Главная Карта сайта
The English version of site
rss Лента Новостей
В Контакте Рго Новосибирск
Кругозор Наше Наследие Исследователи природы Полевые рецепты Архитектура Космос Все реки
Библиотека | Статьи

УДК 621.039


Захоронение радиоактивных отходов:

Геология реальная и мифическая

Radioactive waste disposal:

Geology real and mythical


Комлев В.Н., инженер-физик, пенсионер, Апатиты

Komlev V. N., engineer-physicist, retiree, Apatity


Аннотация. Рассмотрены методология и пример применения архивных геологических материалов для выбора места захоронения радиоактивных отходов. Сформулированы предпосылки и мотивация предлагаемого подхода. Цель – пополнение объема горно-геологических знаний Росатома и кооперация компетенций разных отраслей при конкретном деле. Обозначены этапы работ для Печенгской вулканогенно-осадочной структуры. Выбор предполагает оперативную и упрощенную оценку базы - геологических условий площадок. За основной выбран критерий гидравлической проницаемости пород. По данным разведочных скважин глубиной до 2 км определена площадка «SAMPO-Pechenga-I». Выражено пожелание специалистам Росатома публично обозначить свое мнение относительно методологии работ и полученных результатов.


Ключевые слова. Кольская сверхглубокая скважина, разведочные скважины, радиоактивные отходы, захоронение, гидравлическая проницаемость пород, Печенгская вулканогенно-осадочная структура.


Abstract. The methodology and an example of the use of archival geological materials to select the location of the disposal of radioactive waste are considered. The prerequisites and motivation of the proposed approach are formulated. The goal is to replenish the volume of mining and geological knowledge of Rosatom and the cooperation of competencies of various industries in a particular case. The stages of work for the Pechenga volcanic-sedimentary structure are indicated. The choice involves an operational and simplified assessment of the base - the geological conditions of the sites. The criterion of hydraulic permeability has been chosen to be the main one. According to the data of test trial boreholes of approximately 2 km deep there has been specified the site «SAMPO-Pechenga-I». The desire was expressed to Rosatom specialists to publicly express their opinion on the methodology of work and the results obtained.


Key words. The Kola Superdeep Borehole, trial boreholes, radioactive waste, burial, hydraulic permeability rocks, The Pechenga volcanic-sedimentary structure.


Посвящается геологам и горнякам,

причастным к освоению медно-никелевых месторождений Печенги:

руда скоро закончится,

но накопленные ими знание, понимание и умение могут пригодиться вновь


Введение

Существует важная задача (при геологическом приоритете) по «вечной» изоляции от биосферы радиоактивных отходов (РАО). Она весьма дорога (см., например, [1]; здесь и везде далее - источники информации открытого доступа) и мало где в мире безупречно решается. К сожалению, и Росатом, мягко говоря, испытывает трудности при обосновании, прежде всего, природных объектов как основы комплексного выбора мест приповерхностного/подземного размещения/захоронения РАО. Скоропалительное создание нынешней национальной системы изоляции РАО, по нашему мнению, не похоже на достойный, с допустимыми затратами, эффективный и безопасный вариант.


Предпосылки корректировки подходов


Красноярский край. Здесь сложилась необычная, противоречивая, нигде в мире не встречающаяся ситуация. Хороший выход из которой найти трудно, но необходимо.


В рекордный срок около десяти лет по одной из версий начала (инициатива П.М. Гаврилова 2006 года) изучения участка «Енисейский» (по другим данным – за четыре года, ответ на вопрос 21: «Проектно-изыскательские работы начались после заключения контракта на их проведение в 2012 году», ПРОТОКОЛ ОБЩЕСТВЕННЫХ СЛУШАНИЙ, Железногорск, 2015 год) оформлены все/основные разрешительные документы на федеральный и единственный, на миллион лет, ПГЗРО (пункт глубинного захоронения радиоактивных отходов) - Распоряжение Правительства Российской Федерации от 6 апреля 2016 г. № 595-р и многовековая («на срок эксплуатации»!) лицензия Минприроды КРР 16117 ЗД (встречается еще обозначение КРР16117ЗД, см. также закупки №№0573100027019000007, 0573100027019000002). Разрешение на таком уровне строить ПГЗРО и размещать там РАО наивысшей опасности (прежде всего, ВАО – высокой активности) означает, что главное (как минимум) горно-геологическое (наиболее распространено и обязательно применение классического набора геологических исследований) и экологическое обоснование массива пород полностью выполнено и дополнительных крупных исследовательских проектов не требуется. Создание мощной наземной инфраструктуры для ПГЗРО (энергетической и транспортной) начато. Главные технологические вопросы эксплуатации ПГЗРО предусмотрено отработать в наземном Опытно-демонстрационном центре. Еще раз зафиксируем: в 2016 году Росатом получил полное геолого-экологическое право (в том числе, от Минприроды, т.е. по части геологического объекта!) ХОРОНИТЬ РАО НА УЧАСТКЕ «ЕНИСЕЙСКИЙ». Не изучать свойства массива с точки зрения его безопасности (это уже как бы пройденный этап), а ХОРОНИТЬ РАО. И вкладывает деньги в площадку именно для этого. Наличие лицензии КРР 16117 ЗД многократно задокументировано (например, [2]).


Правительство Красноярского края, судя по письму Администрации Президента РФ № А26-02-99156691 от 27.09.2019, согласование Распоряжения Правительства Российской Федерации от 6 апреля 2016 г. № 595-р и лицензии Минприроды КРР 16117 ЗД не осуществляло.


Может возникнуть впечатление, что практически одновременно с получением разрешительных документов дело скачком вернулось к истокам – вновь, как бы, к подготовке еще лишь материальной базы научного обоснования ПГЗРО и непосредственно к обоснованию. На этот раз, база - ПИЛ (подземная исследовательская лаборатория). Деньги осваивают, ЛЭП и железнодорожные пути прокладывают. И все это в масштабе – отнюдь не для ПИЛ. При настойчивых (противореча указанным документам Правительства и Минприроды РФ) публичных заявлениях типа: «Решение о строительстве ПГЗРО и о захоронении РАО будет приниматься не ранее 2030-2035 годов и только после выполнения в ПИЛ всего комплекса исследований по более чем 150 направлениям», «к работам по верификации полученных данных и прогнозированию безопасности планируется привлекать ведущих специалистов российского и международного научного сообщества», «всестороннее обсуждение и международные экспертизы». При настойчивой «подтанцовке» отдельных экологов, не имеющих горно-геологических знаний и опыта. Людей, которые, как следствие, не могут, видимо, увидеть инфраструктурные и финансовые различия ПИЛ и ПГЗРО.


В чем причина явной непоследовательности? Заметим, что создание ПИЛ непосредственно на площадке будущего ПГЗРО возможно, но совсем не обязательно. Назначение ПИЛ – дополнять (особенно для специфических условий захоронения), а не подменять результаты классического изучения массива. Кроме того, появление ПИЛ не должно искажать главные параметры натуры, которые определяются классикой (при варианте ПИЛ на площадке ПГЗРО допустима только такая последовательность: сначала в полном объеме классика, после нее ПИЛ) [3].


В чем причина явно невыполнимых обещаний? Навязчивые внушения о планировании и гарантиях активного массового общения с населением, международными и российскими экспертами [4] не противоречат тому, что работы по ПГЗРО/ПИЛ, с некоторых пор, выполняются, как бы, по государственному оборонному заказу [5], хотя упоминания о принадлежности этих объектов к которому вряд ли можно найти в публикациях ранее 2019 года, включая Стратегию-2018 создания ПГЗРО? И тому, что «основная геологическая информация, полученная в ходе работ поисковой и оценочной стадий, по-прежнему находится в «серой зоне» отчетов ограниченного доступа» [6, Кочкин, с. 79]. К слову сказать, ограничения на информацию (прежде всего, горно-геологическую по площадке) не встречаются в проектах зарубежных ПИЛ и ПГЗРО. Пока же авторы и исполнители «Енисейского проекта» «активное общение» заменяют на активное оставление без какого-либо ответа многих поступивших в их адрес профессиональных вопросов (даже по линии прокурорского надзора, письма прокуратуры г. Железногорска № 353 от 12.04.2019, Генеральной прокуратуры № 73/1-р-2019 от 20.05.2019 и другие - https://vk.com/atom26?z=photo-66070450_457239510%2Falbum-66070450_00%2Frev). Причины ограничений на информацию, видимо, не подлежат обсуждению. Но при наличии таких ограничений разумно, честно и законно ли причастным к работам (включая экологов – общественных контролеров) содержать центры общественных и международных связей/отделы по связям с общественностью и СМИ/советников (которые всегда и в полном объеме готовы «сформировать у аудитории представление о функциях и специфике будущего объекта»), развивать местное экспертное сообщество и прессу, а также активно контактировать с иностранцами (в том числе, на территории закрытого города Железногорска), повсеместно обещая прозрачность деятельности ФГУП «НО РАО»?


Это не все (не по науке, зарубежному опыту, российским регламентам-аналогам геологоразведочных работ) странности в начале истории национального ПГЗРО, развивающейся как трансформация идеи площадки ЦЕХА (первоначально не более того!) Горно-химического комбината (ГХК), для обеспечения переработки ОЯТ (отработавшее ядерное топливо), без серьезных геологических исследований альтернатив. До уникальной («с ног на голову») последовательности работ по участку «Енисейский» были назначение, без должного выбора, приоритетности Красноярска среди регионов страны (непосредственно для ПГЗРО не было федерального «обзорного обследования обширной территории» и сравнения федеральных альтернатив) и участка «Енисейский» по сравнению с площадками Нижнеканского массива (введен в рассмотрение первым и впервые федеральной целевой программой «Энергоэффективная экономика» на 2002-2005 годы и на перспективу до 2010 года») гранитов. При таком командно-административном подходе можно не заметить тревожные признаки. А они есть и их много.


В чем причина небрежного геологического изучения площадки? На участке «Енисейский» до 2015 года выполнены «в какой-то мере» лишь поисковая и оценочная стадии (это очень важный негативный факт) геологоразведочных работ. По их данным (!) в 2016 году получены все разрешительные документы. После 2015 года и до 2019 года никакой геологоразведки здесь не было [6, Кочкин, с. 79]. Разведочную стадию еще только «можно рассматривать» в жесткой увязке с созданием ПИЛ - первой очереди ПГЗРО (при немалых капитальных затратах). Поэтому и зафиксировано в [6, разные авторы] множество геологических (в том числе, и гидрогеологических) важных неопределенностей, не позволяющих дать обоснованное заключение о безопасности для предлагаемой проектной локализации объекта в условиях достаточно сложного геологического строения участка, а также рекомендовано продолжить разведку скважинами с поверхности. Трудно представить, чтобы подземный объект добычи полезных ископаемых, ни в какое сравнение по важности, экономическим параметрам и потенциальным экологическим последствиям и «рядом не стоящий» с ПГЗРО – объектом государственного оборонного заказа на миллион лет, мог бы финансироваться и строиться без нескольких (!) последовательных стадий непосредственно разведки. ПИЛ может помочь в доразведке конкретного блока размещения РАО. Но, например, при детальном изучении путей водной миграции радионуклидов к Енисею (по прямой около четырех километров) через прилегающие к этому блоку территории от нее польза вряд ли будет. Локальные выработки ПИЛ не охарактеризуют всю территорию, как система скважин с поверхности. Кроме того, неизбежный при строительстве и проведении «исследований по 150 направлениям» шахтный водоотлив исказит (воронка депрессии) природную гидрогеологию, которая будет до строительных работ и восстановится после полного затаривания ПГЗРО отходами, прекращения его обслуживания и изоляции подходных коммуникаций навечно.


Геологоразведки в классическом понимании не было (как следует из последовательности событий с резким возвратом к необходимости обоснования безопасности и разных источников информации), есть не выдерживающие критики обещания заменить ее в будущем работой ПИЛ, а ПГЗРО строим уже сейчас, на авось! Но официально от научных руководителей – соответственно международному опыту. Про это «соответствие» мы неоднократно писали ранее. До чего ж как бы оторванная от жизни, без понимания реального «камня», может дойти удобно обосновавшаяся в отдельных персональных умах научная теоретическая мысль!


Многие также уже излагали, например, свою точку зрения по поводу количества, глубины, качества исследовательских скважин (это первая материальная база научного обоснования) на директивном участке «Енисейский» и прочих особенностей «Енисейского проекта» [7]. В 2019 году низкое в среднем качество как открытой, так и под обсадкой части стволов вновь обнародовано в работе [8]. Кроме того, дополнительно сообщается о случаях нарушения (менее, чем после десяти/четырех лет эксплуатации) интервалов цементирования зазоров между стенкой скважины и обсадной колонной. Сторонникам горного массива участка «Енисейский» и бетонных инженерных барьеров изоляции РАО здесь (как, к слову, и могильников в подземных выработках Красноярского ГХК) следовало бы, вероятно, задуматься над результатами этого эксперимента. Не худо было бы задуматься и тем, кто живет по берегам Енисея. Эксперимент будет продолжен минимум на шести консервируемых скважинах при установке обсадных колонн и цементировании затрубного пространства в каждой из них от устья до забоя. Если качество стенок скважин хорошее, то зачем стволы ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИХ СКВАЖИН полностью оборудовать обсадкой с цементированием? Тем самым, исключать/блокировать при мониторинге практически всех свойств массива доступ к естественному природному объекту. Наблюдение за «слойкой» из железных труб и цементного камня хотя и познавательно, но не входит в первоочередные задачи. ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЕ СКВАЖИНЫ на участке «Енисейский» формально будут, а контроля/мониторинга непосредственно массива пород – скорей всего, не будет.


Думается, что при отсутствии детальной разведки (изучения должным образом) участка «Енисейский», т.е. соответствующих задаче исходных данных, и реальных (не «потемкинских») исследовательских скважин (мониторинга исходных данных во времени) выполнить правильно в настоящее время научно-техническое доказательство безопасности сооружаемого ПГЗРО, по нашему мнению, нельзя в принципе.


Росатом и ФГУП «Национальный оператор по обращению с радиоактивными отходами», с другой стороны, недальновидно идут не путем скважинной геологоразведки прибрежного (да еще и на стыке глобальных геологических структур) участка «Енисейский» в целом, а «переводят стрелки» на ПИЛ и усиленно по-своему информируют (вразрез с содержанием Распоряжения Правительства Российской Федерации от 6 апреля 2016 г. № 595-р и лицензии КРР 16117 ЗД) общество о светлом и тщательно подготовленном/готовящемся будущем заказными, путаными/с лакировкой действительности, поверхностными, излишне пропагандистскими, странно, но не в русле главных документов (как бы замалчивая федеральные решения) публикациями в СМИ «на территории Красноярского края информационных материалов о безопасности при обращении с радиоактивными отходами» [9], отчетами о многочисленных зарубежных и российских пресс-турах и круглых столах. Это обусловлено, видимо, какими-то особыми схемами контроля расхода бюджетных денег, слабым профессиональным уровнем в горно-геологической сфере и иными, не как для большинства разумных практик подземного строительства, основаниями для горно-экологической позиции именно ФГУП «НО РАО» в связи с глубинным геологическим (официальный термин МАГАТЭ) захоронением отходов. Безопасность, по новым планам даже самого Национального оператора, еще только предстоит доказать (не факт, что доказательство будет убедительным), а опережающие «информационные» материалы о безопасности как факте обильно им эксплуатируются.


Показательный образчик крайних (во многих смыслах) «информационных» материалов от ФГУП «НО РАО» со товарищи (Н.Н. Трохов и др.). «Камень размером 1,5*1,5 км» (П.М. Гаврилов был более размашист, живописуя уникальность неразведанного массива, «сплошной камень длиной около 120 километров и 70 километров в диаметре», https://www.pravda.ru/science/1298450-gubarev/), «двадцать массивов рассматривалось по всей Сибири», «до того смотрели на Кольском полуострове, на севере, нету там такого, чтоб это было единое пространство, в котором это можно разместить» (кто и когда смотрел?), «в европейской части страны мест под глубокие захоронения долгоживущих отходов 1-го и 2-го классов нет» (О.Л. Кедровский и Минатом считали иначе, с. 41 - https://www.nnc.kz/media/bulletin/files/2Z8ANU5Dsc.pdf, [Bradley D.J.]), «поиск подходящего каменного массива на территории России начался ещё полвека назад», «образцовая прочность в шести километрах от Железногорска» (авторы цитаты, видимо, не заметили на экскурсиях с показом таких участков керна, как, например, на фото рис. 9 и 38, https://dspace.spbu.ru/bitstream/11701/11727/1/st024791.pdf), «только здесь есть цельный камень без трещин и воды» (всероссийское чудо: только здесь, без трещин и воды!; а прогнозные притоки 346 кубических метров воды в сутки в ПИЛ по [6, Мартынов, Захарова] – это как?), «это довольно редкая порода», «в 2012 году в Железногорске прошли слушания, и после долгих споров большинство из 450 пришедших поддержали строительство» (процесс «слушаний» и «поддержки» от независимого комментатора, http://www.uranbator.ru/content/view/6196/8/), «удалось добиться того, что «Росатом» получил разрешение на строительство лаборатории для исследований, а не всего хранилища» (а кто получил документы на право хоронить РАО?), «когда лаборатория будет готова, под землю спустятся учёные и начнут эту версию проверять», «только когда учёные однозначно докажут, что размещение ядерных отходов тут безопасно для природы и человека, здесь может начаться захоронение опасных отходов», «называть «ядерным могильником» строение в «Росатоме» категорически отказываются» (в угоду филологическим красивостям, из-за «трудностей перевода» и для облегчения процедуры/понижения уровня доказательства безопасности нарушают российские традиции и нормы: «могильник» - это термин нормативных документов!, Экологический вестник России, 2018, № 8, с. 33) [10].


Авторы «Енисейского проекта», посчитайте, пожалуйста, (совместно с экологами - знатоками океанских глубин и речных плотин) сколько через искусственное разуплотнение массива из-за создания горных выработок ПГЗРО за миллион лет целенаправленно воды пройдет? Не вымоет ли она все содержимое могильника? И куда? При этом не забудьте сравнить расчетные данные с фактическими результатами эксплуатации дренажной системы подземного комплекса ГХК. Многогранный и долголетний опыт строительства и эксплуатации этого комплекса многие специалисты настоятельно предлагали учитывать при обосновании безопасности Красноярского ПГЗРО.


Примеры таких как приведены «информационных» материалов относительно захоронения РАО в России можно множить и множить. По разным причинам, но вряд ли цитаты из этого и других часто вбрасываемых подобных наборов близки к действительности. И чего в них больше: дремучего незнания или сознательной дезинформации? В любом случае, вновь и вновь такое озвучивать без объяснения позиции («затвердила сорока Якова — одно про всякого») после ее многолетней критики и многочисленных к ней вопросов – похоже, грех, как говорится, на душу брать. Как и затверждать такое (А. Колотов: «Когда представители независимых общественных и экологических организаций могут лично убедиться в том, что тут действительно все соответствует нормам, работа идёт, контроль ведётся, тогда и устанавливается эффективное взаимодействие между национальным оператором и общественностью… Особенно важно, что мы получаем информацию из «первых рук», от специалистов, которые разбираются в теме и могут на самые сложные вопросы дать компетентные ответы», [10]).


В России уже есть достаточное количество отечественных монографий, в которых изложено состояние работ по решению проблемы глубинного/геологического захоронения РАО в мире. Многие авторы этих монографий (как правило, представители науки), в заданных Росатомом обстоятельствах «Енисейского проекта», с величайшим удовольствием (не с начала пути, трактуя работу на заданной площадке и для заданного общего результата как выбор площадки) встраивают отдельные частные блоки исследований («себя любимого» в программу НИР) в пресловутые «150 направлений». Но, к сожалению, никто из них не сопоставил на соответствие, объективно и детально, ключевые начальные, прежде всего, обстоятельства российского и зарубежных ПГЗРО (хотя бы опыта исследований). И главное – наличие/отсутствие соседства ПГЗРО с мощной рекой в условиях высочайшей неопределенности множества природных и научно-технических факторов. И наличие/отсутствие соседства ПГЗРО с другими захоронениями «особых РАО» (приповерхностными и подземными на/в породах, гидрогеология которых вряд ли отвечает международной практике захоронения [11]).


Мурманская область. За выполнение работ по проведению комплексного анализа территории Мурманской области и других регионов в 2016-2018 годах по заданию Росатома в целях формирования перечня перспективных участков для размещения нескольких приповерхностных пунктов захоронения РАО 3-го и 4-го классов (ППЗРО, РАО низкой и средней активности) ГК «НЕОЛАНТ» получила благодарность от ФГУП «Национальный оператор по обращению с радиоактивными отходами» [12]. Однако, видимо из-за неудачи на Кольском полуострове, о итогах здесь (включая результаты инженерно-геологических изысканий) и каких-либо их общественных обсуждениях не известно, хотя это и было обещано публике в «начале пути». И, скорей всего, по той же причине Росатом исключил Мурманскую область из закупок на выполнение работ с общественностью, хотя другие «испытуемые» ГК «НЕОЛАНТ» в них присутствуют (2019 год, торги на «Право заключения договора на Оказание услуг на территории Сибирского, Уральского, Приволжского федеральных округов по информированию общественности о безопасности при обращении с радиоактивными отходами», на «Право заключения договора на Оказание услуг по обеспечению приемлемости деятельности Национального оператора по обращению с радиоактивными отходами на территории Сибирского, Уральского, Приволжского федеральных округов»). И чего это создатели ПЗРО не хотят работать с общественностью Мурманской области (как, кстати, и Ленинградской, и Архангельской)?


Вывод из эксплуатации Ленинградской и Кольской АЭС. Не снята неопределенность с ППЗРО в Сосновом Бору Ленинградской области накануне решения масштабных задач по выводу из эксплуатации блоков ЛАЭС-1 с наработкой большого объема РАО разных категорий, включая графит. При этом, международная позиция, становящаяся и российской [13] - графит не может размещаться в приповерхностных хранилищах. Выполнено гипотетическое сравнение по логистическому признаку разных мест подземного захоронения графита – не в пользу Железногорска. Нет у Росатома представлений и о том, как и где будут захоронены РАО при демонтаже Кольской АЭС.


Вывод из эксплуатации объектов «ядерного наследия» Урала и Сибири. На Урале и в Сибири стремятся военные уран-графитовые реакторы и бассейны-отстойники (ВАО и САО как результат военных программ) захоронить способом «зеленый курган»/«зеленая лужайка», который вряд ли можно считать безопасным. Такой способ явно не будет радовать население. Были ли здесь обзорные геологические исследования по отдельным регионам? И если уж для наиболее ответственной площадки Росатома в Железногорске не было геологоразведки, то была ли она в традиционном и нормативном понимании для ППЗРО Новоуральска, Озерска, Северска, дополнительных «зеленых» урало-сибирских мест захоронения «особых РАО»?


Поддержка предприятий Горнорудного дивизиона Росатома. Ныне Приаргунское производственное горно-химическое объединение нерентабельно [14]. Найденная площадка и строительство ПГЗРО вблизи Краснокаменска или где-либо в Забайкалье существенно изменили бы ситуацию в лучшую сторону, в том числе в целом в регионе. Напомним еще раз, что академик Н.П. Лаверов и ИГЕМ РАН считали захоронение ВАО в урановых рудниках единственно верным путем. А ПАО «ГМК "НОРИЛЬСКИЙ НИКЕЛЬ"», например, интенсивно выполняет разведочные работы в рамках «Читинского проекта». Как и везде, разведка попутно и здесь не может не вскрывать безрудные блоки пород.


Достоверность оценок безопасности. Расчетные параметры миграции радионуклидов из пунктов захоронения/хранения РАО, из-за недостоверных данных о массивах и слабого программного обеспечения (разброс в конечных результатах составил шесть порядков между участниками международного сравнения - авторами сценариев и программ [15 и комментарии]), трудно принимать за основу оценок безопасности. Разным специалистам нужно, идя от натуры, комплексно и добросовестно посмотреть в будущее. Однако, увы, сейчас такое не осилить. Причина - ППЗРО и ПГЗРО в России создаются при отсутствии доступных исходных геологических и других данных (например, из последних среди многих публикаций - [16]). Видимо, Баба Яга против Росатома и его стратегии всестороннего обсуждения и международных экспертиз. Поэтому, скорей всего, лет через 30-50 общество (неожиданно!) обнаружит новые факты, не всегда приятные.


Сравнение надежности разных вариантов. Глобально безопасность пунктов захоронения РАО полезно оценивать не только с позиции отдельных трудностей и ошибок, но идя и от существующих стратегий/идеологий в целом. Например, сравнение Д. Башкировым (его комментарий от 10.08.19, [17]) эффективности средней природной защиты, техногенного приповерхностного и подземного захоронения показывает (при стремлении к простому и доступному изложению, однако, как говорится, с цифрами в руках и по-крупному), что к идеалу (природе) может (при определенных условиях) приблизиться лишь ПГЗРО.


Зарубежный бизнес Росатома. И - производное от активного строительства Росатомом АЭС за рубежом. На примере нарождающейся ядерной энергетики Республики Беларусь. Выполнен показательный, хотя пока еще и только для стадии эксплуатации АЭС, анализ проблемы ОЯТ и РАО. Не затронута стадия снятия с эксплуатации. Тут все: и в разы заниженные деньги, и «общемировая» идеология переработки ОЯТ, и степень нерешенных межгосударственных проблем с перекладыванием их на другие поколения (дело уже вовсю раскручено). Что, где и как? Относительно ОЯТ и РАО – невнятная Стратегия [18].


Распространение загрязнения окружающей среды от РАО и радиационных аварий в мире стало недопустимо обыденным [19].


Необходимость совершенствования ЕГС РАО (единой государственной системы обращения с радиоактивными отходами) существует. В том числе, системы и конструктивного исполнения объектов захоронения [20]. Однако даже в этой констатации, при озвученных, в целом достаточно убедительно, основных направлениях приложения усилий, мало уделено внимания геологической подоплеке «ключевого вопроса – о размещении объектов». Кроме того, не сфокусировано понимание, что геологическое/глубинное захоронение ВАО (возможно, и ОЯТ) по времени жизни принципиально не укладывается в выделенную градацию «Далекое будущее» развития отрасли. Геологическое обоснование ПЗРО (по крайней мере, ПГЗРО), по нашему мнению, (да так есть и в «лучших международных практиках») должно иметь больший элемент свободы/самостоятельности, административной независимости относительно конкретных объектов непосредственно использования ядерной энергии (вне излишне жесткого согласования с этапами развития этих объектов) - как в сегодняшних реалиях, так и в планах ее применения. Нужно качественно выполнять географо-геологическую составляющую проектов. Тогда, возможно, не придется уповать на будущий «рост экологического сознания общества».


Томские ученые, например, обсудили зарубежный опыт обращения с РАО [21]. Организаторы мероприятия - профессора-геологи ТПУ Л.П. Рихванов и Е.Г. Язиков. Насколько мне известно, это видные представители сибирской школы геологии урана и создатели сибирской же школы радиогеоэкологии. Будем надеяться, что они оставят для истории не только воспоминания о посещении европейских объектов захоронения РАО, но и профессиональный анализ геологических условий вечных ПЗРО Северска и Железногорска.


Постулат


Отечественной атомной отрасли, в связи с трудностями нового дела – захоронения радиоактивных отходов, нужна обширная помощь специалистов по земным недрам при обсуждении проблемы и выборе сильных решений, основанная на их знаниях и опыте, а также на информационных горно-геологических ресурсах России. Цель – повысить представительность предварительных/обзорных геологических исследований на федеральном (для ПГЗРО) и региональном (преимущественно для ППЗРО) уровнях. Нужны в интересах Росатома новые (но первоначально - исключительно камеральные) оперативные «массовые поиски». На этот раз не урана, а наилучших инженерно-геологических условий по архивным/фондовым материалам, учитывая и географию страны. Хотя бы по некоторым ядерным регионам: Кольский полуостров, Урал, Красноярский край, Дальний Восток. А также, возможно, в интересах Казахстана, Беларуси и Украины по их территориям.


Хотя наилучшие в целом условия оцениваются по совокупности аргументов (например, по 51 только геологическому критерию в работе [22], а далее еще и по ряду критериев социально-экономических), основным и весьма плодотворным при «массовых поисках» наилучших инженерно-геологических условий является критерий гидравлической проницаемости пород [23]. Естественно и важно, что он одновременно характеризует степень нарушенности/монолитности массива.


Этапы постулированных поисков по Кольскому полуострову


Первый этап. Предварительные обзорные итоги таких поисков (1998 год) по Мурманской области (безрудные породы вблизи проявлений никеля, апатита, железа, мусковита, редких металлов и других полезных ископаемых) приведены в [24-26]. Выполненные сравнения (в том числе, с данными по ПГЗРО Швеции и Финляндии) показали, что по гидроизолирующим свойствам пород Кольского полуострова и сопредельных территорий предпочтение (по выборке геологических отчетов и публикаций, обнародованных, примерно, до 1995 года) нужно отдать поиску и дальнейшей комплексной оценке площадок в пределах Печенгской вулканогенно-осадочной структуры. На этом этапе Печенга была представлена 13 глубокими скважинами максимальной глубиной до 2000 м с суммарной мощностью только интервалов гидравлических испытаний более 9400 м. Эти и выявленные дополнительными камеральными работами подобные скважины - своеобразные наводчики/маркеры. В ближней зоне некоторых (возможно, большинства) из них при доразведке удастся найти блок пород нужных размеров (примерно 1км*1км*1км) и качества. Напомним, что специалисты Росатома в 2009 году (за три года до официального начала проектно-изыскательских работ) обозначили за рубежом участок «Енисейский» приоритетным для ПГЗРО, когда там была пробурена из «глубоких» лишь одна 600-метровая скважина [27]; гораздо раньше на площадке ПО «Маяк» - 12 скважин глубиной 1000-1200 м каждая, по которым площадка признана пригодной для сооружения подземного объекта окончательной изоляции ВАО. На лучшей площадке проекта NUCRUS 95410 по Кольскому полуострову – 6 скважин по 600 м.


Второй этап. Идя далее по такому пути, развивая и апробируя его до конечного результата, впервые в 2016-2017 годах (вообще и для региона в частности) предложен вариант конкретной площадки (авторское название «SAMPO-Pechenga-I») для РАО [28]. Возможная социокультурная трактовка такого подхода в контексте не только естественнонаучного, а в целом понимания (в необходимой полноте) феномена ядерной энергии представлена Е.В. Комлевой (например, в [29]). Следует заметить, что другие социокультурные оценки не известны ни для одного ПГЗРО/ППЗРО мира.


Третий этап. Это этап не бывший, а ожидаемый в будущем и для независимых от автора настоящей статьи разных (например, тех вне контура Росатома, кто в Сосновом Бору и Апатитах видит в целом проблему РАО Северо-Запада РФ и может понять геологическую документацию) исполнителей. Прежде всего, все-таки, он предполагается назначением для специалистов Росатома с его партнерами. Они явно не испытают трудностей с доступом к региональным, корпоративным (ПАО «ГМК "НОРИЛЬСКИЙ НИКЕЛЬ"») и федеральным геологическим фондам. Неизменным предлагается лишь объект внимания – Печенгская вулканогенно-осадочная структура и, по возможности, ее обрамление.


Методика работ может изменяться по усмотрению исполнителей. К слову сказать, в свое время в скважинах месторождений Печенги (подземных и с поверхности) достаточно интенсивно применялись (производственными организациями – комбинатом «Печенганикель» и Мурманской геологоразведочной экспедицией) методы ядерной геофизики (в том числе, нейтронные). Их результаты (как и других освоенных здесь методов скважинной геофизики) также могут быть использованы по новому назначению – для оценки технического состояния стволов и, в конечном итоге, инженерно-геологических условий пород.


Цель этапа – учесть и проверить разные взгляды и создать основания для формирования безупречно объективного мнения о пригодности/непригодности заданного геологического объекта для захоронения РАО существующих категорий. Наилучшим зарубежным партнером, начиная со стадии геологических исследований, представляется имеющая наиболее близкий аналог (ПГЗРО Конрад) Германия, которая, к тому же, внесла огромный вклад в создание на Кольском полуострове предшествующего захоронению (!) пункта хранения и переработки РАО в Сайда-Губе. И дело к этому идет [30].


Заключение


Методология ускоренного первичного простого поиска пригодных для захоронения РАО горных массивов и отбора наиболее перспективных из них есть.


Двадцать лет уже идею и разнообразные материалы относительно Печенги настойчиво, отстаивая позицию специалистов Кольского полуострова, публикуют (например, [23-31]). От представителей атомной отрасли и иже с ними никогда не было публично ни опровержения, ни поддержки. Частным образом иногда приводились не выдерживающие никакой критики доводы или сообщалось: «Альтернативы не нужны!» Хотя всем, знакомым с историей Атомного проекта СССР, известно, что альтернативы – это успех дела в целом. Кроме того, принятые принципы создания национальной системы объектов захоронения РАО с непродуктивными приоритетами дают и будут множить сбои, когда «первым делом, первым делом» - другие технологические задачи (а проблема РАО по-прежнему второстепенна, хотя она уже является проблемой выживания отрасли и не только), административный ресурс, сегодняшние удобства и экономия, площадки в местах присутствия Росатома, неполный цикл исследований и научное облагораживание под заданный субъективный результат, сомнительное математическое моделирование, а геология и скважины – это потом.


Может быть, стоит проверить предположение хотя бы о том, что Печенгский ПГЗРО в регионе знаменитой Кольской сверхглубокой скважины, разнообразный по типам РАО и РАО-модулям (подземные выработки, глубокий карьер непосредственно и с подземными выработками в его бортах, глубокие скважины большого диаметра), мог бы быть удачным дополнением подземному могильнику в Железногорске Красноярского края и приповерхностным могильникам Урала и Сибири? В том числе, и особенно, если возникнет необходимость разделить международные и национальные функции ПЗРО.


Имеет, вообще говоря, право быть опасение (хотя его еще никто публично не высказывал), что идея Печенги при ее реализации в федеральном масштабе приведет к истощению иностранной помощи на ниве ликвидации «ядерного наследия» Кольского полуострова. Однако, полезно смотреть дальше. Включение Печенгского ПГЗРО, при его удобном географическом положении, в зарубежный «портфель заказов» Росатома наверняка заменит западную благотворительность на серьезные инвестиции.


Не особенно надеясь на применение в дальнейшем предлагаемой методологии и появление в реальности локализованной системы разных модулей Печенгского ПГЗРО, все же полезно зафиксировать, что они (и конкретный вариант «SAMPO-Pechenga» - красивый, надежный, уникальный и, возможно, дешевле распределенной системы других пунктов захоронения РАО) были. Не особенно надеясь, но… В истории страны известна «пироповая съемка», позволившая решить стратегическую задачу поиска коренных месторождений алмазов Якутии. И Президент В.В. Путин поддержал же идею создания вблизи Мурманска научного центра по ядерной физике [32]. Дерзайте, пытливые!


Так что, если, например, в Железногорске многозвенная система хранения/переработки ОЯТ/выжигания минорных актинидов и захоронения РАО в «Нижнеканском массиве» или ее отдельные звенья и другие инновации будут давать «не тот (по В. Высоцкому) аффект», то традиционные геологи и горняки могут, вероятно, для Росатома «денечек покумекать - и выправить дефект» «последней стадии ядерного топливного жизненного цикла» с помощью «правильных» площадок захоронения любых РАО после всех «тех и не тех аффектов».


Литература


1. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://bezrao.ru/n/2901.

2. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://zakupki.gov.ru/223/purchase/public/purchase/info/common-info.html?regNumber=31908140069, раздел «документы извещения», пояснительная записка к техническому заданию; https://www.rfgf.ru/license/itemview.php?iid=2717774; http://krasfond.ru/images/files/bulleten/bultn_16.docx, ИНФОРМАЦИОННЫЙ БЮЛЛЕТЕНЬ №12, поступивших в Красноярский филиал ФБУ «ТФГИ по Сибирскому Федеральному округу» геологических материалов в декабре 2016 г., инв. номер 3978; вопросы по «Подземной исследовательской лаборатории» (пункту глубинного захоронения радиоактивных отходов) от членов Общественного совета при министерстве экологии и рационального природопользования – участников технического тура на объекты ФГУП «НО РАО» в ЗАТО Железногорск Красноярского края, 4 декабря 2018г., http://realkrsk.blogspot.com/2018/12/rao-store.html.

3. Примеры из большого числа публикаций: Экологический вестник России, 2018, № 2, С. 32, п. 2.6 и № 11, С. 31; [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://www.proza.ru/2017/09/21/801.

4. Примеры из большого числа публикаций: [Электронный ресурс]. – Режим доступа: всестороннее обсуждение и международные экспертизы, http://myatom.ru/%D0%B2-%D0%B8%D0%BD%D1%84%D0%BE%D1%80%D0%BC%D0%B0%D1%86%D0%B8%D0%BE%D0%BD%D0%BD%D0%BE%D0%BC-%D1%86%D0%B5%D0%BD%D1%82%D1%80%D0%B5-%D0%BF%D0%BE-%D0%B0%D1%82%D0%BE%D0%BC%D0%BD%D0%BE%D0%B9-%D1%8D%D0%BD-8/; http://www.atomic-energy.ru/news/2019/09/10/97254; https://ura.news/articles/1036278762; http://bezrao.ru/n/2979; http://radwaste-journal.ru/docs/journals/3/016i017ikryukov-16-17.pdf; http://www.sgzt.com/k26/?module=articles&action=view&id=4209&theme=3; http://www.ibrae.ac.ru/docs/Radwaste_Journal_2(3)18/114_120_Strategy.pdf; https://krsk.rbc.ru/krsk/02/09/2019/5d6ca00c9a7947d3e309f455; http://www.atomic-energy.ru/news/2017/01/11/58244.

5. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://zakupki.gov.ru/epz/order/notice/zkku44/view/common-info.html?regNumber=0573100027019000002; http://zakupki.gov.ru/epz/order/notice/zkku44/view/common-info.html?regNumber=0573100027019000007.

6. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://dspace.spbu.ru/bitstream/11701/11727/1/st024791.pdf; http://www.ibrae.ac.ru/docs/Radwaste_Journal_2(3)18/052_062_Martyinov.pdf; http://radwaste-journal.ru/docs/journals/7/8iinvestigating_the_geological_environment_at_the_yeniseisky_site.pdf.

7. Экологический вестник России, 2018, №№ 7, 8, 11 и 2019, №№ 6, 7; Научный вестник Арктики, 2018, № 3 и 2019, № 5; [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www.proatom.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=8150; https://www.proza.ru/2018/02/13/284.

8. Техническое задание и Пояснительная записка к договору на проведение работ по консервации исследовательских скважин на Енисейском участке (Красноярский край), [Электронный ресурс]. – Режим доступа: (Часть 3 Тома 1 ЗД 14452-194 МСП) http://zakupki.gov.ru/223/purchase/public/purchase/info/documents.html?regNumber=31908140069.

9. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www.atomic-energy.ru/news/2019/09/27/97702; https://vk.com/atom26?w=wall-66070450_5552; http://zakupki.gov.ru/223/purchase/public/purchase/info/common-info.html?regNumber=31908278736; http://zakupki.gov.ru/223/purchase/public/purchase/info/common-info.html?regNumber=31908278731; https://vk.com/away.php?to=https%3A%2F%2Fclck.ru%2FJKeDV&post=-66070450_5632&el=snippet.

10. Экологический вестник России. - № 7, 2018, с. 33; [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://vse42.ru/news/30943630; https://vk.com/atom26?w=wall-66070450_5661; https://ngs24.ru/news/more/66258889/; https://www.enisey.tv/news/post-17827/; http://www.gig26.ru/news/obschestvo/nid-15418.html; http://www.uranbator.ru/content/view/21764/8/; http://www.uranbator.ru/content/view/21807/8/.

11. Статьи и комментарии. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www.proatom.ru/modules.php?name=Surveys&op=results&pollID=138&mode=&order=&thold=; http://www.proatom.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=8324; http://www.proatom.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=8589; http://www.proatom.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=8666.

12. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://neolant.ru/press-center/news/index.php?ID=2802; http://www.neolant.su/press-center/news/index.php?ELEMENT_ID=3080.

13. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://radwaste-journal.ru/docs/journals/8/building_consistency_between_development_stages_of_nuclear_power_complex.pdf; http://radwaste-journal.ru/docs/journals/7/2ion_reactor_graphite_disposal.pdf.

14. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://www.chita.ru/news/135808/.

15. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www.proatom.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=8589; http://www.proatom.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=8666; http://www.proatom.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=8742.

16. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://bezrao.ru/n/2970.

17. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www.proatom.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=8725.

18. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://bezrao.ru/n/2952.

19. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www.proatom.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=8788; http://bezrao.ru/n/3009; http://www.rosbalt.ru/blogs/2019/09/16/1802566.html; https://bezrao.ru/n/2963; https://vk.com/atom26?z=video-66070450_456239129%2Fb89ef578d47a32b96e%2Fpl_wall_-66070450; http://bezrao.ru/n/2821; https://news.mail.ru/society/37942333/?frommail=1; http://bezrao.ru/n/2781; http://bezrao.ru/n/2754; комментарий Д. Башкирова к http://www.proatom.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=8670; http://www.atomic-energy.ru/news/2019/06/17/95477; http://bezrao.ru/n/2731; http://bezrao.ru/n/2685; https://moika78.ru/news/2019-06-04/239750-rospotrebnadzor-v-peterburge-za-god-proizoshlo-30-radiatsionnyh-avarij/; https://www.novayagazeta.ru/articles/2019/06/03/80755-dumaete-vse-proshlo-ni-hrena-podobnogo-uroven-radiatsii-idet-vverh; http://www.proatom.ru/modules.php?name=Forums&file=viewtopic&t=51112; https://svpressa.ru/society/article/233318/; http://bezrao.ru/n/2663; http://bezrao.ru/n/2651; http://bezrao.ru/n/2606; http://bezrao.ru/n/2635; https://echo.msk.ru/blog/evgenyus/2444589-echo/.

20. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://radwaste-journal.ru/docs/journals/8/building_consistency_between_development_stages_of_nuclear_power_complex.pdf.

21. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://bezrao.ru/n/3083.

22. Melnikov N.N., Konukhin V.P., Komlev V.N. et al. Jmprovement of the Safety of Radioactive Waste Management in the North West Region of Russia. Disposal of Radioactive Waste. TACIS Project. NUCRUS 95410. Task 3.Report. - Apatity - Orlean, Russian Federation - France, 1998.-270p.

23. Комлев В.Н., Комлева Е.В. Критерий гидравлической проницаемости пород при подземной изоляции ядерных материалов (анализ шведско-финско-российского опыта). Материалы межд. симпозиума «Геохимия ландшафтов, палеоэкология человека и этногенез», 6-11 сентября 1999 г. – Улан-Удэ, 1999. – С. 47.

24. Комлев В.Н., Бичук Н.И., Зайцев В.Г. и др. (2000). Социально-экономические предпосылки нетрадиционного участия сырьевых отраслей в ядерных программах // Ресурсы регионов России. - № 3. - С. 2-10 и Вестник Удмуртского университета. Проблемы теории и практики экономической науки. - №9. - С. 169-194.

25. Komlev V.N. Native Nuclear Programmes, Generation’s Responsibility, Regional Geological Experience and Site Selection for Underground Disposal of Potentially Super-Dangerous Materials // Industrial Minerals: Deposits and New Developments in Fennoscandia. Petrozavodsk, 1999. P. 150-153 и Информационный бюллетень «Живая Арктика». – 1999, №1. – С. 34-43.

26. Комлев В.Н., Бичук Н.И., Зайцев В.Г., Мелихова Г.С. О перспективности площадок северо-западной части Мурманской области для размещения радиоактивных отходов и отработавшего ядерного топлива. Тезисы докладов II Международной конференции «Радиационная безопасность: радиоактивные отходы и экология», 9-12 ноября 1999 г. - Санкт-Петербург, 1999. – С. 24-25.

27. Кудрявцев Е.Г. и др. Создание объекта окончательной изоляции ВАО в глубоких геологических формациях (Нижнеканский массив, Красноярский край), Семинар» Окончательное захоронение РАО и ОЯТ- опыт и планы», Швеция, 2009 год.

28. Комлев В.Н. (2017). Об исследовании и критериях выбора места захоронения радиоактивных отходов // Экологический вестник России. - № 9. – С. 32-39 и № 10. – С. 26-30.

29. Век глобализации, 2011, № 2, С. 140; Юридическая наука, 2012, № 1, С. 87; [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://www.socionauki.ru/journal/articles/136284/; https://helion-ltd.ru/philosophical-base/; https://cyberleninka.ru/article/v/fenomen-yadernoy-energii-sotsialnye-i-yuridicheskie-aspekty; Медной горы Хозяйка, SAMPO (образы), http://viperson.ru/people/komleva-elena-vladimirovna, http://www.zpu-journal.ru/e-zpu/2008/1/Komleva/, http://www.dialog21.ru/biblio/komleva.htm; с.158, https://www.csu.ru/faculties/Documents/sport/%D0%92%D0%B5%D1%81%D1%82%D0%BD%D0%B8%D0%BA%20%D0%A7%D0%B5%D0%BB%D0%93%D0%A3_2014_13%20(342)%20%D0%B2%D1%8B%D0%BF%204.pdf; https://narfu.ru/university/library/books/2632.pdf; https://cyberleninka.ru/article/v/prirodoantroposotsialnyy-fenomen-yadernoy-energii-1; https://cyberleninka.ru/article/v/prirodoantroposotsialnyy-fenomen-yadernoy-energii; http://geo.asu.edu.ru/files/4(43)/25-32.pdf.

30. Экологический вестник России», №№ 9, 10 и 12, 2017 год, а также примеры из большого числа публикаций: [Электронный ресурс]. – Режим доступа http://bezrao.ru/n/2988; http://www.greenworld.org.ru/?q=rao_211216; http://www.greenworld.org.ru/?q=rao_18716; https://www.proza.ru/2018/11/07/898; http://viperson.ru/articles/yadernyy-konrad-i-pechenga-prototip-i-novaya-ideya; http://bezrao.ru/n/2641; http://www.atomic-energy.ru/news/2019/03/22/93480; http://www.atomic-energy.ru/news/2018/12/05/90958; http://journals.uran.ua/geofizicheskiy/article/download/133381/129901; https://www.proza.ru/2017/06/29/1294; http://www.atomic-energy.ru/news/2019/09/10/97243; http://www.atomic-energy.ru/news/2019/09/10/97254.

31. Сборники материалов Воронежского технического университета «Комплексные проблемы техносферной безопасности» за 2017, 2016, 2015 годы и ранее; Труды научно-практических конференций с международным участием «ЭКОЛОГИЧЕСКАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ АЭС». - Калининград, 2015 и 2016 годы; Геофизический журнал (Украина): 2018 год, № 2; 2017 год, № 3; 2016 год, № 5 и ранее; Горно-геологический журнал (Казахстан): 2019 год, № 2 (58); 2018 год, № 3 (55); 2017 год, №№ 1-2 (49-50) и ранее; [Электронный ресурс]. – Режим доступа: с. 41, http://www.nnc.kz/media/bulletin/files/2Z8ANU5Dsc.pdf; http://www.proatom.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=6837; http://www.atomic-energy.ru/articles/2015/04/20/56383; http://www.ecovestnik.ru/index.php/2013-07-07-02-13-50/kommentrij-specialista/2784-ob-issledovanii-i-kriteriyakh-vybora-mesta-zakhoroneniya-radioaktivnykh-otkhodov.

32. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://tass.ru/nauka/6824331.





Яндекс.Метрика    Редактор сайта:  Комаров Виталий