Главная Карта сайта
The English version of site
rss Лента Новостей
В Контакте Рго Новосибирск
Кругозор Наше Наследие Исследователи природы Полевые рецепты Архитектура Космос Все реки
Библиотека | Статьи

УДК 621.039


Российские пункты захоронения радиоактивных отходов: классическая геология и ядерная география

Russian radioactive waste disposal points: classic geology and nuclear geography

Комлев В.Н., инженер-физик, пенсионер, Апатиты

Komlev V. N.,

engineer-physicist, retiree, Apatity


Аннотация. Рассмотрены методология и пример применения архивных геологических материалов для выбора места захоронения радиоактивных отходов. Сформулированы предпосылки и мотивация предлагаемого подхода. Цель – пополнение объема горно-геологических знаний Росатома и кооперация компетенций разных отраслей при конкретном деле. Обозначены этапы работ для Печенгской вулканогенно-осадочной структуры. Выбор предполагает оперативную и упрощенную оценку базы - геологических условий площадок. За основной выбран критерий гидравлической проницаемости пород. По данным разведочных скважин глубиной до 2 км определена площадка «SAMPO-Pechenga-I». Выражено пожелание специалистам Росатома публично обозначить свое мнение относительно методологии работ и полученных результатов.


Ключевые слова. Кольская сверхглубокая скважина, разведочные скважины, радиоактивные отходы, захоронение, гидравлическая проницаемость пород, рациональное природопользование, Печенгская вулканогенно-осадочная структура.


Abstract . The methodology and an example of the use of archival geological materials to select the location of the disposal of radioactive waste are considered. The prerequisites and motivation of the proposed approach are formulated. The goal is to replenish the volume of mining and geological knowledge of Rosatom and the cooperation of competencies of various industries in a particular case. The stages of work for the Pechenga volcanic-sedimentary structure are indicated. The choice involves an operational and simplified assessment of the base - the geological conditions of the sites. The criterion of hydraulic permeability has been chosen to be the main one. According to the data of test trial boreholes of approximately 2 km deep there has been specified the site «SAMPO-Pechenga-I». The desire was expressed to Rosatom specialists to publicly express their opinion on the methodology of work and the results obtained.


Key words . The Kola Superdeep Borehole, trial boreholes, radioactive waste, burial, hydraulic permeability rocks, rational nature management, The Pechenga volcanic-sedimentary structure.


Посвящается геологам и горнякам,

причастным к освоению медно-никелевых месторождений Печенги:

руда скоро закончится,

добытые же знание, понимание, умение, готовая инфраструктура

могут эффективно и надолго пригодиться вновь


Введение


Существует важная задача (при геологическом приоритете) по «вечной» изоляции от биосферы радиоактивных отходов (РАО). Она весьма затратна (см., например, [1]; здесь и везде далее - источники информации открытого доступа) и мало где в мире безупречно решается. К сожалению, и Росатом, мягко говоря, испытывает трудности при обосновании, прежде всего, природных объектов как основы комплексного выбора мест приповерхностного/подземного размещения/захоронения РАО. Скоропалительное создание нынешней национальной системы изоляции РАО (ЕГС РАО - единой государственной системы обращения с радиоактивными отходами), по нашему мнению, не похоже на достойный, с допустимыми затратами, эффективный и безопасный вариант. Кроме того, видно коренное различие принципов выбора наилучших площадок. За рубежом доминирует геология, начиная с оценки альтернатив по территории отдельной страны в целом. В России все объекты захоронения РАО «уникально» (один из любимых «доводов» авторов и исполнителей ЕГС РАО при объяснении научно-технической сути системы) являются/планируются частью закрытых территорий/городов Росатома. Размещение этих славных городов в свое время никак геологией захоронения РАО не определялось.


Таким образом, основное, «в начале всех начал», фундаментальное, как профессии авиаторов и геологов с горняками, с дальнейшими последствиями российско-международное несоответствие относительно захоронения РАО (вопреки утверждению большинства публикаций по теме, что несоответствий нет вообще) можно выразить так: стабильная геосфера или преходящие атомные города. Не к лицу России иметь такое несоответствие международному опыту. Оно как результат отсутствия в должном объеме важных согласно, например, концепции геологического захоронения РАО исследований/обоснований по всем необходимым этапам может, к сожалению, затруднить придание российской системе ПЗРО (пунктов захоронения РАО) столь желаемого Росатомом статуса «лучших практик» МАГАТЭ. И уж точно столетия будет будоражить общественное сознание.


Конкретные предпосылки корректировки российских подходов
Красноярский край.


Здесь сложилась необычная, противоречивая, нигде в мире не встречающаяся ситуация. Хороший выход из которой найти трудно, но необходимо.


В рекордный срок около десяти лет по одной из версий начала (инициатива П.М. Гаврилова 2006 года) изучения участка «Енисейский» (по другим данным – за четыре года, ответ на вопрос 21: «Проектно-изыскательские работы начались после заключения контракта на их проведение в 2012 году», ПРОТОКОЛ ОБЩЕСТВЕННЫХ СЛУШАНИЙ, Железногорск, 2015 год) оформлены все/основные разрешительные документы на федеральный и единственный, на миллион лет, ПГЗРО (пункт глубинного захоронения радиоактивных отходов) - Распоряжение Правительства Российской Федерации от 6 апреля 2016 г. № 595-р и многовековая («на срок эксплуатации»!) лицензия Минприроды КРР 16117 ЗД (встречается еще обозначение КРР16117ЗД, см. также закупки №№0573100027019000007, 0573100027019000002 Официального сайта единой информационной системы в сфере закупок).


Разрешение на таком уровне строить ПГЗРО и размещать там РАО наивысшей опасности (прежде всего, ВАО – высокой активности) означает, что ВСЕ, федерального и регионального уровней, необходимые этапы и горно-геологическое (наиболее распространено и обязательно применение классического набора геологических исследований) и экологическое обоснование конкретного массива пород полностью выполнены и дополнительных крупных исследовательских проектов не требуется. Создание мощной наземной инфраструктуры для ПГЗРО (энергетической и транспортной) начато. Главные технологические вопросы эксплуатации ПГЗРО предусмотрено отработать в наземном Опытно-демонстрационном центре. Еще раз зафиксируем: в 2016 году Росатом получил полное геолого-экологическое право (в том числе, от Минприроды, т.е. по части геологического объекта!) ХОРОНИТЬ РАО НА УЧАСТКЕ «ЕНИСЕЙСКИЙ». Не выбирать массив среди альтернатив и изучать свойства массива с точки зрения его безопасности (это уже как бы пройденный этап), не строить ПГЗРО, а ХОРОНИТЬ РАО. Такого завершающего весь процесс права пока нет даже у лидеров этого дела после нескольких десятков лет эталонных исследований полного цикла и оценки их результатов обществом и надзорными органами – Швеции и Финляндии (снова мы на Енисее впереди планеты всея). И вкладывает Росатом деньги в площадку именно для этого. Наличие лицензии КРР 16117 ЗД многократно задокументировано (например, [2]).


Правительство Красноярского края, судя по письму Администрации Президента РФ № А26-02-99156691 от 27.09.2019, согласование Распоряжения Правительства Российской Федерации от 6 апреля 2016 г. № 595-р и лицензии Минприроды КРР 16117 ЗД не осуществляло.


Может, однако, и со множеством вопросов возникнуть впечатление, что практически одновременно с получением разрешительных документов дело скачком вернулось к истокам – вновь, как бы, к подготовке еще лишь материальной базы научного обоснования ПГЗРО и непосредственно к обоснованию. На этот раз, база - ПИЛ (подземная исследовательская лаборатория; имя собственное от ФГУП «НО РАО» - Подземная исследовательская лаборатория в Нижнеканском скальном массиве или НКМ-лаборатория, что по некоторым обстоятельствам следовало бы, видимо, лучше понимать, как Нижнеканская мистическая/мифическая лаборатория). Деньги осваивают, ЛЭП и железнодорожные пути прокладывают. И все это в масштабе – отнюдь не для ПИЛ. При настойчивых (противореча указанным документам Правительства и Минприроды РФ) публичных заявлениях типа: «Решение о строительстве ПГЗРО и о захоронении РАО будет приниматься не ранее 2030-2035 годов и только после выполнения в ПИЛ всего комплекса исследований по более чем 150 направлениям», «к работам по верификации полученных данных и прогнозированию безопасности планируется привлекать ведущих специалистов российского и международного научного сообщества», «всестороннее обсуждение и международные экспертизы». При настойчивой «подтанцовке» отдельных экологов, не имеющих горно-геологических знаний и опыта. Людей, которые, как следствие, не могут, видимо, увидеть инфраструктурные и финансовые различия ПИЛ и ПГЗРО.


В чем причина явной непоследовательности? Заметим, что создание ПИЛ непосредственно на площадке будущего ПГЗРО возможно, но совсем не обязательно. В Швеции, например, ПИЛ функционируют на альтернативных площадках. Назначение ПИЛ – дополнять (особенно для специфических условий захоронения), а не подменять результаты классического изучения массива. Кроме того, появление ПИЛ не должно искажать главные параметры натуры, которые определяются классикой (при варианте ПИЛ на площадке ПГЗРО допустима только такая последовательность: сначала в полном объеме классика, после нее ПИЛ) [3].


В чем причина явно невыполнимых обещаний? Навязчивые внушения о планировании и гарантиях активного массового общения с населением, международными и российскими экспертами [4] не противоречат тому, что работы по ПГЗРО/ПИЛ, с некоторых пор, выполняются, как бы, по государственному оборонному заказу [5], хотя упоминания о принадлежности этих объектов к которому вряд ли можно найти в публикациях ранее 2019 года, включая Стратегию-2018 создания ПГЗРО?  И тому, что «основная геологическая информация, полученная в ходе работ поисковой и оценочной стадий, по-прежнему находится в «серой зоне» отчетов ограниченного доступа» [6, Кочкин, с. 79]. К слову сказать, ограничения на информацию (прежде всего, горно-геологическую по площадке) не встречаются в проектах зарубежных ПИЛ и ПГЗРО. Наоборот, как подчеркивают специалисты ИБРАЭ, оповещая российскую общественность, там фиксируют главенство горного массива среди барьеров безопасности ПГЗРО и требуют открытости, доступности, прозрачности, прослеживаемости, полной привязки доказательной базы к характеристикам объекта и вмещающих пород, а также полноты информации на всех стадиях работ и принятия решений (с. 6-8, 10, 11, 13…30-33; [7]). Пока же авторы и исполнители «Енисейского проекта» «активное общение» заменяют на активное оставление без какого-либо ответа многих поступивших в их адрес профессиональных вопросов (даже по линии прокурорского надзора, письма прокуратуры г. Железногорска № 353 от 12.04.2019, Генеральной прокуратуры № 73/1-р-2019 от 20.05.2019 и другие – [8]).


Причины ограничений на информацию, видимо, не подлежат обсуждению. Но при наличии таких ограничений разумно, честно и законно ли причастным к работам (включая экологов – общественных контролеров) содержать центры общественных и международных связей/отделы по связям с общественностью и СМИ/советников (которые всегда и в полном объеме готовы «сформировать у аудитории представление о функциях и специфике будущего объекта»), развивать местное экспертное сообщество и прессу, а также активно контактировать с иностранцами (в том числе, на территории закрытого города Железногорска), повсеместно обещая прозрачность деятельности ФГУП «НО РАО»? Неужели у Национального оператора легко сочетаются ограничения гособоронзаказа и главные достижения 2018-2019 годов – успехи в международном сотрудничестве ([9])?


Это не все (не по науке, зарубежному опыту, российским регламентам-аналогам геологоразведочных работ) странности в начале истории национального ПГЗРО, развивающейся как волюнтаристская трансформация идеи площадки ЦЕХА (первоначально не более того!) Горно-химического комбината (ГХК), для обеспечения переработки ОЯТ (отработавшее ядерное топливо), без серьезных геологических исследований альтернатив. До уникальной («с ног на голову») последовательности работ по участку «Енисейский» были назначение, без должного выбора, приоритетности Красноярска среди регионов страны (непосредственно для ПГЗРО не было федерального и регионального «обзорного обследования обширной территории» и сравнения федеральных альтернатив) и участка «Енисейский» «Нижнеканского скального массива» по сравнению с площадками Нижнеканского массива гранитов (граниты введены в рассмотрение первыми и впервые федеральной целевой программой «Энергоэффективная экономика» на 2002-2005 годы и на перспективу до 2010 года»). При таком командно-административном подходе можно не заметить тревожные признаки. А они есть и их много.


В чем причина небрежного геологического изучения площадки? На участке «Енисейский» до 2015 года выполнены «в какой-то мере» лишь поисковая и оценочная стадии (это очень важный негативный факт) геологоразведочных работ. По их данным (!) в 2016 году получены все разрешительные документы. После 2015 года и до 2019 года никакой геологоразведки здесь не было [6, Кочкин, с. 79]. Разведочную стадию еще только «можно рассматривать» в жесткой увязке с созданием ПИЛ - первой очереди ПГЗРО (при немалых капитальных затратах). Поэтому и зафиксировано в [6, разные авторы] множество геологических (в том числе, и гидрогеологических) важных неопределенностей, не позволяющих дать обоснованное заключение о безопасности для предлагаемой проектной локализации объекта в условиях достаточно сложного геологического строения участка, а также рекомендовано продолжить разведку скважинами с поверхности. Трудно представить, чтобы подземный объект добычи полезных ископаемых, ни в какое сравнение по важности, экономическим параметрам и потенциальным экологическим последствиям и «рядом не стоящий» с ПГЗРО – объектом, как иногда фиксируют ограничивающим условием участия в конкурсах сайта закупок, государственного оборонного заказа на миллион лет, мог бы опережающе финансироваться и строиться без нескольких (!) последовательных стадий непосредственно разведки.


Весьма локальная и сбоку от основных планируемых подземных сооружений ПИЛ не может помочь в доразведке даже конкретного блока размещения РАО и предполагаемого горного отвода (подземной санитарно-защитной зоны), объем которых несопоставим с объемом ПИЛ (рис 1, [10]). И, например, при детальном изучении путей водной миграции радионуклидов к Енисею (по прямой около четырех километров) через прилегающие к этому блоку территории от нее польза вряд ли будет. Локальные выработки ПИЛ не охарактеризуют всю территорию, как система скважин с поверхности. Кроме того, неизбежный при строительстве и проведении «исследований по 150 направлениям» шахтный водоотлив исказит (воронка депрессии) природную гидрогеологию, которая будет до строительных работ и восстановится после полного затаривания ПГЗРО отходами, прекращения его обслуживания и изоляции подходных коммуникаций навечно.


Геологоразведки в классическом понимании не было. Это следует из последовательности событий с резким возвратом к необходимости обоснования безопасности (при наличии лицензии на захоронение РАО) и разных источников информации. Из последних, наиболее профессиональный, полный, с критикой существующих, в том числе и официальных, представлений и с конкретными предложениями по процедуре возврата к разведочной стадии работ – [11]. Есть не выдерживающие критики обещания заменить разведку в будущем работой ПИЛ. Проектировщики уже не зарекаются, как от совершенно немыслимого, от «обоснования пригодности нового участка для глубинного захоронения долгоживущих РАО…» и изменили характеристику «Нижнеканского» массива: от «разведанный» [10] до обтекаемой «исследованный» [12]. Но они пока еще не перешли с уровня оценок «пригодный для захоронения РАО» и «слабопроницаемый» [12] на, как заключили геологи (с настойчивым предложением вернуться к стадии разведки), лишь «потенциально пригодный» и «с зонами повышенной водопроницаемости разного генезиса и разной направленности» [11]. Не вносят проектировщики пока и коррективы в проект ПГЗРО согласно новым трактовкам состояния массива. А ПГЗРО строим уже сейчас! Но официально от научных руководителей – соответственно международному опыту. Про разные фрагменты «соответствия» мы неоднократно писали ранее. До чего ж как бы оторванная от жизни, без понимания реального «камня», может дойти удобно обосновавшаяся в отдельных персональных умах научная теоретическая мысль!


Многие также уже излагали, например, свою точку зрения по поводу количества, глубины, качества исследовательских скважин (это первая материальная база научного обоснования) на директивном участке «Енисейский» и прочих особенностей «Енисейского проекта» [13]. В 2019 году низкое в среднем качество как открытой, так и под обсадкой части стволов вновь обнародовано в работе [14]. Кроме того, дополнительно сообщается о случаях нарушения (менее, чем после десяти/четырех лет эксплуатации) интервалов цементирования зазоров между стенкой скважины и обсадной колонной. Сторонникам горного массива участка «Енисейский» и бетонных/цементных инженерных барьеров [12] изоляции РАО здесь (как, к слову, и могильников в подземных выработках Красноярского ГХК) следовало бы, вероятно, задуматься над результатами этого эксперимента. Не худо было бы задуматься и тем, кто живет по берегам Енисея. Эксперимент будет продолжен минимум на шести консервируемых скважинах при установке обсадных колонн и цементировании затрубного пространства в каждой из них от устья до забоя. Если качество стенок скважин хорошее, то зачем стволы ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИХ СКВАЖИН полностью оборудовать обсадкой с цементированием? Тем самым, исключать/блокировать при мониторинге практически всех свойств массива доступ к естественному природному объекту. Наблюдение за «слойкой» из железных труб и цементного камня хотя и познавательно, но не входит в первоочередные задачи.


ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЕ СКВАЖИНЫ на участке «Енисейский» формально будут, а контроля/мониторинга непосредственно массива пород – скорей всего, не будет. Напомним, что обязанностью ФГУП «НО РАО» является (приложение № 1, п. 3.2.4, лицензия КРР 16117 ЗД, условия пользования недрами) «мониторинг геологической среды в течение всего срока (!?) эксплуатации ПГЗРО». Если обладатель лицензии не может выполнить ее условий, то должна ли она у него быть?


Думается, что при отсутствии детальной разведки (изучения должным образом) участка «Енисейский», т.е. соответствующих задаче исходных данных, и реальных (не «потемкинских») исследовательских скважин (мониторинга исходных данных во времени) выполнить правильно в настоящее время научно-техническое доказательство безопасности сооружаемого ПГЗРО, по нашему мнению, нельзя в принципе. До устранения выявленных негативных обстоятельств и анализа новой ситуации публичные высказывания/утверждения профессионалов о безопасности массива пород Красноярского ПГЗРО как о научно-техническом факте должны быть прекращены.


Росатом и ФГУП «Национальный оператор по обращению с радиоактивными отходами», с другой стороны, недальновидно идут не путем скважинной геологоразведки прибрежного (да еще и на стыке глобальных геологических структур) участка «Енисейский» в целом, а с помощью научного руководителя (ИБРАЭ) «переводят стрелки» на ПИЛ и усиленно по-своему информируют (вразрез с содержанием Распоряжения Правительства Российской Федерации от 6 апреля 2016 г. № 595-р и лицензии КРР 16117 ЗД) общество о светлом и тщательно подготовленном/готовящемся будущем заказными, путаными/с лакировкой действительности, поверхностными, излишне пропагандистскими, странно, но не в русле главных документов  (как бы замалчивая федеральные решения) публикациями в СМИ «на территории Красноярского края информационных материалов о безопасности при обращении с радиоактивными отходами» [15], отчетами о многочисленных зарубежных и российских пресс-турах и круглых столах. Это обусловлено, видимо, какими-то особыми схемами контроля расхода бюджетных денег, слабым профессиональным уровнем в горно-геологической сфере и иными, не как для большинства разумных практик подземного строительства, основаниями для горно-экологической позиции именно ФГУП «НО РАО» в связи с глубинным геологическим (официальный термин МАГАТЭ) захоронением отходов.


Безопасность, по новым планам даже самого Национального оператора, еще только предстоит доказать (не факт, что доказательство будет убедительным), а опережающие «информационные» материалы о безопасности как факте обильно им эксплуатируются. Более того, безопасность назначенного без сравнения с альтернативами на федеральном уровне и неразведанного «Нижнеканского массива» еще не доказана, а с неустановленным сроком действия, с невыполнимыми для Национального оператора некоторыми условиями (см. комментарии к статье «Вывод из эксплуатации российских блоков АЭС, выработавших проектный ресурс» на сайте www.proatom.ru) лицензия на захоронение в нем всех федеральных РАО высших классов опасности уже есть? Такая лицензия продолжать существовать на законных основаниях может? Или она может быть отозванной? А опережающую лицензию на строительство ПГЗРО на участке «Енисейский» ФГУП «НО РАО» имеет? Как, например, компания «Посива» в Финляндии для ПГЗРО «Онкало» лицензию на строительство уже имеет, а на эксплуатацию/захоронение РАО еще не имеет.


Показательный образчик крайних (во многих смыслах) «информационных» материалов от ФГУП «НО РАО» со товарищи (Н.Н. Трохов и др., [16]). «Камень размером 1,5*1,5 км» (П.М. Гаврилов был более размашист, живописуя уникальность неразведанного массива, «сплошной камень длиной около 120 километров и 70 километров в диаметре», [17]), «двадцать массивов рассматривалось по всей Сибири» (стадия работ?), «до того смотрели на Кольском полуострове, на севере, нету там такого, чтоб это было единое пространство, в котором это можно разместить» (кто и когда смотрел?), «в европейской части страны мест под глубокие захоронения долгоживущих отходов 1-го и 2-го классов нет» (О.Л. Кедровский и Минатом считали иначе, с. 41 – [18]), «поиск подходящего каменного массива на территории России начался ещё полвека назад» (ссылки на исполнителей и анализ выполненных исследований?), «образцовая прочность в шести километрах от Железногорска» (авторы цитаты, видимо, не заметили на экскурсиях с показом таких участков керна, как, например, на фото рис. 9 и 38, [19]), «только здесь есть цельный камень без трещин и воды» (всероссийское/всемирное чудо: образцовая прочность, только здесь, без трещин и воды!; а прогнозные притоки 346 кубических метров воды в сутки в ПИЛ  по [6, Мартынов, Захарова], а «владелец лицензии обязан... проводить размещение РАО в отложениях архейского водоносного горизонта», приложение № 1, п. 3.2.2, лицензия КРР 16117 ЗД  – это как?), «это довольно редкая порода» (не соответствует действительности), «в 2012 году в Железногорске прошли слушания, и после долгих споров большинство из 450 пришедших поддержали строительство» (процесс «слушаний» и «поддержки» от независимого комментатора, [20]), «удалось добиться того, что «Росатом» получил разрешение на строительство лаборатории для исследований, а не всего хранилища» (а кто получил документы на право хоронить РАО?), «когда лаборатория будет готова, под землю спустятся учёные и начнут эту версию проверять», «только когда учёные однозначно докажут, что размещение ядерных отходов тут безопасно для природы и человека, здесь может начаться захоронение опасных отходов» (не соответствует действительности: нет ни лаборатории, ни могильника, а право хоронить уже есть!), «называть «ядерным могильником» строение в «Росатоме» категорически отказываются» (в угоду филологическим красивостям, из-за «трудностей перевода» и для облегчения процедуры/понижения уровня доказательства безопасности нарушают российские традиции и нормы: «могильник» - это термин нормативных документов!) [16].


Авторы «Енисейского проекта», посчитайте, пожалуйста, (совместно с экологами - знатоками океанских глубин и речных плотин, А.К. Никитиным и А.А. Колотовым) сколько через искусственное разуплотнение массива из-за создания горных выработок ПГЗРО, неважного качества и по естественным причинам, за миллион лет целенаправленно воды пройдет? Не вымоет ли она все содержимое могильника? И куда? При этом не забудьте сравнить расчетные данные с фактическими результатами эксплуатации дренажной системы подземного комплекса ГХК. Многогранный и долголетний опыт строительства и эксплуатации этого комплекса многие специалисты настоятельно предлагали учитывать при обосновании безопасности Красноярского ПГЗРО.


Примеры таких как приведены «информационных» материалов по обоснованию захоронения РАО в России можно множить и множить. По разным причинам, но вряд ли цитаты из этого и других часто вбрасываемых подобных наборов близки к действительности. И чего в них больше: дремучего незнания или сознательной дезинформации? В любом случае, вновь и вновь такое озвучивать без объяснения позиции («затвердила сорока Якова — одно про всякого») после ее многолетней критики и многочисленных к ней вопросов – похоже, грех, как говорится, на душу брать. Как и затверждать такое от имени общественности (А.А. Колотов: «Когда представители независимых общественных и экологических организаций могут лично убедиться в том, что тут действительно все соответствует нормам, работа идёт, контроль ведётся, тогда и устанавливается эффективное взаимодействие между национальным оператором и общественностью… Особенно важно, что мы получаем информацию из «первых рук», от специалистов, которые разбираются в теме и могут на самые сложные вопросы дать компетентные ответы», [16]).


В России уже есть достаточное количество отечественных монографий, в которых изложено состояние работ по решению проблемы глубинного/геологического захоронения РАО в мире. Многие авторы этих монографий (как правило, представители науки), в заданных Росатомом обстоятельствах и ограничениях «Енисейского проекта», с величайшим удовольствием (не с начала пути, трактуя как сложный и комплексный выбор площадки работу/научное обслуживание заказа по заданной им администраторами площадке в ЗАТО, при оформленных разрешительных документах на захоронение отходов и для заданного общего результата) встраивают отдельные частные блоки исследований («себя любимого» в программу НИР) в пресловутые «150 направлений». Но, к сожалению, никто из них не сопоставил на соответствие, объективно и детально, ключевые начальные, прежде всего, обстоятельства российского и зарубежных ПГЗРО (хотя бы опыта исследований). И главное – наличие/отсутствие соседства ПГЗРО с мощной рекой в условиях высочайшей неопределенности множества природных и научно-технических факторов. И наличие/отсутствие соседства ПГЗРО с другими захоронениями «особых РАО» (приповерхностными и подземными на/в породах, гидрогеология которых вряд ли отвечает международной практике захоронения [21]).


Цитата: «Целью настоящей работы является краткий обзор методологии обоснования безопасности с акцентом на долговременное прогнозирование. Основным инструментом прогнозирования, как и в случае создания новых реакторных установок, являются расчетные модели и программы» [22].   Думаю, по части инструмента, посыл задан ложный. При обосновании безопасности захоронения/безопасного геологического массива использовать как основу методологию обоснования безопасности реакторных установок при помощи расчетных моделей и программ – необоснованный искусственный прием ухода от реальной и мало знакомой авторам публикации задачи в сферу более привычных, удобных и выгодных обстоятельств.   Тысячелетняя история «инженерного» обоснования безопасности геологических массивов людьми никак не сравнится с историей (несколько десятков лет) обоснования безопасности реакторных установок. Когда обосновывают реактор, его еще нет. А геологический массив был, есть и будет – напрямую изучай, не ленись. Поэтому, для реактора преобладают модели, а для массива – натурные исследования непосредственно объекта. Методология изучения «горы/камня» отшлифована, проверена, надежна, самодостаточна (в том числе, для долговременного прогнозирования). Какой резон полностью заменять ее на модели, которые без исходных данных от натуры – красивая пустышка? Неоднократно сказано: основным инструментом обоснования безопасности захоронения является классическое горно-геологическое изучение массива/разведка должным образом при сравнении полученных конкретных параметров с международными критериями напрямую.


Во время многочисленных экскурсий на участок «Енисейский» хозяева демонстрируют лишь наземную площадку и схемы на стендах. Вероятно, полезно было бы им уже сейчас «образцовую прочность», «цельный камень без трещин и воды» в естественном залегании (основа безопасности всех хранилищ/могильников РАО в Железногорске; а это естество большинство экскурсоводов и экскурсантов вообще никогда не видело и руками не щупало) иллюстрировать натурой (например, стенки туннеля под Енисеем), документальными фотографиями всего керна (а они есть, см. процедуру документирования в [19]) или архивными фотографиями массива до бетонирования обнажений в период прежних горных работ (пример – фото в [23]).


Еще один наглядный пример. В массиве на промплощадке ГХК готовятся (на разных этапах) два ПГЗРО - маленький (отметка 200 м глубины) и большой (отметка 500 м). Оба - изделия Росатома. Размеры в данном случае существующей классификацией не регламентируются. Сначала одни люди (почти как «по щучьему веленью, по моему хотенью») приняли свои критерии, начали строить маленький ПГЗРО, получили все, что полагается за работу по регламентированным неизвестно как критериям к массиву. Позже тоже по волевому решению на массив пришли другие люди. Они уже знали, что существуют международные критерии и способы показать соответствие им. Пробурили скважины, стали рисовать разрезы и публиковать их в журнале "Радиоактивные отходы". Наложили на разрезы международные критерии по гидравлической проницаемости пород. Хотя картинки разных авторов и различались существенно, а скважины показали неважное качество массива - итог работы по новым критериям как-то еще может, вероятно, оправдать надежды по изделию на отметке 500 м, но жестко ставит много вопросов по части безопасности изделия на отметке 200 м. Тем более, вопросы уместны относительно захоронения бассейнов-отстойников на земной поверхности.


Эта история показывает, что научно-технические критерии и результаты могут существенно поменяться при переходе от слабо контролируемого «изобретательства» («под одной крышей» [24] или «на одном фундаменте», когда, не разбираясь с причинами отсутствия такого подхода у зарубежных профессионалов, готовы «затащить» под «одну крышу» и могильники с неудачным главным защитным барьером – горным массивом) к стремлению соблюдать международные «лучшие практики».


Следует отметить, что, похоже, Красноярский ПГЗРО - неповторимое очарование без зарубежных аналогов. Все возможные и необходимые для изучения проблемы «настоящим образом» аналоги и ПИЛы (подземные выработки ГХК, разные захоронения РАО на разных уровнях и туннель под Енисеем) есть рядом. Вот только по каким-то причинам авторы и исполнители «Енисейского проекта» не спешат (опасаются?) публично воспользоваться готовыми натурными данными. Хотя вполне очевидно, что эти готовые данные от «соседей» со временем обязательно будут востребованы. И, все же, для отдельных составляющих комплекса захоронений РАО вблизи Енисея зарубежные аналоги найдутся. Например, возможно, ситуация с уже известными негативными последствиями функционирования могильника на берегу реки в городской черте 4,5-миллионного Детройта – США, Детройтский оползень, декабрь 2019 года.


Мурманская область. За выполнение работ по проведению комплексного анализа территории Мурманской области и других регионов в 2016-2018 годах по заданию Росатома в целях формирования перечня перспективных участков для размещения нескольких приповерхностных пунктов захоронения РАО 3-го и 4-го классов (ППЗРО, РАО низкой и средней, САО, активности) ГК «НЕОЛАНТ» получила благодарность от ФГУП «Национальный оператор по обращению с радиоактивными отходами» [25]. Однако, видимо из-за неудачи на Кольском полуострове, о итогах здесь (включая результаты инженерно-геологических изысканий) и каких-либо их общественных обсуждениях не известно, хотя это и было обещано публике в «начале пути». И, скорей всего, по той же причине Росатом исключил Мурманскую область из закупок на выполнение работ с общественностью, хотя другие «испытуемые» ГК «НЕОЛАНТ» в них присутствуют (2019 год, торги на «Право заключения договора на Оказание услуг на территории Сибирского, Уральского, Приволжского федеральных округов по информированию общественности о безопасности при обращении с радиоактивными отходами», на «Право заключения договора на Оказание услуг по обеспечению приемлемости деятельности Национального оператора по обращению с радиоактивными отходами на территории Сибирского, Уральского, Приволжского федеральных округов»). И чего это создатели ПЗРО не хотят работать с общественностью Мурманской области (как, кстати, и Ленинградской, и Архангельской)?


Вывод из эксплуатации Ленинградской и Кольской АЭС, других объектов Северо-Запада РФ. Не снята неопределенность с ППЗРО в Сосновом Бору Ленинградской области накануне решения масштабных задач по выводу из эксплуатации блоков ЛАЭС-1 с наработкой большого объема РАО разных категорий, включая графит – ВАО и САО. При этом, международная позиция, становящаяся и российской [26] - графит не может размещаться в приповерхностных хранилищах. Выполнено гипотетическое сравнение по логистическому признаку разных мест подземного захоронения графита – не в пользу Железногорска. Нет у Росатома представлений и о том, как и где будут захоронены РАО при демонтаже Кольской АЭС, объектов флотов. Близок вывод из эксплуатации других блоков АЭС в европейской части России.


Опубликован, например, аналитический доклад «Современные вызовы и возможные решения по обращению с реакторным графитом при выводе из эксплуатации реакторов РБМК» [27]. При всем уважении к авторам, необходимо отметить некоторые неприемлемые его детали. В докладе рассмотрены крайние из всех возможных вариантов захоронения РАО после закрытия АЭС: «на месте» эксплуатации АЭС и классический – в специально создаваемых с нуля в/на подходящих геологических массивах подземных/приповерхностных комплексах. Промежуточный вариант использования адаптированной готовой горной инфраструктуры в докладе отсутствует. Поэтому, вряд ли, тема раскрыта полностью. Промежуточный вариант (немецкий Конрад, урановые рудники по предложению академика Н.П. Лаверова, другие примеры) авторам доклада, несомненно, известен. Следовательно, не избежать мыслей о тенденциозности опубликованной (и рекомендованной для практических действий на разных уровнях) аналитики. По моему мнению, НА ЮЖНОМ БЕРЕГУ ФИНСКОГО ЗАЛИВА ПОСЛЕ АЭС НЕ ДОЛЖНО БЫТЬ НИКАКИХ «ЗЕЛЕНЫХ» КУРГАНОВ И БОЛОТ.


Вывод из эксплуатации объектов «ядерного наследия» Урала и Сибири. На Урале и в Сибири стремятся военные/промышленные уран-графитовые реакторы (ПУГРы) и бассейны-отстойники (ВАО и САО как результат военных программ) захоронить на месте способом «зеленый курган»/«зеленая лужайка», который вряд ли можно считать безопасным. Такой способ явно не будет радовать население. Были ли здесь обзорные геологические исследования по отдельным регионам? И если уж для наиболее ответственной площадки Росатома в Железногорске не было геологоразведки, то была ли она в традиционном и нормативном понимании для ППЗРО Новоуральска, Озерска, Северска, дополнительных «зеленых» урало-сибирских мест захоронения «особых РАО»? В США подобные объекты, как правило, не хоронят на месте, а стремятся РАО с площадок «холодной войны» переместить в специально создаваемые в настоящее время сооружения и подальше от природной гидросети [28]. Налицо процессы разной направленности: В России на площадках «ядерного наследия» консервируют засыпкой разного вида грунтом прежние РАО и строят федеральные могильники новых отходов, в США – демонтируют объекты, зачищают территорию и не размещают здесь новых отходов.


Поддержка предприятий Горнорудного дивизиона Росатома. Ныне Приаргунское производственное горно-химическое объединение нерентабельно [29]. Найденная площадка и строительство ПГЗРО вблизи Краснокаменска или где-либо в Забайкалье существенно изменили бы ситуацию в лучшую сторону, в том числе в целом в регионе. Напомним еще раз, что академик Н.П. Лаверов и ИГЕМ РАН считали захоронение ВАО в урановых рудниках единственно верным путем. А ПАО «ГМК "НОРИЛЬСКИЙ НИКЕЛЬ"», например, интенсивно выполняет разведочные работы в рамках «Читинского проекта». Как и везде, разведка попутно и здесь не может не вскрывать безрудные блоки пород.


Достоверность оценок безопасности. Расчетные параметры миграции радионуклидов из пунктов захоронения/хранения РАО, из-за недостоверных данных о массивах и слабого программного обеспечения (разброс в конечных результатах составил шесть порядков между участниками международного сравнения - авторами сценариев и программ [30 и комментарии]), трудно принимать за основу оценок безопасности. Разным специалистам нужно, идя от натуры, комплексно и добросовестно посмотреть в будущее. Однако, увы, сейчас такое не осилить. Причина - ППЗРО и ПГЗРО в России создаются при отсутствии доступных исходных геологических и других данных (например, из последних среди многих публикаций - [31]). Видимо, Баба Яга против Росатома и его стратегии всестороннего обсуждения и международных экспертиз. Поэтому, скорей всего, лет через 30-50 общество (неожиданно!) обнаружит новые факты, не всегда приятные.


Сравнение надежности разных вариантов. Глобально безопасность пунктов захоронения РАО полезно оценивать не только с позиции отдельных трудностей и ошибок, но идя и от существующих стратегий/идеологий в целом. Например, сравнение Д. Башкировым (его комментарий от 10.08.19, [32]) эффективности средней природной защиты, техногенного приповерхностного и подземного захоронения показывает (при стремлении к простому и доступному изложению, однако, как говорится, с цифрами в руках и по-крупному), что к идеалу (природе) может (при определенных условиях) приблизиться лишь ПГЗРО.


Зарубежный бизнес Росатома. Производное от активного строительства Росатомом АЭС за рубежом. На примере нарождающейся ядерной энергетики Республики Беларусь. Выполнен показательный, хотя пока еще и только для стадии эксплуатации АЭС, анализ проблемы ОЯТ и РАО. Не затронута стадия снятия с эксплуатации. Тут все: и в разы заниженные деньги, и «общемировая» идеология переработки ОЯТ, и степень нерешенных межгосударственных проблем с перекладыванием их на другие поколения (дело уже вовсю раскручено). Что, где и как? Относительно ОЯТ и РАО – невнятная Стратегия. Не все понятно и с возобновлением ввоза в Россию зарубежного обедненного урана, политически и экономически (есть мнение) выгодного [33]. Кстати, МАГАТЭ отмечает, что в международной практике существует подход к решению проблемы ОЯТ, заключающийся в экспорте отработавшего топлива в страны, предоставляющие услуги по завершающей стадии ядерного топливного цикла - ЯТЦ ( SFM 19, [34]). Не исключено, что Россия будет лидером в сфере предоставления таких услуг. При этом, инфраструктура, кадры и компетенции технологий обращения с ОЯТ исторически сформированы на крупных комбинатах Росатома по контуру Западной Сибири (вблизи Челябинска, Томска и Красноярска). Кроме того, Западная Сибирь имеет перспективы стать ведущим мировым регионом и относительно начальной стадии ЯТЦ (свежее топливо для российских и зарубежных АЭС). В недрах Тюменской области прогнозируют наличие огромных запасов урана [35]. Следовательно, возможна со временем его добыча с помощью скважин. Аналогично тому, как в настоящее время развертывают работы в Курганской области [36].


Распространение загрязнения окружающей среды от РАО и радиационных аварий в мире стало недопустимо обыденным, как и угроз ядерным объектам [37].


Необходимость совершенствования ЕГС РАО существует. В том числе, системы и конструктивного исполнения объектов захоронения [38]. Однако даже в этой констатации, при озвученных, в целом достаточно убедительно, основных направлениях приложения усилий, мало уделено внимания геологической подоплеке «ключевого вопроса – о размещении объектов». Кроме того, не сфокусировано понимание, что геологическое/глубинное захоронение ВАО (возможно, и ОЯТ) по времени жизни принципиально не укладывается в выделенную градацию «Далекое будущее» развития отрасли. Геологическое обоснование ПЗРО (по крайней мере, ПГЗРО), по нашему мнению, (да так есть и в «лучших международных практиках») должно иметь больший элемент свободы/самостоятельности, административной независимости относительно конкретных объектов непосредственно использования ядерной энергии (вне излишне жесткого согласования с этапами развития этих объектов) - как в сегодняшних реалиях, так и в планах ее применения. Нужно качественно выполнять географо-геологическую составляющую проектов. Тогда, возможно, не придется уповать на будущий «рост экологического сознания общества».


Томские ученые, например, обсудили зарубежный опыт обращения с РАО, цель ввоза в Россию зарубежных урановых «хвостов» [39]. Организаторы мероприятия - профессора-геологи ТПУ Л.П. Рихванов и Е.Г. Язиков. Насколько мне известно, это видные представители сибирской школы геологии урана и создатели сибирской же школы радиогеоэкологии. Будем надеяться, что они оставят для истории не только мнение о ценном ресурсе – источнике урана и сырья для получения фтора, воспоминания о посещении европейских и российских объектов захоронения РАО и повторы тезиса о целесообразности (в этом и без того мало кто сомневается) создания системы финальной изоляции радиоактивных отходов с научно-технологической точки зрения, но и (совместно с учениками и коллегами) конкретный профессиональный анализ (который неизбежно будет проверен вечностью) геологических условий вечных ПЗРО (включая захоронения ПУГРов) Северска и Железногорска.


Не вдаваясь в некоторую экзотику подземного строительства и с учетом сверхдолговременной функции ПГЗРО, следует подчеркнуть, что герметичных подземных сооружений человечество строить не умеет. Человек не умеет, но природа умеет создавать условия, строя в которых/пристраиваясь к природе человек может построить неплохие по части опасности от воды могильники. Концепция ГЛУБИННОГО ГЕОЛОГИЧЕСКОГО захоронения не только дает возможность следовать за природой, но и требует этого при выборе площадки.


Международной ПРАКТИКОЙ проверялось/проверяется несколько направлений следования за природой. Не претендуя на полноту:


1) внешние условия - малонаселенные засушливые территории (США, Китай);


2) «подстраивания под особенности дренирования воды» - (Финляндия, Швеция, ПГЗРО под дном моря; при этом реальные водопритоки по данным шведского «национального оператора» SKB совсем не маленькие – [40]);


3) нахождение природных мощных водоупоров (глины в естественном залегании - разные страны, глиноподобные вокруг могильника Конрад - Германия, водоупоры вокруг солей - Германия, многолетняя мерзлота - Новая Земля, Россия).


Не все проверки привели к успеху. Но и не все дали однозначно отрицательный результат. В конкретных случаях вмешались слабое изучение геологических условий и торопливость людей. Главная ошибка: при тех или иных благоприятных внешних факторах окружения блока пород непосредственного заложения выработок, этот блок сам по себе все-таки должен быть хорошего инженерно-геологического качества (а не как, например, промороженные известняки Новой Земли).


Россия совсем не примеряла на себя геологические аналоги вариантов Швеции, Финляндии и немецкого Конрада, не модернизировала национальный вариант мерзлоты (РАО не в мерзлоте, а под мерзлотой в породах лучшего качества, например, на Таймыре). Если бы задача выбора площадки была поставлена не на словах и в полном соответствии с концепцией ГЛУБИННОГО ГЕОЛОГИЧЕСКОГО захоронения - в России (при разнообразии геологических условий) она могла быть выполнена хорошо.


Человечество, повторяем, не умеет строить для условий захоронения РАО герметичных подземных сооружений, опираясь прежде всего и только на инженерные достижения. Не удержат воду главные элементы этих сооружений по контакту с породным массивом (крепь, обделка), не будет без контроля и ремонта работать требуемое время инженерный дренаж. То есть, нельзя надеяться на защиту инженерными барьерами, входящими непосредственно в ПГЗРО.


Как показывает наука и практика, нельзя в долговременном плане надеяться и на обеспечение безопасности инженерным исполнением/обустройством «ближней зоны» РАО (вмещающая матрица, контейнер, «герметизация» закладкой свободного от контейнеров пространства в подземных выработках). Про сложности с бетонными барьерами достаточно известно, как и с уникальными медными контейнерами (неуверенность в которых тормозит получение лицензии на строительство ПГЗРО в Швеции). Свежая новость [41] - при детальном изучении «"вечных" капсул, состоявших из нескольких слоев керамики, стекла и нержавеющей стали», в планах США по захоронению ОЯТ нашли слабое звено.


России при создании национальной ЕГС РАО отреагировать на эту сложную международную ситуацию, обусловленную водой, гипотетически можно одним из трех вариантов.


Первый. На основе научных исследований опровергнуть для каких-либо планируемых за рубежом материалов инженерных барьеров данные о их несостоятельности как долговременных водоупоров. После этого появится необходимость говорить российским менеджерам, что они будут применять эти материалы, вне зависимости от степени обводненности массива.


Второй. Проигнорировать все зарубежные представления о необходимом качестве горных массивов и материалов инженерных барьеров и после этого отстаивать собственную позицию: удобно обоснованные материалы и горные массивы.


Третий. Принять и выполнять полностью зарубежные представления о сути и последовательности выбора главного барьера безопасности - горного массива, а также материалов дополнительных инженерных барьеров.


Только третий вариант дает право говорить о надежности и соответствии российских ПЗРО накопленному опыту многих десятилетий разных стран. Назначение участка «Енисейский» в ЗАТО местом для ПГЗРО вряд ли является результатом следования за природой и международным опытом. Поэтому, проблемы с водой (и не только) нужно ждать.


Росатом, ИБРАЭ РАН и ЭПЦ «Беллона» - организаторы и научные идеологи создания российской ЕГС РАО (и ее главного элемента - ПГЗРО).  Одновременно и справедливо они инициируют международный проект по очистке арктических морей от радиационно-опасных объектов [42]. Фактические и ожидаемые результаты относительно недавних затоплений РАО в этих морях понятны всем и волнуют всех. По какой причине эти же организации совсем не разделяют и публично аргументированно не опровергают немалые публикуемые опасения по поводу осуществленных и планируемых захоронений РАО в/на «Нижнеканском» массиве, вблизи Енисея? Конечно, свойства и динамика морских и подземных вод имеют различия. Но десятки и миллион лет – тоже «две большие разницы». Когда топили РАО в морях, обсуждать и знать это было не положено. Но сейчас повсеместно декларируют иное отношение к экологии.


Постулат


Отечественной атомной отрасли, в связи с трудностями нового дела – захоронения радиоактивных отходов, нужна обширная помощь специалистов по земным недрам при обсуждении проблемы и выборе сильных решений, основанная на их знаниях и опыте, а также на информационных горно-геологических ресурсах России. Цель – повысить представительность и важность этапа предварительных/обзорных геологических исследований на федеральном (для ПГЗРО) и региональном (преимущественно для ППЗРО) уровнях, сделать эти исследования более доступными и выполнимыми, создать предпосылки дальнейших работ по выбранным наиболее перспективным массивам/площадкам. Нужны в интересах Росатома новые (но первоначально - исключительно камеральные) оперативные «массовые поиски». На этот раз не урана, а наилучших инженерно-геологических условий по архивным/фондовым материалам (прежде всего, бурения), учитывая и географию страны. Хотя бы по некоторым ядерным регионам: Кольский полуостров, Урал, Красноярский край, Дальний Восток. А также, возможно, в интересах Казахстана, Беларуси и Украины по их территориям.


Хотя наилучшие в целом условия оцениваются по совокупности аргументов (например, по 51 только геологическому критерию в работе [43], а далее еще и по ряду критериев социально-экономических), основным и весьма плодотворным при «массовых поисках» наилучших инженерно-геологических условий является критерий гидравлической проницаемости пород [44]. Естественно и важно, что он одновременно характеризует степень нарушенности/монолитности массива.


Этапы постулированных поисков по*льскому полуострову как пример
Первый этап.


Предварительные обзорные итоги таких поисков (1998 год) по Мурманской области (безрудные породы, вскрытые скважинами с поверхности и подземными выработками вблизи проявлений никеля, апатита, железа, мусковита, редких металлов и других полезных ископаемых) приведены в [45-47]. Выполненные сравнения (в том числе, с данными по ПГЗРО Швеции и Финляндии) показали, что по гидроизолирующим свойствам пород Кольского полуострова и сопредельных территорий предпочтение (по выборке геологических отчетов и публикаций, обнародованных, примерно, до 1995 года) нужно отдать поиску и дальнейшей комплексной оценке площадок в пределах Печенгской вулканогенно-осадочной структуры. На этом этапе при количественных оценках Печенга была представлена 13 глубокими скважинами максимальной глубиной до 2000 м с суммарной мощностью только интервалов гидравлических испытаний более 9400 м. Интервалы вынужденного бурения по породам в глубокой скважине Печенги (а такие скважины были основными при разведке последние 50-60 лет) на несколько порядков больше мощности руды, если даже она и вскрыта скважиной.


Эти и выявленные дополнительными камеральными работами подобные опорные скважины - своеобразные наводчики/маркеры. В ближней зоне некоторых (возможно, большинства) из них при доразведке или даже без оной (см. второй этап) удастся найти блок пород нужных размеров (примерно 1км*1км*1км) и качества. Напомним, что специалисты Росатома в 2009 году (за три года до официального начала проектно-изыскательских работ) обозначили за рубежом участок «Енисейский» приоритетным для ПГЗРО, когда там была пробурена из «глубоких» лишь одна 600-метровая скважина [48]; гораздо раньше на площадке ПО «Маяк» - 12 скважин глубиной 1000-1200 м каждая, по которым площадка признана пригодной для сооружения подземного объекта окончательной изоляции ВАО. На лучшей площадке проекта NUCRUS 95410 по Кольскому полуострову – 6 скважин по 600 м.


Возможно, при новых камеральных «массовых поисках» следовало бы дополнительно оценить ситуацию относительно кварцитов и гнейсов Оленегорска. С учетом новых обстоятельств по сравнению с 1998 годом – подземных горных работ в комплексе с карьером (например, [49, с. 12-16]). В 1998 году она рассматривалась по 72 скважинам, но не таким глубоким, как на Печенге.



Второй этап.


Идя далее по такому пути, развивая и апробируя его до конечного результата, впервые в 2016-2017 годах (вообще и для региона в частности) предложен вариант конкретной площадки (авторское название «SAMPO-Pechenga-I») для РАО [50]. Возможная социокультурная трактовка такого подхода в контексте не только естественнонаучного, а в целом понимания (в необходимой полноте) феномена ядерной энергии представлена Е.В. Комлевой (например, в [51]). Следует заметить, что другие социокультурные оценки не известны ни для одного ПГЗРО/ППЗРО мира. Лишь недавно Росатом в контексте своих представлений и потребностей начал, применительно и к Красноярскому ПГЗРО, активизировать «обсуждения в рамках круглых столов под общей темой "Социогуманитарное сопровождение реализации Федеральной целевой программы "Обеспечение ядерной и радиационной безопасности на 2016-2020 годы и на период до 2030 года" (ФЦП ЯРБ-2)» [52].



Третий этап.


Это этап не бывший, а ожидаемый в будущем и для независимых от автора настоящей статьи разных (например, тех вне контура Росатома, кто в Сосновом Бору/Петербурге и Апатитах/Мурманске видит в целом проблему РАО Северо-Запада РФ и может понять геологическую документацию) исполнителей. Прежде всего, все-таки, он предполагается назначением для специалистов Росатома с его партнерами. Они явно не испытают трудностей с доступом к региональным, корпоративным (ПАО «ГМК "НОРИЛЬСКИЙ НИКЕЛЬ"») и федеральным геологическим фондам. Неизменным предлагается лишь объект внимания – Печенгская вулканогенно-осадочная структура и, по возможности, ее обрамление.


Методика работ может изменяться по усмотрению исполнителей. К слову сказать, в свое время в скважинах месторождений Печенги (подземных и с поверхности) достаточно интенсивно применялись (производственными организациями – комбинатом «Печенганикель» и Мурманской геологоразведочной экспедицией) методы ядерной геофизики (в том числе, нейтронные). Их результаты (как и других освоенных здесь методов скважинной геофизики) также могут быть использованы по новому назначению – для оценки технического состояния стволов и, в конечном итоге, инженерно-геологических условий пород. Более того, в одной из глубоких скважин примерно 35 лет назад из-за нештатной ситуации при каротаже захоронен с применением цементирования скважинный прибор с источником калифорний-252. Можно предложить это мини-захоронение (вероятно, одно из немногих в мире) в качестве отдельного блока ПИЛ для комплекса исследований.


Цель этапа – учесть и проверить разные взгляды и создать основания для формирования безупречно объективного мнения о пригодности/непригодности заданного геологического объекта для захоронения РАО существующих категорий.


Наилучшим зарубежным партнером, начиная со стадии геологических исследований, представляется имеющая наиболее близкий аналог (ПГЗРО Конрад) Германия, которая, к тому же, внесла огромный вклад в создание на Кольском полуострове предшествующего захоронению (!) пункта хранения и переработки РАО в Сайда-Губе. И дело к этому идет [53]. Тем более, что Германия ищет… [54]. А сотрудничество с Германией на сайте ФГУП «НО РАО» обозначено первым среди зарубежных национальных партнеров [55]. Кроме того, является неоспоримым фактом при возникающих вопросах, что на примере обедненного урана URENCO и Росатом на практике давно отработали обоснование и схему транспортировки морскими и железнодорожными путями в Россию через Германию зарубежных радиационно и химически потенциально опасных материалов. А приграничное расположение Печенги обеспечит высочайшее качество работ из-за контроля со стороны, прежде всего, понимающих толк в деле Норвегии, Финляндии и Швеции.


Заключение


Методология ускоренного первичного простого поиска и оценки пригодных для захоронения РАО горных массивов, отбора наиболее перспективных из них есть.


Двадцать лет уже идею и разнообразные материалы относительно Печенги настойчиво, отстаивая позицию специалистов Кольского полуострова, публикуют (например, [56]). От представителей атомной отрасли и иже с ними никогда не было публично ни опровержения, ни поддержки. Частным образом иногда приводились не выдерживающие никакой критики доводы или сообщалось: «Альтернативы не нужны!» Хотя всем, знакомым с историей Атомного проекта СССР, известно, что альтернативы – это успех дела в целом. Кроме того, принятые принципы создания национальной системы объектов захоронения РАО с непродуктивными приоритетами дают и будут множить сбои, когда «первым делом, первым делом» (по аналогии с известной песней авиаторов) - другие технологические задачи (а проблема РАО по-прежнему второстепенна, хотя она уже является проблемой выживания отрасли и не только), административный ресурс, сегодняшние удобства и экономия, площадки только в местах присутствия Росатома, неполный цикл исследований и научное облагораживание под заданный субъективный результат, сомнительное математическое моделирование, а геология и скважины – это потом.


Может быть, стоит проверить предположение хотя бы о том, что гипотетический Печенгский ПГЗРО в регионе знаменитой Кольской сверхглубокой скважины, разнообразный по типам РАО и РАО-модулям (готовые и новые подземные выработки, глубокий карьер непосредственно и с подземными выработками в его бортах, глубокие скважины большого диаметра), мог бы быть удачным дополнением подземному могильнику в Железногорске Красноярского края и приповерхностным могильникам Урала и Сибири? В том числе, и особенно, если возникнет необходимость разделить международные и национальные функции ПЗРО. Помня также о расширенных полномочиях Росатома в Арктике и неизбежной перспективе захоронения отечественных нерадиоактивных промышленных отходов особой опасности, обращение с которыми – удел атомной корпорации.


Имеет, вообще говоря, право быть опасение (хотя его еще никто публично не высказывал), что идея Печенги при ее реализации в федеральном масштабе приведет к истощению иностранной помощи на ниве ликвидации «ядерного наследия» Кольского полуострова. Однако, полезно смотреть дальше. Включение Печенгского ПГЗРО, при его удобном географическом положении, в зарубежный «портфель заказов» Росатома наверняка заменит западную благотворительность на серьезные инвестиции.


Не особенно надеясь на применение в дальнейшем предлагаемой методологии и появление в реальности вариантов локализованной системы разных модулей Печенгского ПГЗРО, все же полезно зафиксировать, что они были обнародованы для обсуждения (и конкретный - «SAMPO-Pechenga» - красивый, надежный, действительно уникальный, в хорошо изученном геологами и горняками регионе, при вскрытом и доступном во многих местах подземном пространстве для создания ПИЛ/ПГЗРО, явно дешевле Красноярского ПГЗРО и, возможно, дешевле в целом урало-сибирской распределенной системы ППЗРО). Не особенно надеясь, но… В истории страны известна «пироповая съемка», позволившая решить стратегическую задачу поиска коренных месторождений алмазов Якутии. И Президент В.В. Путин поддержал же идею создания вблизи Мурманска научного центра по ядерной физике [57]. Дерзайте, пытливые!


Так что, если, например, в Железногорске многозвенная система хранения/переработки ОЯТ/выжигания минорных актинидов и захоронения РАО в «Нижнеканском массиве» или ее отдельные звенья и другие инновации будут давать «не тот (по В. Высоцкому) аффект» (все может быть, тем более, что актуальная аналитика из Железногорска как-то не без сомнений [58]), то традиционные геологи и горняки могут, вероятно, для Росатома «денечек покумекать - и выправить дефект» «последней стадии ядерного топливного жизненного цикла» с помощью «правильных» площадок захоронения любых РАО после всех «тех и не тех аффектов».


Проблема захоронения РАО применительно к Кольскому полуострову традиционно изучалась сотрудниками Горного института КНЦ РАН (не имевшего в штате геологов!), на первоначальных этапах под руководством академика Н.Н. Мельникова. Однако уже тридцать лет назад по нашей просьбе академик Ф.П. Митрофанов мудро «прикомандировал» к горнякам сотрудников Геологического института КНЦ РАН В.В. Баржицкого, В.Г. Зайцева и А.М. Ремизову – бывших производственников. И хотя эти специалисты вскоре вновь вернулись в производственную геологию, они потом плодотворно (в составе большой группы привлеченных сторонних геологов из Мурманской и Архангельской областей, Москвы, Санкт-Петербурга и Новосибирска) сотрудничали с Горным институтом в рамках проблемы РАО более пятнадцати лет. Благодаря именно этому сотрудничеству возникла идея Печенгского ПГЗРО. Были и другие разовые варианты/попытки (например, проект № 408 UNESCO IGCP, выполнявшийся в партнерстве с Германией) совместить НИР двух институтов КНЦ. Полезно было бы Геологическому институту, учитывая и достижения КНЦ по разработке природоподобных матриц для радионуклидов, активно и совместно с геологами-производственниками вернуться к обоснованию в регионе площадок для ПЗРО. Ведь опыт 90 лет научных исследований геологии региона, связанный непосредственно с КНЦ РАН, - не пустяк для обоснования важных долговременных природно-техногенных объектов здесь.


Ожидаемое дальнейшее снижение для п. Никель основной деятельности ПАО «ГМК "НОРИЛЬСКИЙ НИКЕЛЬ"» и численности населения (стратегическая сессия «Никель: от моногорода к поливозможностям», декабрь 2019 г.; встреча рабочей группы по созданию концепции развития Печенгского района и поселка Никель, январь 2020 г.; [59]) дополнительно может мотивировать создание Печенгского ПГЗРО как замещающего промышленного объекта для серьезной стабилизации социально-экономического положения региона.


Литература


1. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www.proatom.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=8868; https://www.dw.com/rua-51214766; http://bezrao.ru/n/2901.


2. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://zakupki.gov.ru/223/purchase/public/purchase/info/common-info.html?regNumber=31908140069, раздел «документы извещения», пояснительная записка к техническому заданию; https://www.rfgf.ru/license/itemview.php?iid=2717774; http://krasfond.ru/images/files/bulleten/bultn_16.docx, ИНФОРМАЦИОННЫЙ БЮЛЛЕТЕНЬ №12, поступивших в Красноярский филиал ФБУ «ТФГИ по Сибирскому Федеральному округу» геологических материалов в декабре 2016 г., инв. номер 3978; вопросы по «Подземной исследовательской лаборатории» (пункту глубинного захоронения радиоактивных отходов) от членов Общественного совета при министерстве экологии и рационального природопользования – участников технического тура на объекты ФГУП «НО РАО» в ЗАТО Железногорск Красноярского края, 4 декабря 2018г., http://realkrsk.blogspot.com/2018/12/rao-store.html.


3. Примеры из большого числа публикаций: Экологический вестник России, 2018, № 2, С. 32, п. 2.6 и № 11, С. 31; [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://www.proza.ru/2017/09/21/801.


4. Примеры из большого числа публикаций: [Электронный ресурс]. – Режим доступа: всестороннее обсуждение и международные экспертизы, http://bezrao.ru/n/3227; http://www.atomic-energy.ru/news/2019/12/02/99636; http://nkmlab.ru/informatsionnyy-tsentr/?ELEMENT_ID=238; http://myatom.ru/%D0%B2-%D0%B8%D0%BD%D1%84%D0%BE%D1%80%D0%BC%D0%B0%D1%86%D0%B8%D0%BE%D0%BD%D0%BD%D0%BE%D0%BC-%D1%86%D0%B5%D0%BD%D1%82%D1%80%D0%B5-%D0%BF%D0%BE-%D0%B0%D1%82%D0%BE%D0%BC%D0%BD%D0%BE%D0%B9-%D1%8D%D0%BD-8/; http://www.atomic-energy.ru/news/2019/09/10/97254; https://ura.news/articles/1036278762; http://bezrao.ru/n/2979; http://radwaste-journal.ru/docs/journals/3/016i017ikryukov-16-17.pdf; http://www.sgzt.com/k26/?module=articles&action=view&id=4209&theme=3; http://www.ibrae.ac.ru/docs/Radwaste_Journal_2(3)18/114_120_Strategy.pdf; https://krsk.rbc.ru/krsk/02/09/2019/5d6ca00c9a7947d3e309f455; http://www.atomic-energy.ru/news/2017/01/11/58244.


5. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://zakupki.gov.ru/epz/order/notice/zkku44/view/common-info.html?regNumber=0573100027019000002; http://zakupki.gov.ru/epz/order/notice/zkku44/view/common-info.html?regNumber=0573100027019000007.


6. [Электронный ресурс] (Кочкин, Морозов и др.). – Режим доступа: http://radwaste-journal.ru/docs/journals/19/assessing_the_state_of_the_geological.pdf; https://dspace.spbu.ru/bitstream/11701/11727/1/st024791.pdf; http://www.ibrae.ac.ru/docs/Radwaste_Journal_2(3)18/052_062_Martyinov.pdf; http://radwaste-journal.ru/docs/journals/7/8iinvestigating_the_geological_environment_at_the_yeniseisky_site.pdf.


7. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://radwaste-journal.ru/docs/116/prepr2019i03.pdf.


8. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://vk.com/atom26?z=photo-66070450_457239510%2Falbum-66070450_00%2Frev.


9. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www.atomic-energy.ru/news/2019/12/16/100067; http://www.atomic-energy.ru/news/2018/04/25/85303.


10. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www.atomic-energy.ru/articles/2019/11/12/98998.


11. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://radwaste-journal.ru/docs/journals/19/assessing_the_state_of_the_geological.pdf.


12. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www.atomic-energy.ru/articles/2020/01/21/100775.


13. Экологический вестник России, 2018, №№ 7, 8, 11 и 2019, №№ 6, 7; Научный вестник Арктики, 2018, № 3 и 2019, № 5; [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www.proatom.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=8150; https://www.proza.ru/2018/02/13/284.


14. Техническое задание и Пояснительная записка к договору на проведение работ по консервации исследовательских скважин на Енисейском участке (Красноярский край), [Электронный ресурс]. – Режим доступа: (Часть 3 Тома 1 ЗД 14452-194 МСП) http://zakupki.gov.ru/223/purchase/public/purchase/info/documents.html?regNumber=31908140069.


15. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www.atomic-energy.ru/news/2019/10/31/98701; http://www.atomic-energy.ru/news/2019/09/27/97702; https://vk.com/atom26?w=wall-66070450_5552; http://zakupki.gov.ru/223/purchase/public/purchase/info/common-info.html?regNumber=31908278736; http://zakupki.gov.ru/223/purchase/public/purchase/info/common-info.html?regNumber=31908278731; https://vk.com/away.php?to=https%3A%2F%2Fclck.ru%2FJKeDV&post=-66070450_5632&el=snippet.


16. Экологический вестник России. - № 7, 2018, с. 33; [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://vse42.ru/news/30943630; https://vk.com/atom26?w=wall-66070450_5661; https://ngs24.ru/news/more/66258889/; https://www.enisey.tv/news/post-17827/; http://www.gig26.ru/news/obschestvo/nid-15418.html; http://www.uranbator.ru/content/view/21764/8/; http://www.uranbator.ru/content/view/21807/8/; http://www.uranbator.ru/content/view/21951/8/.


17. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://www.pravda.ru/science/1298450-gubarev/.


18. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://www.nnc.kz/media/bulletin/files/2Z8ANU5Dsc.pdf, [Bradley D.J.].


19. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://dspace.spbu.ru/bitstream/11701/11727/1/st024791.pdf.


20. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www.uranbator.ru/content/view/6196/8/.


21. Статьи и комментарии. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www.proatom.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=8832; http://www.proatom.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=8830; http://www.proatom.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=8742; http://www.proatom.ru/modules.php?name=Surveys&op=results&pollID=138&mode=&order=&thold=; http://www.proatom.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=8324; http://www.proatom.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=8589; http://www.proatom.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=8666.


22. Препринт ИБРАЭ № 2019-03: «ОБОСНОВАНИЕ ДОЛГОВРЕМЕННОЙ БЕЗОПАСНОСТИ ЗАХОРОНЕНИЯ ОЯТ И РАО НА 10 000 И БОЛЕЕ ЛЕТ: МЕТОДОЛОГИЯ И СОВРЕМЕННОЕ СОСТОЯНИЕ».


23. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www.uranbator.ru/content/view/21941/8/.


24. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www.atomic-energy.ru/articles/2019/12/10/99894.


25. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://neolant.ru/press-center/news/index.php?ID=2802; http://www.neolant.su/press-center/news/index.php?ELEMENT_ID=3080.


26. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://radwaste-journal.ru/docs/journals/8/building_consistency_between_development_stages_of_nuclear_power_complex.pdf; http://radwaste-journal.ru/docs/journals/7/2ion_reactor_graphite_disposal.pdf.


27. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://decommission.ru/2019/12/31/doklad_grafit/.


28. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www.atomic-energy.ru/news/2019/11/29/99565; http://www.atomic-energy.ru/news/2019/11/29/99570.


29. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://www.chita.ru/news/135808/.


30. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www.proatom.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=8902; http://www.proatom.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=8589; http://www.proatom.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=8666;


http://www.proatom.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=8742.


31. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http :// bezrao . ru / n /2970.


32. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www.proatom.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=8725.


33. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://www.rbc.ru/spb_sz/28/11/2019/5ddf932e9a7947b02918332c; https://vk.com/atom26?w=wall-66070450_5894; http://bezrao.ru/n/3183; http://www.proatom.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=8868; http://bezrao.ru/n/2952.


34. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://radwaste-journal.ru/docs/journals/19/international_meet_iaea.pdf.


35. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://t-l.ru/260952.html.


36. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://www.nakanune.ru/news/2020/01/30/22564204/; https://oblast45.ru/publication/27503.


37. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://bezrao.ru/n/3348; https://riafan.ru/1241977-yadernye-mogilniki-ssha-razrushayutsya-ugrozhaya-vsemu-miru; https://www.znak.com/2019-12-06/gde_nahodyatsya_samye_opasnye_atomnye_elektrostancii_v_rossii_i_pochemu_u_nih_net_buduchego; https://greenpeace.ru/news/2019/11/08/borbu-protiv-vvoza-uranovyh-hvostov-podderzhali-bolee-15-dvizhenij-i-organizacij/; http://www.proatom.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=8840; https://up74.ru/articles/news/114585/; http://www.proatom.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=8788; http://bezrao.ru/n/3009; http://www.rosbalt.ru/blogs/2019/09/16/1802566.html; https://bezrao.ru/n/2963; https://vk.com/atom26?z=video-66070450_456239129%2Fb89ef578d47a32b96e%2Fpl_wall_-66070450; http://bezrao.ru/n/2821; https://news.mail.ru/society/37942333/?frommail=1; http://bezrao.ru/n/2781; http://bezrao.ru/n/2754; комментарий Д. Башкирова к http://www.proatom.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=8670; http://www.atomic-energy.ru/news/2019/06/17/95477; http://bezrao.ru/n/2731; http://bezrao.ru/n/2685; https://moika78.ru/news/2019-06-04/239750-rospotrebnadzor-v-peterburge-za-god-proizoshlo-30-radiatsionnyh-avarij/; https://www.novayagazeta.ru/articles/2019/06/03/80755-dumaete-vse-proshlo-ni-hrena-podobnogo-uroven-radiatsii-idet-vverh; http://www.proatom.ru/modules.php?name=Forums&file=viewtopic&t=51112; https://svpressa.ru/society/article/233318/; http://bezrao.ru/n/2663; http://bezrao.ru/n/2651; http://bezrao.ru/n/2606; http://bezrao.ru/n/2635; https://echo.msk.ru/blog/evgenyus/2444589-echo/.


38. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://radwaste-journal.ru/docs/journals/8/building_consistency_between_development_stages_of_nuclear_power_complex.pdf.


39. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www.atomic-energy.ru/news/2020/01/30/101013; http://www.atomic-energy.ru/news/2019/10/21/98401; http :// bezrao . ru / n /3083.


40. Информ. Бюллетень «Живая Арктика», № 1 (11), 1999, с. 37.


41. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www.atomic-energy.ru/news/2020/01/29/100995.


42. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://bellona.ru/2020/01/29/zalech-na-dno-v-arktike/.


43. Melnikov N . N ., Konukhin V . P ., Komlev V . N . et al . Jmprovement of the Safety of Radioactive Waste Management in the North West Region of Russia. Disposal of Radioactive Waste. TACIS Project. NUCRUS 95410. Task 3.Report. - Apatity - Orlean, Russian Federation - France, 1998.-270p.


44. Комлев В.Н., Комлева Е.В. Критерий гидравлической проницаемости пород при подземной изоляции ядерных материалов (анализ шведско-финско-российского опыта). Материалы межд. симпозиума «Геохимия ландшафтов, палеоэкология человека и этногенез», 6-11 сентября 1999 г. – Улан-Удэ, 1999. – С. 47.


45. Комлев В.Н., Бичук Н.И., Зайцев В.Г. и др. (2000). Социально-экономические предпосылки нетрадиционного участия сырьевых отраслей в ядерных программах // Ресурсы регионов России. - № 3. - С. 2-10 и Вестник Удмуртского университета. Проблемы теории и практики экономической науки . - №9. - С . 169-194.


46. Komlev V.N. Native Nuclear Programmes, Generation’s Responsibility, Regional Geological Experience and Site Selection for Underground Disposal of Potentially Super-Dangerous Materials // Industrial Minerals: Deposits and New Developments in Fennoscandia. Petrozavodsk , 1999. P . 150-153 и Информационный бюллетень «Живая Арктика». – 1999, №1. – С. 34-43.


47. Комлев В.Н., Бичук Н.И., Зайцев В.Г., Мелихова Г.С. О перспективности площадок северо-западной части Мурманской области для размещения радиоактивных отходов и отработавшего ядерного топлива. Тезисы докладов II Международной конференции «Радиационная безопасность: радиоактивные отходы и экология», 9-12 ноября 1999 г. - Санкт-Петербург, 1999. – С. 24-25.


48. Кудрявцев Е.Г. и др. Создание объекта окончательной изоляции ВАО в глубоких геологических формациях (Нижнеканский массив, Красноярский край), Семинар» Окончательное захоронение РАО и ОЯТ- опыт и планы», Швеция, 2009 год.


49. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://elib.spbstu.ru/dl/2/v18-6778.pdf/download/v18-6778.pdf.


50. Комлев В.Н. (2017). Об исследовании и критериях выбора места захоронения радиоактивных отходов // Экологический вестник России. - № 9. – С. 32-39 и № 10. – С. 26-30.


51. Век глобализации, 2011, № 2, С. 140; Юридическая наука, 2012, № 1, С. 87; Север промышленный, 2007, № 5 и другие; [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www.epmc.ru/docs/AdditionalNSDisk.pdf; http://www.greenworld.org.ru/?q=nuc_energy_181015; с.85-93, http://www.iep.kolasc.net.ru/journal/files/Sever-i-Rynok-2011-1.pdf; https://www.socionauki.ru/journal/articles/136284/; https://helion-ltd.ru/philosophical-base/; https://cyberleninka.ru/article/v/fenomen-yadernoy-energii-sotsialnye-i-yuridicheskie-aspekty; Медной горы Хозяйка, SAMPO (образы), https://helion-ltd.ru/nuclear-children/, https://helion-ltd.ru/future-pragma/, http://viperson.ru/people/komleva-elena-vladimirovna, http://www.zpu-journal.ru/e-zpu/2008/1/Komleva/, http://www.dialog21.ru/biblio/komleva.htm; с.158, https://www.csu.ru/faculties/Documents/sport/%D0%92%D0%B5%D1%81%D1%82%D0%BD%D0%B8%D0%BA%20%D0%A7%D0%B5%D0%BB%D0%93%D0%A3_2014_13%20(342)%20%D0%B2%D1%8B%D0%BF%204.pdf; https://narfu.ru/university/library/books/2632.pdf; https://cyberleninka.ru/article/v/prirodoantroposotsialnyy-fenomen-yadernoy-energii-1; https://cyberleninka.ru/article/v/prirodoantroposotsialnyy-fenomen-yadernoy-energii; http://geo.asu.edu.ru/files/4(43)/25-32.pdf.


52. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www.atomic-energy.ru/news/2019/11/12/98978.


53. Экологический вестник России», №№ 9, 10 и 12, 2017 год, а также примеры из большого числа публикаций: [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://bezrao.ru/n/2988; http://www.greenworld.org.ru/?q=rao_211216; http://www.greenworld.org.ru/?q=rao_18716; https://www.proza.ru/2018/11/07/898; http://viperson.ru/articles/yadernyy-konrad-i-pechenga-prototip-i-novaya-ideya; http://bezrao.ru/n/2641; http://www.atomic-energy.ru/news/2019/03/22/93480; http://www.atomic-energy.ru/news/2018/12/05/90958; http://journals.uran.ua/geofizicheskiy/article/download/133381/129901; https://www.proza.ru/2017/06/29/1294; http://www.atomic-energy.ru/news/2019/09/10/97243; http://www.atomic-energy.ru/news/2019/09/10/97254.


54. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://bezrao.ru/n/3221.


55. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www.norao.ru/international_activity/.


56. Сборники материалов Воронежского технического университета «Комплексные проблемы техносферной безопасности» за 2017, 2016, 2015 годы и ранее; Труды научно-практических конференций с международным участием «ЭКОЛОГИЧЕСКАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ АЭС». - Калининград, 2015 и 2016 годы; Геофизический журнал (Украина): 2018 год, № 2; 2017 год, № 3; 2016 год, № 5 и ранее; Горно-геологический журнал (Казахстан): 2019 год, № 2 (58); 2018 год, № 3 (55); 2017 год, №№ 1-2 (49-50) и ранее; Цветные металлы, 2019 год, № 11; [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://www.proza.ru/2019/08/15/624; с. 41, http://www.nnc.kz/media/bulletin/files/2Z8ANU5Dsc.pdf; http://www.proatom.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=6837; http://www.atomic-energy.ru/articles/2015/04/20/56383; http://www.ecovestnik.ru/index.php/2013-07-07-02-13-50/kommentrij-specialista/2784-ob-issledovanii-i-kriteriyakh-vybora-mesta-zakhoroneniya-radioaktivnykh-otkhodov.


57. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://tass.ru/nauka/6824331.


58. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://babr24.com/kras/?IDE=197041&fbclid=IwAR3xxmZ2JXCnQl6BQGf5VYtBQ3UqmOA--0ahSuOSRKxL5MkyLmKF1eQNQPI&_utl_t=vk; http://www.uranbator.ru/content/view/22452/8/;http://www.uranbator.ru/content/view/22054/8/.


59. «Никель — это только начало» [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://bloger51.com/2020/01/74046.





Яндекс.Метрика    Редактор сайта:  Комаров Виталий