоде, а также — последующие разговоры о том, что это было вызвано падением метеорита.


Е. Рукосуева из села Шиткина в письме к Кулику от 15 апреля 1922 г. сообщила, что муж ее И. П. Рукосуев находился в тот момент на работе близ села Шиткина, Канского уезда. Он вместе с рабочими возил на лошадях землю для шоссейной дороги, причем от звука (громовых раскатов) некоторые лошади попадали.


Из селений, расположенных вдоль железной дороги к востоку от Канска, были получены такие сообщения.


Заведующий Тайшетской метеорологической станиной Н. А. Сотников в письме Иркутской обсерватории в 1908 г. сообщил: «17 июня во вторник ст. ст. при ясном небе в 6 ч. 30 м. утра был сильный удар с раскатом вроде грома.


Все здания в Тайшете тряслись, колебания заметно не было. По рассказам приезжих крестьян из деревень дальше на север... удар был сильнее и в домах валились предметы...»


Второй очевидец из села Тайшета, Л. П. Невмеруха, опрошенным Куликом в 1927 г., отмечал хлопание двери, качание весов (коромысла), а также телеграфной проволоки.


Звуковые явления были отмечены на ст. Разго,. Замзор, г, селе Тангуй, Нижнеудинске, селе Долоново и др. Очевидцы отмечали гром, взрывы, похожие на выстрелы из крупных орудий, гул и т. д. Обращает на себя внимание то, что все очевидцы из этих пунктов описывали заметно менее мощные явления, чем наблюдавшиеся в пунктах, рассмотренных нами вначале, расположенных на реке Ангаре, Лене, Илиме и Киренге, т. е. к югу (на меньшем расстоянии) и юго-востоку (на большем расстоянии) от места падения метеорита. В этих последних пунктах очевидцы в большинстве случаев отчетливо различали отдельные удары, из которых наиболее сильным был последний; указывали также на грохот, гром или большое число более слабых ударов. Наоборот, очевидцы из района Канска и из пунктов, расположенных по железной дороге к югу от места падения метеорита, большей частью отмечали гром и грохот, не выделяя отдельных ударов.


Вот некоторые из сообщений очевидцев из пунктов, расположенных ближе к проекции траектории метеорного тела, но столь же далеко от места падения метеорита, как и ранее рассмотренные пункты. А. А. Каминский в письме в  Иркутскую  обсерваторию сообщил: «17   июня с. г. в 8 час. утра (шум) слышали почти все жители (села Б. Мамырь) и некоторые из них приняли его за гром, а некоторые за езду по мостовой, длительность его указывают максимум 5—7 минут. В селах Нижне-Суворове, Шумилове и Громове шум был слышен не всеми, а кто слышал, так тоже думал, что или гром, или кто едет по мосту. В селениях Балинском, Зерлинском, Орефьеве и Парилове шум был слышан большим числом жителей, чем в трех вышеупомянутых, и принят был за то же.


В селениях Верхне-Суворове и Малолетновой (Верхне-Баяновском) шум был слышен почти всеми жителями, а в Малолетновой, кроме того, в некоторых домах чувствовалось небольшое сотрясение. Все указывают в сторону северо-запада» (т. е. на место падения метеорита.— Е. К.).


Врач из села Манзурки К. С. Сергеев в письме от 4 июля 1908 г. сообщил:


«Во вторник 17 июня (по старому стилю) около 12-ти часов дня... мною лично при своих обычных занятиях – прием амбулаторных больных в Манзурской участковой лечебнице, в которой... было открыто большинство окон,— был слышен гул, похожий на выстрел из орудия большого калибра...; гул этот сопровождался коротким незначительным волнообразным сотрясением почвы, имеющим направление, как удалось определить в этот момент, с востока на север... Местный крестьянин Г. Першин, приехавший с поля, сообщил мне, что приблизительно около полудня (по солнцу), находясь на полевых работах... верстах в двух от с. Манзурки к северо-востоку, при совершенно безоблачном небе слышал гул под землею с легким толчком почвы».


В наиболее удаленных пунктах, расположенных на расстоянии до 1000 км от места падения метеорита, в юго-юго-восточном направлении наблюдались следующие явления.


Заведующий метеорологической станцией села Маритуй в письме от 26 июля 1908 г. сообщил:


«Землетрясение 17-го июня заметили пять человек. Путевой сторож Алексеев, придя с дежурства около 8 час. утра в помещение на версте 78 Забайкальской ж. д. около «Толстого мыса», заметил, что лампадка качнулась и икона, стоявшая на полке у стены, выходящей на юг, упала на пол. Масло из лампадки выплеснулось. Размах лампадки приблизительно 1/4 аршина. Лампадка качалась в направлении с ССЗ на ЮЮВ. Колебания почвы и гула не замечали».


Тоннельный сторож Шинелев около 8 час. утра, дежуря на линии на версте 11О «Тройная Губа», услышал шум, как будто из-под земли. Вскоре заметил довольно значительные осыпи мелких камней с откоса на путь. Колебания почвы не ощущал.


Начальник Хоготовского почтового отделения в анкете о землетрясении отметил: «1908 г. июня 17 около 9 час. утра (вторник) в 4 в. от Хогота к Иркутску с ЮВ стороны были слышны 2—3 удара, подобно выстрелам пушки, но очень глухие, сотрясения почти не было. Такое же явление замечено было в то же время в 10 верстах от улуса Шеткулуна. Сотрясение почвы не наблюдалось».


Д. А. Казанский из Жымыгытского стана в анкете о землетрясении сообщил, что в 8 час. утра в направлении на северо-запад было замечено легкое дрожание и были как бы раскаты грома, а затем — отдельные пушечные выстрелы.


Мы рассмотрели большую часть наблюдательного материала по Тунгусскому метеориту. Вместе с тем мы могли убедиться и том, что, к сожалению, в нем совершенно недостаточно данных для получения надежной траектории метеорного тела, вычисления элементов его орбиты, а также - для детального изучения физических условий движения метеорного тела в земной атмосфере. Тем не менее, на осно­вании критического рассмотрения отдельных наблюдений, сопоставления их между собой,  как мы видели, можно получить грубо приближенные данные траектории метеорного тела.


Как мы отмечали, первая и пока единственная попытка для определения траектории метеорного тела была сделана в 1932 г. Астаповичем [10|. Однако и он указал, что «недостаток наблюдений не позволяет с желаемой точностью определить положение траектории метеорита 30/VI 1908 г. в атмосфере». Из косвенных соображений он установил, что траектория была направлена в общем с юга на север (азимут начала в пределах 164—206°) и наклонена под углом в 5-24°.


Из этих данных он получил следующие положения радианте на небесной сфере для крайних положений траектории (величины в градусах):


 


Азимут

164

206

164

206

Высота

5

5

24

24

a

42

355

43

360

d

-23

-21

-4

-2


Элонгация радианта заключена в пределах 6—45°, причем радиант лежал к югу от эклиптики, на небольшом от нее удалении. Из этих данных следует, что метеорное тело прошло перигелий и встретилось с Землей  в восходящем узле своей орбиты, сравнительно мало наклоненной к эклиптике, имея обратное движение.


Астапович отметил, что радиант лежал в области созвез­дия Кита, в которой никакого заметного метеорного радианта для эпохи падения метеорита не обнаружено.


На основании критического рассмотрения всего наблюдательного материала, изложенного выше, автор получил следующие новые данные о положении траектории:


1. Траектория метеорного тела была направлена с юго-востока на северо-запад, с азимутом направления начала траектории около 137°. Как мы потом увидим, это направление совпало с направлением области поваленного леса (см. гл. 7). Данное совпадение ближе пока не изучено.


2. Проекция начала траектории па поверхность Земли приходится приблизительно на северное побережье озера Байкал.


Отсюда  мы  получаем:


 


Длина проекции траектории метеорного тела    660 км


Угол наклона траектории к поверхности Земли 17


Истинная длина траектории 690 км


 


При получении приведенных величин автор исходил из того, что считал, что истинная высота начальной точки траектории данного метеорного тела, являвшегося утренним, т. с. встречным, а следовательно, обладавшего наибольшей геоцентрической скоростью, была равна приблизительно 200 км. Положение радианта в этом случае, по расчетам И. С. Астаповича, сделанным им по просьбе автора, определяется следующим и координатами:


 


Азимут  1370 (от С к В)


1900,0


ý


Высота 170


a 650.5


d   -70.6


Из этих данных следует, что радиант был расположен в области созвездия Эридана. Орбита была наклонена под углом 1110 к плоскости эклиптики, причем метеорное тело обладало обратным движением.3


И. С. Астапович в упомянутой выше работе [10] опубликовал результаты своих исследований физических условий движения Тунгусского метеорита, а также обстановки его падения, основанные на обработке описаний очевидцев явления. Ввиду того, что полученные им ланные носят приближенный и до некоторой степени предварительный характер (в отношении определения мощности взрыва и некоторых других вопросов), мы здесь не приводим полученные им результаты, отсылая читателя к статье Астаповича.


Таковы результаты новой обработки всего наблюдательного материала, выполненной автором. К сожалению, вряд ли возможно будет получить более точные данные о траектории Тунгусского метеорита, так как теперь, спустя более 40 лет после падения метеорита, из очевидцев остались в живых лишь немногие, да и те не в состоянии, конечно, сообщить сколько-нибудь надежные сведения.


ГЛАВА 3


СЕЙСМИЧЕСКИЕ И ВОЗДУШНЫЕ ВОЛНЫ, ВЫЗВАННЫЕ ПАДЕНИЕМ МЕТЕОРИТА


 


Первым, как мы уже отмечали, на сейсмические волны, вызванные падением Тунгусского метеорита, обратил внимание еще в 1908 г. директор Иркутской магнитной и метеорологической обсерватории А. В. Вознесенский. Обработав записи сейсмографов Иркутской обсерватории, он установил место и точное время падения метеорита. Однако результаты этой работы стали известны только в 1925 г. после опубликования статьи А. В. Вознесенского в журнале «Мироведение» [8].


В своей статье Вознесенский отметил, что в «Списке землетрясений за 1908 г.» Иркутской обсерватории, представленном в свое время в Сейсмическую комиссию Академии Наук, отмечены 17/30 июня следующие моменты землетрясения под № 1536 (по среднему гринвичскому времени).


 


 

Маятник Репсольда

 

восточный

северный

Начало

0 ч. 18,8 м.

0 ч. 19,5 м.

Максимальная фаза

0 ч. 20,1 м.

-

Конец колебаний

1 ч. 46,0 м.

1 ч. 16,0 м

Амплитуда фазы

2,0 мм

-

 

    В примечании было сказано: «На обоих приборах Репсольда замечено от 1 ч. 03,1 м. До 1 ч. 09,9 м. Троекратное медленное волнообразное искривление линии записи (фиг.7). Продолжительность каждой волны 2,2 мин., амплитуда 1,2 мм. Те же волны, меньшей амплитуды, но той же продолжительности, отмечены и на приборе Мильна от 1 ч. 05,4 м. До 1 ч. 09,9 м.»

    Вознесенский отметил далее, что приборы Гепсольда помещались в герметических закрытых футлярах на одном и том же столбе, а прибор Мильна, помещенный на другом столбе, был закрыт достаточно плотно, хотя и негерметичным футляром. Установка всех приборов внутри полуподземного строения, единственный, вход в который имел пять дверей, а внутреннее помещение — двойные стенки, совершенно исключила возможность влияния на приборы прямых воздушных толчков.



В свое время Вознесенский отнес указанное землетрясение к числу слабых и местных, с направлением распространения, близким к меридиональному. Но ему показалась странной значительная продолжительность землетрясения, а также запись трех волн в конце землетрясения, отмеченных и прибором Мильна, который вследствие своей слабой чувствительности не отметил начала землетрясения. В результате Вознесенский разделил запись землетрясения на две части: первую, с началом в 0 ч. 19,2 м и максимумом в 0 ч. 20,1 м. сейсмического происхождения, вызванную местным землетрясением, и вторую с началом около 1 ч. 03,1 м. и концом в I ч. 10 м.— непонятного для него происхождения. По местному времени землетрясение произошло в промежутке от 7 ч. 16,4 м. до 7 ч. 17,4 м.


Фиг. 7. Сейсмограмма прибора Репсольда Иркутской обсерватории, на которой зарегистрировано.землетрясение (ритмичные затухающие колебания слева на сейсмограмме) и взрывная волна (троекратное волнообразное искривление линии записи справа на сейсмограмме), вызванные падением Тунгусского метеорита (С—Ю составляющая).


Впоследствии Вознесенский, как он отметил в своей статье, пришел к заключению, что первая часть записи землетрясения № 1536 была вызвана сейсмическим толчком, происшедшим от падения Тунгусского метеорита, причем он получил для центра сотрясения следующие координаты: j= 60°16' и l = 103006' от Гринвича.


Принимая расстояние от эпицентра до Иркутска равным 893 км и момент первой фазы землетрясения в среднем равным 0 ч. 19 м. 09 с. и считая продолжительность прохождения сейсмических волн равной 1 м. 58 с., он получил момент падения метеорита 0 ч. 17 м. 11 с: по среднему гринвичскому времени. Предполагая, что вторая, необычная, запись землетрясения в конце его была вызвана воздушными волнами, и принимая скорость распространения их равной скорости звука, т. с. приблизительно 330 м/сек, он получил продолжительность прохождения этими волнами расстояния от места падения метеорита до Иркутска в 45 м. 06 с. Поэтому можно ожидать, что волны должны были быть отмечены в Иркутске в 1 ч. 02 м. 17 с. Действительно, волны неизвестного происхождения были отмечены почти в этот момент, а именно в 1 ч. 03 м. 06 с., т. е. позже вычисленного на 49 секунд.


Объясняя происхождение воздушных волн, Вознесенский предположил, что они были вызваны «разрывом метеорита на высоте около 20 км над поверхностью земли». Нам теперь ясно, что эти волны возникли в результате взрыва, последовавшего при достижении метеорным телом земной поверхности с остатками космической скорости.


 


Таблица 5


Воздушные волны, зарегистрированные барографами сибирских метеорологических станций 20 июня 1908 г.


Пункт наблюдения

Г

ч.        м.

А

мм

Примечания

Тулун

8      08

2,45

Хорошая запись

Киренск

7      48

1,10

Хорошая запись

Дудинка

?

?

Очень плохая запись

Туруханск

6      44

0,90

То же, волна ясная

Красноярск

?

0,15?

Волна сомнительная

Голоустная

?

0,42?

Волна сомнительная

Хатанга

8      02

1,10

Запись плоха, волна ясная

Ольхон

8      17

1,50

Волна слабо заметна

Перевальная

8      18

0,05

Очень сомнительная волна

Иркутск

7      29

1,55

Хорошая запись

Сретенск

8      30

1,60

Хорошая запись

Нерчинский завод

-

-

Перо слишком прижато

Троицкосавск

8      34

0,10

Очень сомнительная волна

Чита

8      22

0,40

Запись плоха, волна ясная

Тунка

7      58

1,45

Волна ясная

Мысовская

7      29

0,20

Очень сомнительная волна

Култук

8      12

0,55

Волна ясная

Кабанск

8      22

1,20

Волна ясная

Песчаная бухта

7      57

1,00

Волна ясная

Петровский завод

-

-

Запись хорошая, волны нет


В своей статье Вознесенский справедливо указал на то, что запись сейсмографами падения метеорита констатируется в истории науки впервые. Мы с удовлетворением можем отметить, что природа сейсмических волн была разгадана самим же Вознесенским, и полученные им результаты обработки материала в значительной мере способствовали изучению обстоятельств падения Тунгусского метеорита. Как известно, сейсмические волны, записанные сейсмографами иностранных обсерваторий, были обнаружены и истолкованы зарубежными учеными значительно позднее, уже в 30-х годах.


Таблица 6


Моменты взрыва по барограммам сибирских метеорологических станций


(по Астаповичу)


Пункт наблюдения

Т

Т гр.

R

км

DТ

Т0

ч.

м.

ч.

м.

ч.

м.

Тулун

8

08

1

26

660

34,5

0

52

Киренск

7

48

0

36

450

23,6

0

12

Туруханск

6

44

0

53

820

42,9

0

10

Хатанга

8

02

1

13

1100

58,1

0

15

Ольхон

8

17

1

09

860

45,0

0

24

Перевальная

8

18

0

47

1160

60,8

23

46

Иркутск

7

29

0

32

910

47,6

23

44

Троицкосавск

8

24

1

28

1130

59,2

0

29

Чита

8

22

0

48

1130

59,2

23

49

Тунка

7

58

1

08

990

51,8

0

16

Култук

8

12

1

17

970

50,8

0

26

Кабанск

8

22

1

16

990

51,6

0

24

Сретенск

7

31

0

40

1230

64,4

23

36

Песчаная бухта

7

57

0

54

990

51,6

0

02

Мысовская

7

29

0

25

940

49,2

23

36

Верхоянск

8

54

1

19

1680

87,9

23

51


Выше мы отмечали, что в результате падения Тунгусского метеорита в Киренске были зарегистрированы воздушные волны на ленте барографа. В 30-х годах И. С. Астапович установил, что воздушные волны, вызванные взрывной волной, последовавшей после падения метеорита, были зарегистрированы многими обыкновенными барографами Ноде и Ришара метеорологических станций Сибири и имели амплитуду до 2,45 мм в максимуме. Ему удалось собрать значительное число барограмм, причем в 1932 г. он обнаружил запись воздушной волны на ленте ртутного микробарографа Шпрунга  Спуцкой обсерватории и барографа Рейнахера станции  Петербург с амплитудами до 0,2 мм. В табл. 5 приведены моменты прихода воздушной волны по местному времени (Т) и амплитуды (А) в миллиметрах [16].


Тщательно обработав все эти барограммы, Астапович получил моменты взрыва для каждой станции отдельно (табл. 6).



В табл. 6 Т означает момент прихода волны по барограмме, Тгр  то же по гринвичскому времени, R - расстояние в километрах от места взрыва (падения метеорита) до станции, DТ — время прохождения воздушной волной этого расстояния и Т0 - момент взрыва по гринвичскому времени. Для скорости распространения воздушных волн Астагювич принял значение 10°,3 дуги меридиана в час или 19,09 км/мин. (318,0 м/сек.), т. е. равное скорости распространения воздушных волн при взрыве вулкана Кракатоа в 1883 г.


Отмечая, что значение Т0, полученное для всех станций, расположенных на линии железной дороги, отстает приблизительно на 30 мин. от момента, полученного Вознесенским по сейсмическим данным и равного 0 ч. 17 м., Астапович объясняет это тем, что указанные  метеорологические станции пользовались железнодорожным Петербургским временем, а не местным. Устранив эту разницу, Астапович получил следующий средний момент для всех станций: Т0 = 0 ч. 13,3 м. Исключив далее значения, полученные для Иркутска, Верхоянска, Троицкославска и Мысовской, как резко уклоняющиеся  от остальных данных и вследствие этого являющиеся сомнительными, он получил окончательное значение T0 = 0 ч. 18,6 м. и 2,1  м., что очень хорошо согласуется со значением, полученным по сейсмическим  данным.


В результате обработки слуцкой барограммы Астапович получил Т0 = 0 ч. 15,0 м., а по барограмме Петербургской метеорологической станции Т0 = 0 ч. 17,6 м., что также хорошо согласуется с основными результатами.


Астапович обработал также опубликованные Уипплом [15, 16] микробарограммы шести станций Англии (фиг.8) и получил значение Т0 = 0 ч. 10,6 м.±3,0 м. На этих станциях, помимо ударной, была, повидимому, зарегистрирована и баллистическая волна.


Запись сейсмической волны, вызнанной падением Тунгусского метеорита, впоследствии (в 1930 г. обнаружил А. Тресков на сейсмограммах Тифлисской и Ташкентской сейсмических станций (скорость сейсмической волны 3,1 км/сек). Впрочем, в отношении происхождения волны, зарегистрированной на Тифлисской станции, есть сомнения.


Фиг. 8. Микробарограммы английских метеорологических станций, на которых зарегистрированы воздушные волны, вызванные взрывом при падении Тунгусского метеорита 30 июня 1908 г. (Увеличение около 30 раз.)


Астапович определил далее, что область распространения звуковых явлений имеет форму почти правильного круга, диаметром 12°,5 дуги меридиана или 1350—1400 км с центром, расположенным вблизи фактории Вановары (φ = 60°20',3; λ = 102°17',1) при отсутствии аномальной -зоны и пояса молчания.


По данным автора (см. фиг. 5), полностью определить область распространения звуковых, световых и механических явлений не представляется возможным ввиду отсутствия наблюдательных пунктов в направлении на север от места падения метеорита. Что же касается области распространения указанных явлений к югу от места падения, то, по данным автора, она имеет слабо эллиптическую форму с большой осью, направленной к юго-востоку от места падения (фиг. 5).


Наконец, И.С. Астапович попытался определить энергию взрыва по различным исходным данным. Полученные им результаты приведены в табл. 7.


Таблица 7


Энергия взрыва при падении Тунгусского метеорита


Метод определения

Мощность, эрг/сек.

Работа, эрги

Граница слышимости звуковых явлений

>> 1017

-

Сравнение со взрывом Кракатоя в 1883 г.

-

£1021

Сравнение с ураганами

>5 · 1020

-

Сравнение с землетрясениями

-

£1021

Яркость взрыва

2 · 1019-1024

-

Количество бурелома

-

>4,4 · 1021

Энергия воздушных волн (Слуцк)

-

>0,5 · 1021

То же для Англии (Уиппл [15])

-

>3,2 · 1020

           Среднее

1020

1021


Следует, однако, отметить, что такие исходные данные, принятые при расчетах Астаповичем, как количество бурелома и яркость взрыва, являются весьма сомнительными. Действительно, в настоящее время количество бурелома, даже сколько-нибудь близкое к истинному, не определено; не определены также и границы области поваленного леса. При подсчетах, основанных на яркости взрыва, Астапович считал, что наблюдавшийся в Ктренске столб был столбом взрыва. Между тем, как было отмечено выше, за столб очевидцами был принят самый болид, который наблюдался в Киренске летевшим по небу сверху вниз. Во всяком случае полученные значения энергии следует рассматривать как первое приближение.


Нет также пока достаточных данных и для определения сколько-нибудь приближенного значения массы Тунгусского метеорита, достигшей поверхности земли и затем полностью пли в какой-то части превратившейся в газ. Все попытки произвести подсчеты могут, очевидно, привести лишь к получению всевозможных фантастических значений, а потому лишены смысла.


ГЛАВА 4


СВЕТЯЩИЕСЯ ОБЛАКА, СВЕТЛЫЕ НОЧИ И ПОМУТНЕНИЕ АТМОСФЕРЫ,


НАБЛЮДАВШИЕСЯ ПОСЛЕ ПАДЕНИЯ МЕТЕОРИТА


Огромная геоцентрическая скорость и весьма значительная масса Тунгусского метеорита, далеко превосходящая массу даже самых крупных из наблюдавшихся метеорных тел, обусловили переход в распыленное состояние значительного количества его вещества. Результатом этого явилось рассеяние в земной атмосфере тончайшей метеорной пыли, вызвавшей в ней различные оптические явления. Впрочем, Уиппл (Англия) высказал и другую гипотезу для объяснения этих явлений, но ее мы рассмотрим ниже.


Прежде всего, повсеместно в Европейской части нашей страны и в Западной Сибири привлекли внимание населения необычные светлые ночи, последовавшие в течение нескольких ближайших суток после падения Тунгусского метеорита. Можно сказать, что в то время ночь не наступала. Даже на юге нашей страны, например на Кавказе, в полночь можно было свободно читать газеты без искусственного освещения, настолько было светло. Область светлых ночей, как потом было выяснено, распространилась и на всю Европу, вплоть до атлантического побережья. Одновременно на фоне ярких зорь наблюдались чрезвычайно мощные светящиеся (серебристые) облака, видимость которых, ограниченная обычно северными широтами, в то время распространилась далеко на юг от своей нормальной границы.


Вот что писал заведующий метеорологическим бюро Кубано-Черноморского краевого института Л. Апостолов в журнале «Мироведение» [17].


«В № 1 «Мироведения» за 1925 г. напечатана заметка А. В. Вознесенского о метеорите, упавшем 30 июня 1908 г. в окрестностях р. I1одкаменной Тунгуски (в Сибири); у меня появилась мысль о близкой связи этого явления с явлением белой ночи, наблюдавшейся мною в г. Cтаврополс-Кавказском 17(30) июня 1908 г., т. е. в тот же самый день, когда упал метеорит в Сибири. Г. Ставрополь-Кавказский находится на широте 4503', и 30 июня заря там совершенно потухает в 9 ч. 15 м. вечера, а потому в это время становится уже совершенно темно. Готовясь к очередному метеорологическому наблюдению в 9 ч. вечера, я был очень удивлен, что на дворе совершенно светло и заря настолько яркая, что не потребовалось даже фонаря для наблюдений... Было уже 10 ч. вечера, но по яркости зари уже ясно было, что заря не потухнет целую ночь и мы будем свидетелями небывалого явления — белой ночи под широтой 45°, спустя девять дней после летнего солнцестояния. В 11 часов, наконец, появились некоторые яркие звезды. В 12 ч. ночи заря была на небе приблизительно такой же яркости, как в Твери, т. е. на 17° севернее.


После 12 ч. заря стала увеличиваться и Солнце взошло после 4 ч. утра точно по календарному времени. Днем ничего особенного на небе не было заметно. Белых ночей более не было, но все-таки зори были гораздо продолжительнее, они затухали после 10 ч. и загорались около 2 ч. утра, т. е. на час позже вечером и на час раньше утром в течение не менее 10 дней; впрочем, и до конца лета зори были длиннее нормальных, но это удлинение постепенно уменьшалось и уменьшалось и в конце августа они сделались нормальными».


В этом сообщении, помимо самого описания необычно светлой ночи 30 июня,, интересно подмеченное Апостоловым удлинение зорь, наблюдавшееся вплоть до конца августа. Это, очевидно, было связано с помутнением земной атмосферы, о чем подробно мы узнаем далее.


На заметку Апостолова откликнулся В. Спасский, который в своем письме следующим образом описал наблюдавшиеся им явления ночью 30 июня 1908 г.:


«Заметка Л. Апостолова «Еще о светлой ночи 30 июня 1908 г.», помещенная в журнале «Мироведение», № 3, 1926 г., напомнила мне следующий факт, происшедший в мои юношеские годы и имеющий, на мой взгляд, отношение к затронутому в заметке явлению.


Лето 1908 г. наша семья проводила в д. Ключи, в 6—7 верстах от г. Уржума, Вятской губ. ... В один из июньских вечеров..., после дождливого дня я с сестрой вышел на крыльцо нашего дома. Нам был виден горизонт, открывавшийся на запад, север и восток. Небо было в тучах, за исключением северного и восточного сегментов, где были значительные просветы в облаках. Было уже темно - по моему представлению часов 10 вечера по местному времени. Уже в первый момент, как только мы вышли, нам бросилось в  глаза необычайное явление, наблюдавшееся в более безоблачной части неба: на северо-восток, или, может быть, на восток-северо-восток от нас виднелось светящееся пятно, широким своим основанием опиравшееся на линию горизонта, а заостряющейся вершиной уходившее довольно высока кверху. Обычно такой формы на рисунках изображают Зодиакальный свет. Может быть форма пятна обусловливалась тем, что часть его была закрыта облаками. Свет пятна был ровный, совершенно немерцающий, молочно-белый; об интенсивности его сейчас судить не могу, но все же явление очень резко бросалось в глаза. Как долго мы наблюдали, я сейчас не представляю, помню только, что в конце концов все затянулось облаками...». Описываемое в приведенном письме Спасского светящееся пятно, очевидно, представляло собой мощное скопление светящихся облаков, которые в ту же ночь наблюдались во многих других местах и были сфотографированы (фиг. 9) в Орловской губернии Д. Д. Рудневым [18]. Последний, наблюдая светящиеся облака, констатировал также непрекращавшуюся в течение ночи с 30 июня на 1 июля зарю.


Исключительно мощное появление светящихся облаков в ночь после падения Тунгусского метеорита дало повод Л. А. Кулику высказать гипотезу, для объяснения происхождения этих облаков. Он пришел к выводу, что светящиеся облака представляют собой скопление продуктов «возгонки» метеорных тел, образующихся от их распыления и испарения в земной атмосфере (см. ниже). Однако в настоящее время природа светящихся облаков остается еще неразгаданной. Благодаря получению советскими учеными за последние два-три десятка лет обильного наблюдательного материала, в том числе и прекрасных серий фотографий, выяснилось, что вопрос о природе светящихся облаков оказывается значительно более сложным. Тем не менее, теперь можно, повидимому, считать, что гипотеза Кулика не оправдывается в том смысле, что светящиеся облака представляют собой скопления продуктов распыления в земной атмосфере метеорных тел.


Повидимому, светящиеся облака 30 июня 1908 г. были замечены и академиком А. А. Полкановым в деревне Малое Андрейково, в 13 км от г. Костромы [19]. Вот что он записал в своем дневнике в указанную дату:


«Необыкновенное и редкое явление наблюдалось в ночь с 17 на 18 нюня ст. ст. Небо покрыто густым слоем туч, льет дождь и в то же самое время необыкновенно светло. Уже 11 час. 30 мин. ночи, и все так же светло, в 12 час. то же, в первом часу так же. Настолько свстло, что на oткрытом месте можно довольно свободно прочесть <мелкий шрифт газеты. Луны не должно быть, а тучи освещены каким-то желто-зеленым, иногда переходящим в розовый, светом. В первый раз довелось видеть такое явление. Наблюдая, я увидел, что когда часть туч нижнего слоя разорвалась, через открытое, пространство был виден высоко расположенный слой тучи золотисто-розового цвета (повндимому, освещенной Солнцем).


Совершенно подобная же ночь наблюдалась мною с 18 на 19 июня ст. ст., только, мне казалось, освещение было менее интенсивным, и поэтому явление казалось более таинственным.


По сообщениям газет совершенно подобное явление и в одно и то же время наблюдалось в Царицыне Московской губ и в Могилеве. Это указывает на широкое его распространение».


В своем письме к Кулику от 1 июня 1924 г. А. Н. Белослюдов писал: «Относительно явления 17 июня 1908 г. Помню хорошо — в эти дни я был в Устькаменногорске... Мы... не могли не обратить на освещенное на севере небо внимания. Как сейчас помню три наиболее ярких полосы — столбов на севере; продолжалось это дня два-три».


Здесь также, очевидно, были замечены светящиеся облака в виде ярких полос на севере.


В письме от 7 декабря 1928 г. Е. Тикшина из Одессы писала:


«...Я стояла на высоком обрыве над Черным морем, в дачной местности, носящей название Среднего фонтана, глядела с изумлением на небо и спрашивала всех окружающих — отчего светло в 11,5 ч. ночи? Помню я и самое небо — бледное, в легких розовато-серебристых облачках... Помню, что на другой день в газетах было что-то об этом явлении, но никто его не мог объяснить. Кажется, писали, что есть особый вид облаков...».


Если описываемые в приведенном письме «облачка» представляли собой тоже светящиеся облака, то, как мы видим, область их распространения достигла уже почти 46°.



О. Е. Олфинская из г. Енисейска (Сибирь) писала Кулику в своем письме от 26 декабря 1927 г.: «в эту пору года (30 июня) двенадцатый час является здесь (в Енисейске) наиболее темным временем суток. Тем не менее, на улице было так необычайно светло, что я была поражена этим. Это явление обратило на себя внимание и других обывателей». Наблюдательница отметила далее, что, пробыв на улице около часа, она не заметила наступления темноты, и вскоре стало светать.


Фиг. 9. Заря и светящиеся облака, наблюдавшиеся и сфотографированные Д. Д. Рудневым в б. Орловской губернии в ночь с 30 июня на 1 июля 1908 г.


В.П. Россину в г. Наровчате, ныне Тамбовской области (φ = 53°53',3; λ = 43°44') в полночь с 30 июня на 1 июля 1908 г. удалось даже получить нормально проработанный фотографический снимок улицы города. В то время, писал Россин [20], он был студентом Казанского университета и лето проводил в своем городе. В записной книжке у него сохранилась следующая запись: «В г. Наровчате 17 июня 1908 г. не было ночи (белая ночь; длина дня 18 ч. 44 м.)». Явление это его удивило, причем о падении Тунгусского метеорита он, конечно, ничего не знал. Поэтому он подумал, что это была белая ночь, дошедшая до Наровчата, подобно тому, как изредка доходят до южных широт северные сияния.


Занимаясь фотографией  и имея аппарат 9X12 с объективом Фохтлендсра, он сфотографировал улицу города на сухой бромо-желатиновой пластинке высшей чувствительности.


Сделав снимок с экспозицией в 30 мин. (с 11 ч. 30 м. до 12 час. ночи), он получил вполне проработанный сочный негатив, на котором хорошо получились изображения зданий города. Снимок этот (фиг. 10) был опубликован в сборнике «Метеоритика» [20].



При взгляде на снимок, указывал Россин, видно, что съемка могла быть произведена только в промежуток времени между заходом и восходом Солнца. Это убедительно • доказывает затененность южной стороны здания церкви и юго-западной стены углового дома. Свет поздней зари во время экспозиции освещал объекты съемки с северо-западной стороны. В обычный вечер небо на востоке не могло быть таким светлым, как в данном случае.


В течение съемки Россин без всякого искусственного освещения совершенно свободно читал газету.


Фиг. 10. Фотографический снимок улицы г. Наровчата, полученный В. П. Россиным в светлую ночь с 30 июня на 1 июля 1908 г.


Академик В. Г. Фесенков рассказывал автору, что, приготовившись к очередным астрономическим наблюдениям на Ташкентской астрономической обсерватории в ночь с 30 июня на 1 июля 1908 г., он не смог дождаться наступления темноты. В результате, в эту ночь так и не удалось произвести программные астрономические наблюдения.


О светлых ночах и светящихся облаках в свое время было написано и во многих газетах. Так, в газете «Русское Слово» от 20 июня 1908 г. сообщалось:


«Аткарск, 19/VI. Две ночи на северной части небосклона наблюдается ярко-белое сияние. Безлунные ночи делаются совершенно светлыми. Редкостное здесь явление вызывает много толков.


Киев, 19/VI. В северной части неба наблюдалось небывалое здесь ярко-серебристое сияние»..


В газете «Новое Время» от 29 июня (12 июля) 1908 г. была помещена следующая заметка, подписанная инициалом «Г».


«О серебристых облаках.


Как сообщает С.-Петербургское телеграфное агентство, в ночь на 18 июня в Пензе, Славянске и Тирасполе наблюдалось северное сияние. В эту же ночь в Берлине, Копенгагене, Кенигсберге и на всем побережьи Балтийского моря в северной части неба было замечено необычайное желтое н красное освещение, напоминающее, как пишут, явления, наблюдавшиеся во время извержения вулкана Кракатоа в 1883 г. В ночь на 18 и особенно на 19 июня то же зрелище имело место и в Казани. Первое впечатление было: будто все небо покрыто облаками и только на севере на горизонте имелся просвст, как это наблюдается  иногда до захода Солнца в последние дни.


Светлая, серебристая полоса неправильной дугой охватывала до восьмой част горизонта при высоте от горизонта в северной части градусов до 10. К краям и сверху желто-серебристая окраска переходила в красную. Красный цвет усиливался и распространился по всей полосе к полуночи, а затем опять вся полоса начала светлеть; над светлой полосой цвет неба был зеленоватого оттенка. Простым глазом были видны легкие облака, почти сплошь покрывавшие светлую полосу. При свете этой зари можно было читать даже мелкую печать...»


В следующем номере той же газеты профессор С. П. Глазенап поместил статью с описанием светлых ночей, наблюдавшихся в различных пунктах. Он писал:


«От нескольких любителей астрономии мною получены сообщения о явлении, названном ими северным сиянием. Равным образом, в газетах появились корреспонденции о бывшем 17 июня северном сиянии. В последнем полученном мною письме из Ломжи от М. Талдыкина дается весьма обстоятельнoe описание ночного света, причем прибавляется: «это было северное сияние». Вчера, 27 июня, в Домкине Лужского уезда, где я провожу лото, после дождливого дня небо совершенно прояснилось, и ночь была безоблачная; мне удалось наблюдать явление и я могу подтвердить, что явление никаким об­разом нельзя принять за северное сияние. Это ясная заря, напоминающая ясные зори 1885 г., бывшие после взрыва вулкана Кракатоа.4


В Лужском уезде явление представлялось в следующем виде: после заката Солнца северо-западная часть неба была красного цвета, более сильного оттенка, чем в обыкновенное время; к 10 1/2 час. вечера краснота исчезла, остался золотистый оттенок, но настолько сильный, что, повернувшись к северу, глаз не мог выдерживать света первые секунды, затем постепенно он привыкал. Так продолжалось до 12 часов ночи, когда явление ослабело. Явление напоминало собою очень отчетливо красные зори 1885 г. с меньшею, однако, краснотою, почему я и назвал их «ясные зори». Ничего подобного северному сиянию не было. Поэтому, если явление 17 июня было такое же, а в этом я не сомневаюсь, то никаким образом нельзя назвать его северным сиянием.4


 


В Тамбовской губернии, в Брест-Литовске, в Ломже и в других местах, где 17 июня небо было ясное, явление было интенсивное. В то время от всех предметов падала тень, а в Тамбовской губернии темные ночи заменились светлыми, как на севере. Теперь явление слабеет».


Наконец, в той же газете «Новое время» была помещена статья А. М. Шенрока с подробным описанием зари 17 июня.


Позднее он опубликовал  в «Ежемесячном  метеорологическом бюллетене Геофизической обсерватории» [21] сводку пунктов, где наблюдались светлые ночи. В обзоре наблюдавшегося явления он отметил, что область видимости явления распространилась с севера на юг от параллели С.-Петербурга до Крыма (Керчь) и Северного Кавказа (Медвежье), а с запада на восток от Брест-Литовска до Новоузеня, Самарской губернии.


Из приведенных выше сообщений очевидцев мы знаем, что светлые ночи захватили территорию к востоку далеко за Самарскую губернию и отмечались по всей Западной Сибири вплоть до Енисейска.


«Везде сияние наступило,— отмечал Шенрок,— после заката Солнца. Многие наблюдатели сообщили, что перед закатом Солнца было пасмурно, местами шел дождь, в некоторых местах небо прояснилось лишь на северном горизонте... они думали сначала, что заря кажется такой необычайно светлой только в силу контраста с прочим небом, густо покрытым темными облаками, а также вследствие того, что некоторое время перед тем стояли темные облачные вечера и не было вовсе обычных светлых ночей. Особенный интерес представляет тот факт, что первое время... сияние усиливалось и, насколько можно по некоторым указаниям судить, особенной яркости оно достигло около 10,5 час. вечера.


Вид сияния описывался наблюдателями различно. Величина его определяется по большей части в ширину — около четверти горизонта, а кверху оно распространялось в некоторых случаях до зенита. Цвет его описывался различно. Более всего встречаются указания, что сияние было оранжевого или красноватого цвета. Вообще многие наблюдатели говорят, что оно напоминало зарево большого пожара; но есть также указания, что оно было или однородного бледного цвета, или с зеленоватым оттенком. Наконец, некоторые наблюдатели пишут, что оно напоминало северное сияние, а в отдельных случаях это явление прямо описывается как северное сияние.


Что касается интенсивности света, то она везде была поразительна и, конечно, производила особый эффект в более южных широтах, где и летом ночи всегда темные. Почти все наблюдатели указывают, что при свете зари можно было свободно читать; из Саратова пишут, что можно было свободно рассмотреть катающихся на лодке; проходящие пароходы были ясно видны на расстоянии 3-х верст... Доктор Нагорский, ехавший в ночь на 2 июля по Волге из Кинешмы в Н.-Новгород, сообщает, что за пароходом ночью летали чайки, и видно было, как они перелетали по отмелям. В Кинешме, как ему передавали, в ночь на 1 июля обращало на себя внимание оживление среди галок, которые беспрерывно перелетали с места на место».


Высказывая свои соображения относительно происхождения светлых ночей, А. М. Шенрок отмечал, что наиболее вероятными могут быть три объяснения: во-первых, что это было северное сияние, во-вторых,— весьма  высокие и тонкие облака, освещенные Солнцем, и в-третьих,— присутствие пыли в высоких слоях атмосферы. Первое объяснение, по его мнению, кажется наименее вероятным. Более правдоподобным является второе объяснение, однако, как он отметил, против него говорит  громадное  распространение  этого явления, наблюдавшегося почти во всей Европейской России и в большей части Германии. Маловероятно, по его мнению, также и то, что светящиеся облака появились одновременно на такой большой площади.


Таким образом, наиболее всего вероятно третье объяснение, т. е. присутствие пыли в атмосфере. Тем не менее, и это объяснение, по его мнению, не может в полной мере быть принятым. Сомнение вызывает вопрос, куда исчезла гак быстро пыль, так как уже через два дня грандиозное явление светлых ночей прекратилось, тогда как в 1883 г. после извержения вулкана Кракатоа необычайные зори продолжались целые месяцы.


Л. А. Кулик первый, сопоставив описанные выше аномальные явления в земной атмосфере с падением Тунгусского метеорита, связал между собой эти два события. В своей статье, опубликованной в Докладах Академии Наук СССР [28], он писал о том, что в конце июня 1908 г. наблюдались исключительно мощные светящиеся облака, обусловившие белые ночи, и в то же время в конце июня недалеко от местечка Кагарлык бывшей Киевской губернии упал каменный метеорит; далее, 30 июня упал  Тунгусский  метеорит, и согласно вычислениям В. А. Мальцева и Б. В. Окунева, в 1908 г. Земля 1 июля проходила через плоскость орбиты кометы Понс-Виннеке по линии нисходящего узла и находилась в непосредственной близости от кометной орбиты. На основании всего этого он предположил о тесной связи между собой всех этих явлений и высказал гипотезу о связи Тунгусского метеорита, а также метеорита Кагарлык, с кометой Понс-Виннеке.


Происхождение светящихся облаков Кулик объяснял следующим образом;


«Являясь, с моей точки зрения, продуктами остывания возогнавшихся при полете метеоритов газов, эти облака в своем зарождении отвечали многочисленным пунктам обильных в этот период падений метеоритов и лишь затем, расплываясь, образовали мощные, может быть даже слившиеся из отдельных участков экраны, которые и отражали с высоты 80 километров лучи зашедшего уже Солнца. Обилие падений метеоритов в этот период могло обусловить электризацию верхних слоев атмосферы и явиться причиной анормального повышения грозовой деятельности, а заряженные частички одновременно оседающей метеорной пыли могли быть центрами конденсации паров воды и образующихся градин».


Кулик указывал также на повышенную грозовую деятельность в последней декаде июня 1908 г. с выпадением местами града. Устанавливая связь Тунгусского метеорита с кометой Понс-Виннеке, Кулик отмечал, что падение Тунгусского метеорита показывает, что метеориты в своем движении опережают комету и на ее орбите занимают иное место, чем видимая голова кометы.


Свои предположения Кулик основывал, помимо совпадения даты падения метеорита со временем  прохождения Земли через узел орбиты  кометы, еще и на совпадении направления движения метеорита с положением кометного радианта. Но тут он, очевидно вследствие незнания геометрического смысла радианта, допустил ошибку. Как мы отмечали, Кулик установил направление движения метеорита с ЮЮЗ на ССВ. Радиант же кометы был расположен на северо-востоке. Таким образом, по представлению Кулика, связь Тунгусского метеорита подтверждалась тем, что метеорит летел в направлении на радиант, т. е. обратно тому направлению, в котором он должен был двигаться, если бы такая связь существовала. Поэтому, когда позднее он понял свою ошибку, он увидел новое подтверждение связи с кометой в том, что при первом его посещении места падения метеорита в 1927 г., к которому он подходил с юга (см. ниже), поваленный лес оказался направленным вершинами на юг от места падения, а не на северо-восток, как первоначально сообщали Обручев и Суслов. Поэтому, еще не ожидая конца работ своей первой экспедиции, Кулик написал академику В. И. Вернадскому, что направление поваленного леса подтверждает его гипотезу о связи Тунгусского метеорита с кометой Понс-Виннеке.


Кулик был настолько уверен в связи падений метеоритов, появления светящихся облаков и других метеорологических явлений с прохождением Земли через орбиту кометы Понс-Виннеке, что в конце указанной выше статьи он  обращал внимание на возможность повторения всех тех явлений, которые наблюдались в конце июня  1908 г., также и во время предстоявшего в 1926 г. прохождения Земли через орбиту этой кометы.


Одновременно с указанной статьей Кулик опубликовал в журнале «Мироведение» [23] другую статью, в которой он более определенно высказался о связи Тунгусского метеорита и атмосферно-метеорологических явлений, наблюдавшихся в конце июня 1908 г., с кометой Понс-Виннеке. В этой статье он дал следующее более подробное объяснение происхождения светящихся облаков:


«Я предполагаю,— писал он,— что серебристые облака обязаны своим происхождением метеоритам,— наиболее мелкой и легкой части продуктов возгонки их вещества при их вторжении в земную атмосферу. Так как каждые сутки миллионы метеоров врываются в нее, то, следовательно, и образование легчайших облаков из остывших продуктов возгонки идет непрерывно. Эта тончайшая пыль распределяется вечно волнующимся от новых вторжений падающих звезд слоем на границе стратосферы, на высоте примерно 80—100 км. Но эта картина существенно изменяется и том случае, когда Земля пересекает «активную» часть орбиты той или мной кометы, особенно - в момент благоприятного освещения зоны сумеречного сегмента неба, что в наших широтах имеет место на заре весенних и летних месяцев. В этом случае обилие продуктов возгонки может обусловить собой образование экрана, который на фоне сегмента зари станет отражать лучи зашедшего уже Солнца; в этом случае эти облака, в противоположность облакам водяных паров, и будут наблюдаться в виде серебристо-белых, светящихся циррусов. И обратно, если мы имеем сильное развитие серебристых облаков, то необходимо искать их первопричину — падение метеоритов и связь с той или иной кометой...»


Теперь мы знаем, что Тунгусский метеорит не был связан ни с кометой Понс-Виннеке, ни с метеоритом Кагарлык, тогда как появление аномальных светлых ночей и ярких светящихся облаков действительно было вызвано падением Тунгусского метеорита. Распыление огромного вещества метеорного тела, вследствие исключительно большой массы и геоцентрической скорости его в земной атмосфере, и вызвало все описанные выше явления.


Интересное открытие сделал совсем недавно академик В. Г. Фесенков [24]. Предполагая, что распыление в земной атмосфере значительного количества метеорной материи при падении Тунгусского метеорита могло отразиться на прозрачности атмосферы, он подверг исследованию измерения, произведенные на только что открытой тогда Абботом станции в Калифорнии (США). Аббот организовал на этой станции с мая 1908 г. регулярные измерения коэффициентов прозрачности атмосферы в разных длинах волн с целью определения так называемой солнечной постоянной. В результате исследования Фесенков установил, что действительно, начиная приблизительно с середины июля 1908 г. и вплоть до второй половины августа, наблюдалось заметное понижение коэффициентов прозрачности атмосферы. Сравнение коэффициентов прозрачности в те же месяцы других лет показало, что никакого понижения коэффициентов в другие годы за указанный период не наблюдается. С другой стороны, извержение в 1912 г. крупного вулкана Катмай в Японии также вызвало понижение коэффициентов прозрачности. Помутнение земной атмосферы в 1908 г. несомненно было <связано с распылением в ней метеорной материи при падении Тунгусского метеорита.


Фесенков попытался определить размер пылевых частиц распыленной метеорной материи и получил в случае железного метеорита размер, значительно меньший 10-5 см. Однако он считает наиболее вероятным, что Тунгусский метеорит относился к каменным. В этом случае размер частиц должен быть равен примерно 10-4 см, т. е. одному микрону. Он отметил далее, что на основании измерений коэффициентов прозрачности только на одной станции невозможно определить общую массу распыленной материи Тунгусского метеорита. Можно только приблизительно определить эту массу, которая оказывается равной по крайней мере нескольким миллионам тонн.


Сопоставляя результаты исследований Фесенкова с описанием этих необычно светлых ночей, мы можем видеть, что сейчас же после падения метеорита явление светлых ночей распространилось в первые сутки на всю Европу и западную часть Сибири. Светлые ночи продолжались, постепенно ослабевая, в течение нескольких суток. Вслед за этим, начиная с середины июля, наблюдается постепенное понижение прозрачности атмосферы в США. Таким образом, к этому времени распыленная материя, непрерывно рассеиваясь в атмосфере, охватила уже и все западное полушарие. Наблюдатель Апостолов (см. выше) отметил повышенную яркость зорь, постепенно ослабевавших, вплоть до конца августа. Таким образом, очевидно, только к этому времени запыленность атмосферы метеорной материей выравнялась по всему земному шару. Вероятно, с какого-то момента после падения метеорита продукты распыления непрерывно в течение длительного времени оседали на поверхность Земли. Однако в то время сбор осевших частиц никем не производился.


Уиппл высказал гипотезу, что Тунгусский метеорит представлял собой, ядро маленькой кометки с пылевым хвостом [15, 16]. В момент падения метеорита или, по Уипплу, головы кометы, состоящей из роя метеоритов, ее хвост, направленный от Солнца, должен был простираться на северо-запад, т. е. по направлению к Европе и почти перпендикулярно к движению самой кометы. Таким образом, ее пылевой хвост оказался над Европой, задержавшись в самых верхних слоях атмосферы. Его распыление в атмосфере и вызвало необычные ночи.


Нужно сказать, что в результате опубликования Куликом первых статей об обследовании места падения метеорита распространилось представление о наличии на месте падения метеорита группы метеоритных кратеров, образовавшихся от падения роя метеоритов. Фотографические снимки некоторых из таких кратеров были опубликованы в русской и иностранной литературе. Между тем, как мы потом увидим, указанные кратеры ничего общего с метеоритными не имеют, и следовательно, вопрос о том, выпал ли Тунгусский метеорит одним монолитом, или в виде роя крупных метеоритных масс, остается в настоящее время открытым. Поэтому если считать, что голова кометы представляет собой рой или по крайней мере группу  метеорных тел, то в таком случае мы пока не имеем доказательств того, чти Тунгусский метеорит представлял собой голову кометы. Между тем, Уиппл в своей гипотезе, повидимому, как раз и основывался на том, что Тунгусский метеорит выпал в виде роя крупных метеоритных масс.


Следует также отметить, что в настоящее время мы не имеем примера падений кратерообразующих каменных метеоритов. Как известно, вокруг всех достоверно установленных на всем земном шаре метеоритных кратеров, число которых достигает приблизительно десятка, обнаружены осколки железных метеоритов. Правда, поскольку падения таких метеоритов происходят слишком редко и все известные метеоритные кратеры образовались тысячелетия назад, то мы можем считать, что осколки каменных метеоритов не могли сохраниться за такой промежуток времени. Следовательно, нет возможности установить метеоритную природу тех, может быть и нередко наблюдаемых на земной поверхности впадин — остатков кратеров, которые были образованы падением  каменных метеоритов. Более того, при взрыве и образовании метеоритного кратера в случае падения каменного метеорита от него не остается, вероятно, никаких осколков. Однако возникает вопрос: сможет ли каменный метеорит преодолеть земную атмосферу, не раздробившись в ней на такие части, которые в силу своей небольшой массы не могут уже сохранить остатки космической скорости в момент соприкосновения с поверхностью земли?


В настоящее время благодаря работам советских ученых теория образования метеоритных кратеров получила существенное развитие [25]. Опираясь на теорию и критически рассматривая наблюдательный материал, специалисты должны дать ясную картину условий падения Тунгусского метеорита. Имея это в виду, автор и счел необходимым поместить в настоящей книге, по возможности, полностью весь наблюдательный материал, который может быть использован для указанной цели.


Необходимо сделать еще одно замечание. Поскольку в настоящее время, как мы это узнаем из следующих глав, место падения Тунгусского метеорита оказывается далеко не полностью изученным и нет еще достаточно полного представления о размерах разрушений, вызванных падением этого метеорита, то поставленная задача может, повидимому, быть разрешена только после дополнительно проведенных работ па месте падения метеорита. Об этом мы будем говорить в последней главе.


1 Во всех цитируемых далее газетных сообщениях и письмах очевидцев за 1908 г. дата падения метеорита указывается по старому стилю, т.е. 17 июня. В более поздних письмах и опросах очевидцев дата указана по новому стилю, т.е. 30 июня.


[2] К сожалению, в 1908 г. почти никто не заинтересовался серьезно падением метеорита, о чем мы знаем из всего изложенного выше. Поэтому и упорство эвенков ни в чем не проявилось.— Е. К.


3 И. С. Астапович получил следующие элементы орбиты в предположении, что vg = 50 км/сек; W = 2780, i = 1110, w = 1130, q = 0,284 астр. ед.; орбита близка к параболе (е = 1,076)


4 Извержение вулкана Кракатоа было в 1883 г., после чего в течение нескольких лет- наблюдали яркие красочные зори.


Материал: http://www.hodka.net/bib.php

========


ГлавнаяКарта сайтаПочта
Яндекс.Метрика    Редактор сайта:  Комаров Виталий